На распутье (СИ) - Карпова Надежда - Страница 7

— Так вот что ты обо мне думаешь?

— Для тебя это новость? Взгляни трезво на себя, кроме симпатичного личика ничего нет за душой. Как только бросил тебя Алексей, вцепилась в первого, кто внимание на тебя обратил — в меня. Учебу во время беременности бросила. Работать потом так и не захотела. Соратницей и помощницей мне стать тоже. Только жалела себя всё время, требуя внимания, как обиженный ребенок. Абсолютно бесполезное существо. И дочь такую же вырастила. Если бы не потеря репутации, давно бы развелся с тобой. Но в наших кругах такое не поощряется. Поэтому продолжай строить из себя жертву, если тебе от этого легче, но прекрати выносить мне мозг.

— Ричард, ты… я…

— Хватит, закрыли тему. У меня полно работы и нет времени на эту мелодраму. Я ухожу.

Быстрые шаги впереди, шорох двери. Звон разбитого кувшина и тихие всхлипы. Всё звуки Кристин слышала словно сквозь туман, в ушах шумело эхо горьких фраз.

«…просто тряпка…»

«…она моя дочь?..»

«…всего лишь девчонка…»

«…безвольная кукла…»

«…бесполезное существо…»

Глава 4

Сильно кололо в груди, осколки жестоких слов впивались в сердце. Как же больно. Невольно вспомнилось, что не всегда было так.

…Маленькая Кристин впервые оказалась на приме в Администрации. Много блеска и роскоши, толпа людей. Всё такое большое и пугающее. Она потеряно бродит в толпе в поисках куда-то запропавших родителей.

Мимо проходит официант с креманками мороженого на подносе. Она тоже хочет мороженку, но сказать ничего не успевает. Меж двух групп беседующих людей выскакивает стайка мальчишек, быстро проносится мимо и один из них нечаянно толкает официанта. Тот делает пирует, пытаясь удержать равновесие. Поднос накреняется, и две креманки с грохотом падают на пол. Комки мороженого веером разлетаются вокруг и пятнают белое платье.

Совсем новое, впервые сегодня надела, такое красивое. А теперь зеленые и розовые потёки сползают по подолу. Кристин горько плачет. Стыдно и жалко себя. Мальчишки смеются и показывают на неё пальцем. Потом быстро разбегаются.

За спиной ангелом-хранителем появляется отец. Он ведёт её в служебную комнату, смывает пятна с платья и присаживается перед ней на корточки, глядя в глаза:

— Крис, послушай меня. Никогда никому не показывай своих слёз. У меня хватает недоброжелателей. Кто не сможет добраться до меня, попытаются уколоть вас с мамой. Показать свою слабость — значит дать им разрешение делать это снова и снова. Никому никогда не показывай, что у тебя на душе. Умение держать лицо может не раз тебя выручить. Улыбка — это лучший щит от всех, кто захочет причинить тебе боль. И тем более не стоит реветь из-за платья. Никакая тряпка не стоит твоих слёз! Понимаешь?

Он обнимает её, и Крис обещает себе, что будет делать всё, как папа сказал. И постарается не разочаровать его…

Она через силу заставила себя сдвинуться с места. Уже давно забыла, что когда-то отец обнимал её и разговаривал с ней. Словно века прошли с тех пор.

Значит, всё было зря? Сколько бы она не старалась, её усилия не оценят. Старательно сделанные уроки, хорошие оценки, научные проекты — не показатель интеллекта? А нужен-то характер, оказывается. И как же следовало его показывать? Одеться в кожу, выкрасить волосы в зеленый цвет, сделать пирсинг в губе? Или шастать по барам и сборищам золотой молодежи с травкой и выпивкой? Или стать старостой, всех строить, возглавить Школьный Совет? Какой характер надо было показывать?

Кристин бездумно вышла из дома, заперев дверь за собой. Ощущение покалывания в ступнях немного вернуло к реальности. Она опустила взгляд на голые ноги, поставила туфли на дорожку и по очереди натянула их, застёгивая. Продолжила путь к остановке, возвращаясь к своим мыслям.

Или любой характер будет бесполезен просто потому, что она не того пола? Ну не уродилась мальчиком, что поделать. Интересно, если бы она пол сменила, это помогло? Или в этом случае нашлась бы ещё уйма причин, чем она не хороша? И зачем ей теперь университет, планы на будущее, мечты? Всё словно затянуло серым налётом безразличия.

