Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 923

– Соглашусь. Кто-то, кого все знают, кто хорошо сливается с толпой. Может быть, кто-то, кого знал Шейн. Кто-то, к кому он был не против сесть в машину.

Джуди Уэйт, невысокая полная блондинка, постучала в открытую дверь.

– Шеф, вас обоих ждут снаружи. Скоро начинается прямая трансляция.

– Спасибо, Джуди. – Шеф Рейнтри встала из-за стола. – Мы будем кратки. Я начну. Обращусь к семье Шейна и передам слово вам. Но никаких подробностей и, конечно, никакой лягушки.

– Согласен.

Вслед за шефом Рейнтри Алекс вышел навстречу репортерам, вопросам, вспышкам.

Ему вспомнились полузабытые слова: «пясть лягушки, глаз червяги… место яду на гнуснейшей жабе… жабы слизистый отстой…» В пьесах Шекспира земноводные встречались сплошь и рядом. Это был как раз конец шестнадцатого – начало семнадцатого века – время, когда поселенцы отплыли из Англии в ныне заброшенное место к северу от Гранитной гавани. Что делали те люди, оставившие дом, семью, привычный им мир ради борьбы за жизнь на чужой и пустынной земле, что они творили с лягушками, тритонами и жабами?

– Спасибо, что сегодня пришли сюда, – сказала шеф Билли Рейнтри небольшой толпе, нацелившей на нее микрофоны, камеры и мобильники. – В первую очередь мы хотим выразить наши соболезнования родным и близким…

10

Моргана Клеймор терпеть не могла стоять в пробке на школьной парковке. Торчать в пикапе позади машин других родителей, никуда не двигаясь, было ей совсем не по вкусу. Когда Софи жила у матери, она ездила на школьном автобусе. Он забирал ее на Бэйвью-стрит, в квартале от Бельпорта, дома Морганы на Честнат-стрит. После уроков Софи на том же автобусе возвращалась в город и шла гулять, или в библиотеку делать уроки, или в гости к подруге, а домой возвращалась к ужину. Такая договоренность устраивала и мать, и дочь: после обеда обе были предоставлены сами себе. Иногда Софи приезжала к отцу.

В тех немногих случаях, когда Моргана все же была вынуждена приехать за дочерью – привезти какой-нибудь спортивный инвентарь или еще что-то, что Софи не могла дотащить самостоятельно, – возле школы было далеко не так многолюдно, как сегодня. Но новости уже стали известны. Моргана поняла это по испуганным лицам других родителей, по большей части матерей, ошарашенно смотревших друг на друга, широко раскрыв глаза и качая головами. Все они рванули к школе, чтобы как можно скорее прижать к себе детей.

Автомобиль, ехавший перед ней, продвинулся вперед на несколько метров, и Моргана двинулась с места. В боковое зеркало у двери она увидела, как машина позади нее попыталась ее подтолкнуть, но это было невозможно: пикап Морганы был на полтора метра длиннее и вполовину выше дерзкого «Субару». Ей хотелось рвануть вперед и припарковаться рядом с автобусами, но наблюдать, как грязные «Субару» и «Тойоты» пытаются маневрировать вокруг ее машины, было даже веселее.

Нечего ей мешать.

Переключившись на Общественное радио штата Мэн, она услышала обрывок свежего репортажа:

– …узнали, что жертва – ученик средней школы Гранитной гавани, шестнадцатилетний Шейн Картер. Тело было обнаружено сегодня утром в Поселении живой истории Гранитной гавани. Никаких дополнительных подробностей в настоящее время не разглашается, по словам детектива полиции Гранитной гавани Алекса Брангвена, который недавно дал интервью репортеру «Мэйн-паблик» Келли Джонс…

Моргана не удержалась и прорычала что-то не слишком ласковое. Детектив Алекс Брангвен. Новое открытие! Она давно поняла, что сама придумала мужчину, за которого вышла замуж. Придумала великого писателя. На деле же он оказался обыкновенным эгоистом, меланхоликом и нарциссом. Он был настолько погружен в свою мучительную писанину, так много ныл, жаловался и страдал, что казался ребенком, который пытается открыть коробку, а та все никак не открывается. Почему она сразу этого не заметила? Ей казалось, он станет знаменитым писателем и сможет прилично зарабатывать. Она прочитала его роман, более известный из двух, и согласилась, что он, может быть, и неплох, судя по восторженным аннотациям на обороте, но только ей самой он совершенно не понравился. Какая-то улица, нагоняющая клаустрофобию, и такие же депрессивные, вечно ноющие персонажи. Но что ее впечатлило, так это газетные статьи об Алексе Брангвене. Выбор «Санлей Таймс». Шорт-лист Букеровской премии. Роскошный ужин в какой-нибудь знаменитой библиотеке с издателем, похожим на повзрослевшего Гарри Поттера, и всеми этими умными литераторами. Они все его любили! И этот умный и талантливый человек – ее муж!

