Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет (СИ) - Сантос Ангелина - Страница 27

— Кто был ближе всех к дверям? — спросила Марина.

Гарт сразу понял.

— Две дамы леди Ровены. Управляющий Краст. Старшая ключница. Один из людей южного крыла.

— Человек Селесты?

— Да.

— Значит, Совет узнает не утром. Раньше.

Эйран резко пошел к двери.

— Я закрою все птицы.

— Поздно.

Он остановился.

Марина чувствовала, как сила утекает вместе с болью, но разум оставался ясным.

— Если они уже начали версию о моем безумии, они подадут метку как доказательство. Скажут, что я использовала колдовство Арденов, чтобы шантажировать род. Или что я опасна для Сердца. Или что знак поддельный.

Ферн мрачно сказал:

— Поддельной такую дрянь не нарисуешь.

— Вы это знаете. Совет, если ему будет удобно, забудет.

Эйран стоял неподвижно.

Потом сказал:

— Тогда мы сами созовем Совет.

Мира ахнула.

Гарт нахмурился, но не возразил.

Марина медленно подняла голову.

— Мы?

— Я. Как глава рода. Сообщу, что у моей законной супруги проявился знак права и что я требую проверки брачной клятвы.

— А если Совет спросит, почему вы вдруг поверили жене?

— Я не скажу, что поверил.

Какой же он все-таки дракон.

Марина холодно улыбнулась.

— Конечно.

Эйран подошел ближе.

— Я скажу, что считаю угрозу дому достаточно серьезной для проверки.

— Чудесно. Не жена пострадала, а дом под угрозой. Так звучит мужественнее.

Он сжал челюсть.

— Так Совет будет слушать.

Марина не ответила.

Потому что он был прав.

И от этого было еще неприятнее.

В великих домах женская боль становилась важной только тогда, когда могла повредить стенам.

— Хорошо, — сказала она. — Созывайте.

— Вы не будете говорить на первом заседании.

— Буду.

— Нет.

— Да.

— Ливия, Совет съест вас живьем, если вы выйдете к ним слабой, с обрывками памяти и одной меткой на руке.

— Значит, не выйду слабой.

Ферн фыркнул:

— Леди, вы десять минут назад чуть не потеряли сознание в коридоре.

— Значит, у меня есть десять минут тренировки.

— У меня от вас сердце болит.

— Проверяйте свое, мастер Ферн. Мое пока занято другим.

Эйран смотрел на нее так, будто одновременно хотел запереть в комнате, накричать, защитить и понять, кем она стала.

— Вы не знаете состава Совета, — сказал он.

— Расскажете.

— Не знаете законов.

— Орден принесет.

— Не знаете, кто поддержит Вирнов.

— Тем более надо узнать.

— Не знаете, какие обвинения они выдвинут.

— Зато знаю, что если я не появлюсь, они выдвинут их без меня.

Он замолчал.

Марина перевела дыхание.

— У меня есть семь дней?

— Почему семь?

— В договоре Суд крови требует срок на доказательства?

Эйран посмотрел на нее внимательнее.

— Откуда вы знаете?

— Не знаю. Помню. Или Ливия помнит.

Ферн тихо сказал:

— Родовая память иногда поднимается с меткой.

— Да, — ответил Эйран. — Если Совет принимает требование, стороне дают семь дней на сбор доказательств. На восьмой день проводится кровное слушание.

— Значит, просим семь дней.

— Совет может дать меньше, если сочтет угрозу срочной.

— Тогда вы как глава рода потребуете полный срок.

— Потребую.

— И письменно признаете, что до конца срока я остаюсь законной леди Дрейкхолд со всеми правами.

Эйран медленно выдохнул.

— Вы сейчас торгуетесь даже с судом?

— Нет. Я не позволяю суду стать заранее подготовленной могилой.

Он посмотрел на нее странно.

— Вы очень быстро учитесь.

— Я была замужем.

Мира не поняла.

Ферн не понял.

Эйран понял, что за этой фразой стоит не только Ливия, но и кто-то еще. Его взгляд стал острым.

Марина выдержала.

Пусть думает.

Правду о Марине Орловой он пока не получит. В доме, где даже цветы могли оказаться оружием, душу открывают последней.

Гарт снова постучал в дверь, хотя находился в комнате, — коротко, костяшками по косяку, привлекая внимание.

— Милорд. Птица из южного крыла ушла десять минут назад.

Воздух словно обледенел.

Эйран обернулся медленно.

— Кто отпустил?

— Один из младших стражников. Он утверждает, что получил приказ леди Ровены.

Эйран закрыл глаза.

Марина тихо сказала:

— Или приказ от ее имени.

— Гарт.

— Уже задержан.

— Птицу сбили?

— Нет, милорд. Ушла в туман.

Эйран ударил кулаком по каменной раме камина.