Кристин на автопилоте вызвала магбиль, указав пункт назначения: ресторан Млечный Путь. Ворох мыслей упорно не отпускал её.

Хотелось плакать, но не получалось, внутри только пустота. Одно понятно со всей очевидностью: нет никакого смысла быть хорошей, держать лицо, поддерживать репутацию респектабельной семьи. Настроение поганое, ну и пусть все любуются на её кислую мину. Нет сил больше маску носить. Эдди начнёт опять клинья подбивать и выпивку предлагать. Ну и пусть. Если выпить, алкоголь заполнит эту пустоту внутри? Послужит анестезией? Вот и будет случай проверить, что за терапевтический эффект постоянно ищет в выпивке мама.

Кристин спохватилась, что магбиль уже стоит перед ней с открытой дверцей. Плюхнулась на сидение, приложила рутер к передней панели и откинулась на спинку, закрывая глаза.

Может и с Эдди переспать, и перестать ждать от жизни чудес? Нет, она ещё не настолько отчаялась. Или настолько? А, плевать… незачем загадывать. Напиться и отпустить все тормоза. Надоело быть пай-девочкой. Хватит! Теперь она будет делать всё, что хочет. Хуже не будет. Куда уж хуже-то…

***

Под модные хиты последних лет выпускники зажигали в танцевальной зоне. Яркие наряды, хаос движущихся тел, разноцветные зайчики светомузыки, ритмичная мелодия — всё вместе оказывало почти гипнотический эффект. Кристин бездумно опрокинула в себя очередной коктейль, наблюдая за танцующими. В голове изрядно шумело, думалось всё труднее. Но её это только радовало.

— Может, хватит? — спросила Женька. — Ты уже третий час пьешь, и толком ничего не съела. Такими темпами отключишься скоро.

— Вот и хорошо.

— Ты напиться решила?

— Вроде того.

— Да что случилось, подруга? Глядя на тебя, можно подумать, что вселенская катастрофа.

— Ну да, — она с истерическим смешком обхватила себя руками. — Рухнул мой мир. Сойдёт за кафа… катаф… блин, ты поняла.

— Кристя, в чём дело? Расскажи.

— Не хочу. Вспоминать не хочу. И так гадко. Хочу просто забыть. Пусть только на сегодня.

Кристин потянулась за вермутом и плеснула себе ещё. Руки дрожали и прицелиться удалось с трудом, немного пролилось мимо на скатерть. Пронзительный звон стекла больно ударил по ушам. Крис поспешила поставить бутылку.

— Это не выход, — накрыла бокал своей ладонью Женька. — Завтра тебе ещё хуже будет. Из-за похмелья в том числе.

— Пусть. Не важно, — она попыталась выхватить бокал, но пальцы соскользнули по мокрой ножке, сил в руках уже не хватало.

— Кристя, так нельзя. Сама ведь жалеть будешь, — Женька развернула её за плечо, с тревогой заглядывая в глаза.

— Я хочу забыть. Стереть из памяти. Вырвать из мозга неро… нейроны, где записано… Ты можешь сделать это?

— Это невозможно! Ты что?.. — Женька пораженно отшатнулась. — Мы же не терминалы.

— Тогда дай выпить. Я больше не могу… не сегодня… отключить мозг… Пусть только сейчас. Прошу…

— Поплакала бы ты лучше, подруга. Сразу легче станет, — Женька порывисто обняла её.

— Не могу, — глухо сказала Кристин ей в плечо. — Пусто совсем. Нет слёз.

— Ох, Кристя, у меня сердце разрывается. Хотя бы разбавляй соком. Больше не могу смотреть, как ты надираешься, а я ничем не могу помочь. Пойду танцевать. А когда решишь, что хватит, я провожу тебя домой, — Женька долила сока в бокал с вермутом, и пошла в сторону танцплощадки.

Кристин отпила из бокала, снова возвращаясь взглядом к цветному людскому морю. Сосредоточиться на чем-либо становилось труднее. Мысли начали покидать голову. Хорошо.

— Красотка, чего киснешь? — приземлился рядом Эдди. — Улыбнись, жизнь прекрасна. Хочешь, развеселю?

Лениво повернулась к нему. Карие глаза блестят, тяжело дышит, лицо раскраснелось. От выпитого? Или танцев? Да какая сейчас разница.

— Без шансов. Лучше налей, — протянула ему опустевший бокал.