Почувствуй мою боль (СИ) - Фарт Лена - Страница 1

Лена Фарт

Почувствуй мою боль

Пролог

Сердце бешено колотится, вырываясь из груди. Я запыхалась, дышу через раз, страх придаёт сил, хоть ноги и забиты, но я бегу. Перепрыгиваю ступеньки через две, а то и три, лишь бы спастись от той участи, что меня постигнет, если я споткнусь или выдохнусь окончательно.

Я слышу сквозь стук собственного сердца, как он бежит за мной. Тяжёлые шаги отдаются эхом в огромных коридорах мрачного особняка, как и звонкий цокот моих служебных туфель, что почти не имеют каблука.

— Когда я догоню тебя — сожгу! А после закопаю в чёртовом лесу!

В его голосе нет ни намёка на шутку, что придаёт мне ускорения. Все мои внутренности напряжены до предела, словно налились раскалённой сталью и застыли. Так страшно мне ещё никогда не было!

Мысли в моей голове кружатся вихрем. Я думаю про свою ошибку приехать сюда и про то, что не должна сдаваться ради Габри. И я, черт побери, продержусь тут до конца договора, чего бы мне это не стоило! Ради своей цели и семьи!

Чудовище за моей спиной слишком быстрое. Он почти догоняет меня, и неосознанно слёзы застилают мой взор. Дрожащими ладонями я смахиваю их, продолжая бежать в неизвестность. Я вообще не понимаю, где нахожусь, ведь эта часть особняка мне неизвестна. Не каждой служанке и горничной тут разрешено находиться, но у меня не было выбора. Сейчас главное сбежать от монстра, жаждущего моей смерти. Ещё и освещения тут почти нет, лишь свет яркой луны освещает мрачные коридоры через арочные окна.

Преодолев широкие бетонные ступени, я поворачиваю вправо и случайно царапаюсь запястьем о железный выступ на перилах. Взвыв от дикой боли, я сжимаю зубы до скрежета, после чего прислоняю рану к губам. Чувствую на языке собственную кровь. Запястье начинает неистово гореть и пульсировать. Это замедляет меня. Поток новых слёз появляется в глазах, а шаги за спиной всё ближе. Ноги подкашиваются.

Мне очень страшно, и я слышу пульс в ушах. Задыхаюсь, когда, преодолев крыло сыновей этой чертовой семейки, вижу второго сына — Матея. Он выходит из коридора слева, поправляя часы на руке. Заметив меня, останавливается, скалится и наклоняет голову вбок, расставляя руки в разные стороны.

— Попалась, убогая, — громко говорит, и глаза его блестят, словно он счастлив. — Что же нам с тобой сделать?..

Резко торможу, слыша за спиной смех третьего сына, что гнался за мной.

Я в ловушке.

Сглатываю, пытаясь придумать выход из этой ситуации. Запястье ноет, жжёт, и я сильнее сжимаю его. Дрожащие ноги подкашиваются, из-за слёз теперь уже ничего не вижу.

— Пожалуйста, — умоляюще пищу, согнувшись пополам от боли в боку. Я долго и быстро бежала и теперь мне было трудно и больно дышать.

— Закрой свой ничтожный мерзкий рот, он даже на отсос не годится. Убогая прислуга, — выплёвывает Стефан прямо позади меня в ухо, после чего хватает за руки и тащит к своему брату.

Начинаю судорожно вырываться, мой визг эхом проносится по поместью, только вот разум подсказывает, что тут мне никто не поможет.

1. План

— Ты в этом уверена? — спрашивает седоволосый Габри, что стоит в дверном проёме моей комнаты и, наклонив голову, смотрит на меня поверх очков с мутными толстыми стёклами. — В Пагре есть множество других мест, где ты можешь заработать денег. Необязательно соваться в самое пекло, — его трость нервно постукивает по полу, говоря о недовольстве старика.

— Обязательно, Габри, — произношу на выдохе, когда пытаюсь запихнуть все свои вещи в небольшой кожаный чемодан.

Честно говоря, у меня и вещей немного, но вот этот, ненавистный мною чемодан, совсем уж маленький, имеющий один отсек без каких-либо карманов. Главное, чтобы не разошлась молния, иначе мне придётся тащить всё в руках, чего бы мне очень не хотелось, учитывая, что в Пагре в большинстве своём обитают богачи. Влиятельные и лучшие люди. Там вообще лишь они и их прислуга, которую они не считают за людей. Смотрят свысока. А мне совсем не хочется быть униженной в первый рабочий день. Не потому, что это может задеть меня, а потому, что иначе у меня будет меньше шансов на самую прибыльную работу в стране.

