Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет (СИ) - Сантос Ангелина - Страница 54

— Дурак. Ты сам отдаешь ей власть.

Эйран посмотрел на него.

— Нет. Возвращаю то, что у нее украли.

Марина почувствовала, как по ее руке идет тепло. Не боль. Сила.

Кровь в чаше поднялась тонкой золотой нитью и коснулась Сердца.

Белая трещина перестала расти.

Но не исчезла.

Вместо этого от нее отделился темный сгусток, похожий на запекшуюся клятву. Он упал на каменный пол и начал складываться в слова.

Орден, вбежавший в зал с Мирой и двумя стражниками, вскрикнул:

— Запись!

На полу проявилась старая брачная формула.

Сначала истинная:

«Глава рода и супруга рода входят в клятву как две стороны Сердца».

Потом поверх нее проступила чужая строка, выжженная рубиновым светом:

«Супруга рода отдает дар, память и право голоса главе рода до рождения наследника».

Марина холодно посмотрела на Мариуса.

— Вот она. Измененная клятва.

Орден упал на колени перед записью, вытаскивая дощечку, перо, бумагу, все сразу.

— Свидетельствую! Старшая подмена брачной формулы! При живых супругах! С кровью обоих сторон!

Мариус отступил.

— Вы ничего не докажете Совету.

Эйран поднял меч.

— Совет уже идет сюда.

Мариус усмехнулся.

— Думаете, я пришел один?

Тени у дальней стены зашевелились.

Из боковых проходов вышли люди в серых плащах Совета. Не свидетели. Вооруженные маги. На их руках светились знаки Вирнов и еще один знак — стертый, но Марина уже знала его.

Морвен.

Мертвый дом не умер.

Он просто научился жить под чужими именами.

Селеста, тяжело дыша, поднялась рядом с отцом.

— Ты все испортил, — прошипела она ему.

Мариус даже не посмотрел на нее.

— Ты испортила, когда не смогла удержать мужчину.

Селеста побледнела.

Вот и вся отцовская любовь.

Мариус поднял руку.

— Забрать женщину. Дракона не убивать. Пока.

Маги двинулись вперед.

Эйран шагнул перед Мариной.

Кай поднялся рядом, шатаясь, но с мечом.

Гарт и стражники сомкнули строй.

Ферн схватил вторую склянку и сказал:

— Предупреждаю, я очень плохой целитель для врагов.

Марина стояла у чаши, с окровавленной ладонью и горящей меткой, и понимала: если сейчас начнется бой, Сердце снова треснет. Внизу, под замком, слишком много магии, крови и старой лжи. Один неверный удар — и Дрейкхолд рухнет изнутри.

Она посмотрела на запись измененной клятвы.

Потом на Сердце.

Потом на магов Морвена.

— Сердце, — сказала она тихо. — Ты слышало женщин, когда у них забирали право?

Кристалл ударил глухо.

Мариус нахмурился.

— Что вы делаете?

Марина подняла окровавленную руку.

— Возвращаю долг.

Она не знала заклинания.

Но знала чувство.

Каждую женщину, которой говорили: молчи. Терпи. Отдай. Будь мудрее. Не разрушай дом. Не позорь род. Не жалуйся. Не зови это предательством. Не называй себя жертвой. Не смей требовать назад то, что у тебя забрали.

Марина вложила это в голос.

— Я, признанная супруга Сердца, требую свидетельства всех стертых жен.

Зал взорвался светом.

На стенах, на полу, в воздухе вспыхнули силуэты.

Женщины.

Лиара. Ливия. Аурелия. Эстера. Незнакомые лица из белого льда. Десятки теней, не мертвых и не живых, но наконец названных.

Маги Морвена отшатнулись.

Сердце рода ударило так сильно, что камень под ногами раскололся серебряными линиями.

Голоса женщин заговорили сразу.

Не криком.

Свидетельством.

— Мою кровь взяли без клятвы.

— Мое письмо переписали.

— Моего сына назвали чужим.

— Мою смерть закрыли печатью.

— Мой дар отдали мужу.

— Мое имя стерли ради мира в доме.

Каждый голос становился ударом.

Маги падали на колени, зажимая уши.

Мариус впервые испугался по-настоящему.

— Закройте Сердце!

Селеста попятилась.

— Отец…

— Молчи!

Эйран смотрел на Марину так, будто видел ее впервые.

Нет.

Не Ливию.

Не Марину.

Женщину, которая стояла перед Сердцем его рода и заставляла древнюю магию слушать тех, кого веками не слышали.

Сердце вспыхнуло.

Серебряные линии ударили по магам Морвена. Не убили — связали, прижали к полу, обвили руки и горло светящимися клятвами.

Мариус попытался броситься к боковому проходу, но Лиара возникла перед ним.

— Вы торопитесь, лорд Вирн? Или Морвен?

Он резко остановился.

Кай подошел к ней. На лице его были слезы, но меч в руке не дрожал.

— Это он?

Лиара посмотрела на Мариуса.

— Он велел открыть белый лед.

Кай ударил Мариуса рукоятью меча в лицо.

Мариус упал.