Она представляла их семейную жизнь. Дом, полный знаменитых полотен и антиквариата. Великий писатель, его высокоинтеллектуальное окружение. Она до сих пор смущалась, вспоминая, как купилась на все это дерьмо.

Пелена упала с ее глаз, как только она узнала, что беременна.

Мысль о том, что она на всю жизнь застрянет тут с этим инфантильным нарциссом. Лондон, такой темный и мрачный. Ей не терпелось скорее вырваться из Англии.

Дома, в Штатах, она уже разглядела его как следует. Его английское обаяние и чувство юмора потерялись где-то по дороге. Детектив полиции Гранитной гавани Алекс Брангвен. Смех, да и только. Как будто из него мог получиться детектив!

Дальше по радио зазвучал голос Алекса:

– Мы соболезнуем семье и друзьям Шейна. Мы начали расследование, но пока не можем раскрыть никаких подробностей. Мы хотели бы услышать мнение всех, кто недавно видел Шейна и мог бы нам сообщить какую-либо информацию.

– Это был детектив Алекс Брангвен из полицейского управления Гранитной гавани. С вами Келли Джонс, Гранитная гавань, Общественное радио штата Мэн.

По-прежнему ухмыляясь, Моргана обвела глазами автомобили, стоявшие впереди нее. На нее смотрела женщина, сидевшая в другой машине, и ее лицо выражало горе и растерянность.

– Ой, да и катись в задницу, – буркнула Моргана, жалея лишь о том, что окно закрыто, и вновь переключила радио на станцию кантри.

Когда она наконец подъехала к школе, Софи там не было. Моргана написала ей сообщение: «Жди меня. Сейчас тебя заберу». Ответа не последовало, но Моргана его не ждала и не нуждалась в нем.

Она огляделась. В машины позади нее уже садились дети. Директор Джоди Декер обнимала их на прощание и натянуто улыбалась родителям, всем своим видом говоря: «Спасибо, что пришли. Вместе мы как-нибудь справимся. Берегите себя».

Кто-то постучал в окно пикапа. Мужчина в желтом нейлоновом жилете поверх коричневой униформы охранника стоял возле машины Морганы и, щурясь, смотрел на нее сквозь тонированное стекло.

– Мэм, не могли бы вы, пожалуйста, переместить свой автомобиль?

Опустив стекло настолько, чтобы он мог ее слышать, Моргана ответила:

– Я приехала за дочерью. Она сейчас выйдет.

– Вы блокируете нам движение. Можете припарковаться там, – он указал на стоянку, – или снова встать в очередь.

– Я простояла в очереди двадцать минут. Она может выйти в любой момент.

– Вы должны переместить машину, чтобы дать проехать фургонам и другим транспортным средствам. Пожалуйста, войдите в наше положение.

Охранник ушел. Джоди Декер, черты лица которой теперь были хорошо различимы, обвела Моргану взглядом, в котором читалось все перечисленное и кое-что еще.

«Здравствуйте, Моргана. Мы рады видеть вас в школе, потому что вы нечасто здесь бываете. Сегодня у нас трудный день, так что благодарю за понимание».

– Черт! – Она дернула рычаг переключения передач, пропустила «Субару» и направилась в сторону стоянки.

Еще пятнадцать минут она ждала, вертя головой туда-сюда, и наконец разозлилась по-настоящему. Она не сомневалась, что с Софи все в порядке и дочь просто игнорирует ее сообщение. Очередь начала рассасываться.

Моргана вышла и направилась к школе. Джоди Декер стояла рядом с каким-то учителем, пожимала руку очередному ученику, садившемуся в машину, и смотрела на родителя за рулем все тем же болезненно глубоким взглядом, отражавшим значимость момента.