Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту (СИ) - Карниенко Лилия - Страница 40

Но на эту ночь — возможно.

К вечеру город изменился.

День, начавшийся с Палаты, слухов и серых уведомлений, вытянулся в длинную цепь запросов, отказов, закрытых дверей и слишком вежливых ответов. Орвина не нашли. Старое судебное хранилище запечатали по внутренней тревоге, но список тех, кто входил туда за последний час, оказался «временно недоступен». Кабинет Солла закрыли на проверку. Запрос Рейнара к старшей линии Вейров вернулся с ответом: «Вальден Вейр прибудет к утреннему кругу лично».

Утренний круг.

То есть к моменту, когда до обряда останется всего несколько часов.

Селеста весь день не появлялась.

И именно поэтому Элиана знала: ночью она придёт.

Для ожидания выбрали малую гостевую комнату при боковом крыле Палаты. Не дом Вейров. Не архив. Не зал суда. Комната была почти пустой: стол, два кресла, узкое окно, клятвенная лампа под потолком, которая фиксировала только магические всплески, но не слова. Идеальное место для разговора, который потом невозможно доказать.

Элиана пришла туда одна.

Так должно было выглядеть.

Рейнар остался в соседнем переходе за закрытой печатью, которую нельзя было пересечь без следа. Не подслушивал — клятвенная лампа исказила бы попытку. Не видел — дверь была глухой. Но если магия в комнате станет опасной, он войдёт.

Элиана положила футляр Орвина на стол.

Не весь. Только пустой внешний слой, в который заранее переложила безопасные бумаги. Настоящие улики Рейнар унёс в родовой защитной пластине, оформленной через Палату. Элиане не нравилось отдавать их ему, но после браслета она понимала: ловушка строилась именно вокруг её рук. Значит, нужно было убрать из этих рук то, что могли объявить украденным.

Настоящий брачный браслет остался у неё.

Не на запястье. В запечатанном внутреннем кармане. Слишком опасная вещь, чтобы оставлять её без себя. Слишком важная, чтобы отдавать кому-то полностью.

Когда часы Палаты пробили полночь, дверь открылась.

Селеста вошла без стука.

На ней было тёмное платье.

Элиана отметила это раньше, чем лицо. Не светлое. Не жемчужное. Не то, что просило сочувствия у залов. Тёмно-серое, почти синее, без украшений. Волосы убраны гладко. Камня у горла нет. Лицо спокойное.

Настоящее.

И оттого куда красивее и страшнее.

— Вы ждали меня, — сказала Селеста.

Элиана не поднялась.

— Вы слишком любите появляться после полуночи, чтобы я удивилась.

Селеста закрыла дверь.

Сама.

Печать на косяке вспыхнула и тут же погасла. Она не заперла комнату — просто обозначила: разговор начался.

— Где Рейнар? — спросила она.

— Там, где вы не сможете на него смотреть влажными глазами.

Селеста улыбнулась.

Впервые за всё время открыто.

Без мягкости. Без дрожи. Без благородного страдания.

— Значит, вы всё-таки ревнуете.

— Нет. Просто узнаю приём.

Селеста медленно прошла к столу и остановилась напротив. Не села. Ей нравилось смотреть сверху. Элиана позволила ей это маленькое удовольствие. Чем увереннее противник, тем больше он говорит.

— Вы могли уйти, — сказала Селеста. — Ещё утром. С копией протокола, временно возвращённым голосом, красивой ролью женщины, которая почти доказала свою правоту. Это было бы разумно.

— Вы пришли дать мне совет?

— Сделку.

Элиана молчала.

Селеста опустила взгляд на футляр Орвина.

— У вас нет того, что вы думаете. У вас есть обрывки, следы, имя Дамиана и исчезнувший старый магистр. Этого хватит, чтобы затянуть дело. Не чтобы выиграть.

— Вы волнуетесь за меня?

— Я оцениваю.

— Как вещь?

— Как препятствие.

Вот теперь маска действительно исчезла.

И Элиана почувствовала не страх, а странное облегчение. Тяжело сражаться с туманом. Проще — с клинком, даже если он очень острый.

— Тогда оценивайте точнее, — сказала она. — Я не препятствие. Я свидетель.

Селеста чуть наклонила голову.

— Свидетелей убирают легче, чем препятствия.

Слова прозвучали почти ласково.

Клятвенная лампа под потолком не вспыхнула. Значит, прямой магической угрозы в них не было. Только человеческая. А такие Палата не записывала.

— Вы пришли пугать?

— Нет. Предлагать.

Селеста наконец села в кресло напротив. Двигалась она плавно, но теперь эта плавность не изображала слабость. Это была уверенность женщины, которая уже не раз входила в чужие круги и выходила из них чистой.

— Завтра утром временный круг признает прежнюю клятву Дамиана утратившей практическое значение. Рейнар будет сопротивляться, но Вальден убедит Совет, что затягивание угрожает самому роду. Обряд проведут в сокращённой форме. После этого поздно будет спорить о том, что уже вошло в печать.

— Вы уверены.

— Да.

— Потому что Вальден с вами?

— Потому что Вальден считает, что я с ним.

Элиана не показала, как сильно это задело мысль.

Значит, Селеста не пешка Вальдена.

Или хочет, чтобы Элиана так думала.

— А на самом деле?

Селеста улыбнулась.

— На самом деле каждый берёт то, что может удержать.

— И что берёте вы?

— Доступ.

Слово прозвучало просто.

Без романтики. Без оправданий.

Элиана смотрела на неё через стол.

— К родовой печати Вейров.

— Не только.

— К старым обязательствам Крайсов?

— Умнее, чем о вас говорили.

— Кто говорил?