— Именно в самом пекле я и заработаю столько, сколько мне нужно, — я пыхчу, проговаривая это, а когда молния наконец-то поддаётся, резко выпрямляюсь и сдуваю выбившуюся светлую прядь со вспотевшего лба. — Я сделаю это, Габри. Несмотря ни на что, — я упираю руки в бока и широко, подбадривающе улыбаюсь ему.

Пожилой мужчина качает головой, при этом хмуря брови. Он явно не согласен с моими идеями и планами. И я его понимаю. Рваться, сломя голову туда, где тебя могут сломать, унизить, обмануть… Город, про который рассказывают страшилки и легенды. Он напичкан множеством ужасов, ведь у богачей свои развлечения. Но иначе я не смогу выбраться из той дыры, в которую погрязла. Не по своей воли, нет. Просто мне не повезло в этой жизни. И теперь приходится рассчитывать лишь на себя.

Габри шумно выдыхает, а затем, упираясь тростью в деревянный потрескавшийся пол, уходит. Несколько долгих секунд я смотрю туда, где он только что стоял.

— Ничего, Габри, мы справимся. Я справлюсь…

Киваю сама себе и подхожу к напольному зеркалу в бронзовой пошорканной раме, что стоит в моей комнате. На моём лице редко можно увидеть улыбку. И в основном это видит как раз Габри — мужчина, что вырастил и воспитал меня.

Восемнадцать лет назад он нашёл маленький промокший кулёк на центральной площади города Пагра. У старинного величайшего фонтана. Тогда был поздний вечер и шёл сильный дождь. Мужчина, возвращавшись с собеседования, услышал детский плач. Доброе сердце Гарби сжалось, и тогда он нашёл меня, идя на этот звук. И лишь оказавшись у него на руках я успокоилась. В миг перестала плакать, из-за чего мужчина воспринял это как знак свыше. Тогда он пришёл именно в администрацию Пагры, где не стали разбираться чей этот бездомный малыш. Оформили опеку на Габри, чтобы не привлекать прессу и не портить репутацию города. Тем более, что никаких заявлений о пропаже ребёнка не поступало.

И это всё о самом ужасном городе страны. Им ведь даже дело нет до потерявшихся младенцев! Легче закрыть глаза на ситуацию и с лёгкостью отдать ребёнка незнакомцу, да ещё и официально. И мне крайне повезло, что тогда меня нашёл именно Габриель. За это я безгранично благодарна судьбе.

Последний раз бросив взгляд в отражение, я ещё раз проверила папку с документами, после чего вышла из комнаты.

В небольшой кухне за столом сидел Габри. Он тут же посмотрел на меня, а затем кивнул на соседний стул.

— Давай попьём чай перед тем, как ты отправишься в Пагру, — предложил он, вставая и подходя к плите, где уже кипел старенький чайник.

Его забота вновь вызвала на моих губах улыбку. Сегодняшнее утро выдалось слегка грустное. Мне не хотелось расставаться с дорогим сердцу человеком, но в деньгах мы нуждались. Мне нужно было поступать на учёбу, ведь без неё тяжело найти достойную работу, а ещё Габри требовались некоторые лекарства, ведь он уже не молод. И я как раз хотела заработать на всё это, а может даже и больше. Чтобы мы жили лучше, чем сейчас.

Я подошла к нему, открыла шкафчик и достала вазочку с печеньем и дешёвыми конфетами.

Чай мы пили молча, Габри был расстроен, подозреваю из-за меня. Я же грустила из-за предстоящей разлуки на три месяца. Это минимальный срок для работы горничной в семье Лам де Вель, да и на дольше там никогда никто не задерживался, из-за чего там не так сложно пройти собеседование. Им ведь всегда кто-то требуется. Именно это является тем самым пеклом в проклятом городе. Их поместье считается самым большим и старым. Оно многими поколениями принадлежит их семейству, и работа горничной у них очень высоко ценится. Проработав там даже минимальный срок, я смогу оплатить учёбу и позаботиться о своём старике.

О работе горничных и служанок говорили все в нашем городе. Многие мечтали побывать там, но лишь самые смелые и отчаянные уезжали в Пагру. А о том, что прислуга в семье Лам де Вель не задерживается и вовсе холили страшные слухи. Никто не желал влипнуть во что-то ужасное и пострадать. Только вот я понимала, что иначе нам с Габри не справиться. Я сама решила ехать туда и пробыть там целых три месяца, к чему бы это в итоге не привело. Я всю жизнь убирала, готовила, стирала… Я обязательно справлюсь!