Я невеста дракона? Ну уж нет! Лучше стану злодейкой (СИ) - Дорохова Ксения Ксения - Страница 13

— Элли! Ты хоть понимаешь, ЧТО ты сделала?! — он схватил меня за плечи. — Магический напиток из наших источников... он обладает антисептическими свойствами! В городе прекратилась эпидемия зимней лихорадки! Соседние страны уже прислали заказы на поставку нашей «Чудо-Воды»! Мы стали крупнейшим поставщиком лекарственного напитка в мире!

— 26:0, — я медленно сползла по стенке. — Я хотела... я просто хотела, чтобы ты не мог умыться.

— А в итоге ты спасла нацию от болезней и сделала нас богаче всех королей юга, вместе взятых, — Эрик прижал меня к себе, и я почувствовала, какой он тёплый и... ароматный. — Элли, ты — самое прекрасное проклятие в моей жизни.

Я шмыгнула носом.

— Завтра... завтра я уйду. Это будет моя последняя кознь. Посмотрим, как ты будешь радоваться пустому замку.

План «Щ»: Щит и нежность

Я поняла: я не могу его победить, потому что он превращает мою ненависть в любовь, а мои пакости — в прогресс. Единственный способ выиграть — это убрать саму причину его успеха. Меня.

Я собрала маленький узелок, написала короткую и очень злую записку:«Эрик, ты победил. Твоя идеальность доконаламеня. Я ухожу в лес, буду жить с медведями — они хотя бы честно рычат, а не превращают мои козни в министерства. Не ищи меня, ты всё равно найдёшь там какую-нибудь пользу для экономики».

Я не ушла из замка, а спряталась в тайном чердаке, о котором не знал даже архивариус, и наложила на себя чары «Абсолютной Пустоты». Я хотела сидеть там и слушать, как в замке воцаряется тишина, как Эрик начинает метаться, как его «идеальный мир» без моего хаоса становится серым и пресным.

Прошёл час. Я сидела на пыльном сундуке и ждала звуков поисковых отрядов.

Два часа. В замке было тихо. Слишком тихо. Моё сердце начало предательски сжиматься. «Неужели ему всё равно?» — промелькнула обидная мысль. — «Неужели он просто вычеркнул меня из своего графика?»

И вдруг...

Крыша чердака не просто открылась. Она была снесена одним ударом огромной золотой лапы. Сверху на меня смотрели два гигантских золотых глаза, в которых бушевало пламя, способное испепелить целую армию.

Эрик обернулся в человека прямо в прыжке, приземлившись на пыльный пол с грохотом, от которого задрожали стены. Он не улыбался. Он был страшен в своём гневе. Волосы всклокочены, а от кожи исходил такой жар, что в чердаке стало душно.

— Ты... — его голос был тихим, но от него вибрировали мои кости. — Ты думала, что можешь просто стереть себя из моей жизни?

Я вжалась в угол.

— Тебе же... тебе же будет спокойнее! Никаких коз, никаких красных стен!

— МНЕ НЕ НУЖЕН ПОКОЙ! — взревел он, хватая меня за плечи и поднимая над полом. — Мне нужна ТЫ! Со всеми твоими идиотскими планами, с твоим ядом, с твоей вредностью! Ты — моё сердце, Элоиза! Без твоего хаоса я — просто кусок мёртвого золота!

Он прижал меня к своей груди так сильно, что я услышала бешеный стук его сердца. Оно колотилось точно в ритме моих «ускоренных часов».

Я почувствовала, как его руки дрожат.

— Ты победила. Ты заставила меня бояться. Ты заставила меня почувствовать, что я ничто без тебя. Довольна?

Я посмотрела на него — на этого мужественного, сильного дракона, который сейчас выглядел как тот самый испуганный мальчишка из нашего детства, который боялся, что я больше не позову его играть в овраг.

Вся моя злость, все годы соперничества и мести просто испарились, оставив после себя странную, тёплую пустоту.

— 27:0, — прошептала я, обнимая его за шею. — Ты победил, Ящерица. Потому что я никуда не уйду. Я остаюсь, чтобы портить тебе жизнь ещё минимум пятьсот лет.

Эрик рассмеялся — на этот раз облегчённо и счастливо — и накрыл мои губы поцелуем, который пах корицей, небом и самой настоящей любовью, которую не нужно было доказывать никакими кознями.

— Кстати, — шепнул он, отстранившись через минуту. — Я тут заметил, что облака над замком слишком белые. У тебя нет лишнего ведра синей краски?

Я улыбнулась, вытирая слезы.

— У меня есть ведро цвета морской волны. Неси лестницу, дорогой. Мы будем делать это королевство ещё более странным.