Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 825

Г. М. яростно потер ладонями лоб.

– Один вопрос не дает мне покоя, – рявкнул он. – Мы с вами вчера и сегодня взяли показания у всех свидетелей, за исключением тех, кто уже умер или уехал из этих мест. Они совпадают с тем, что эти люди говорили двадцать лет назад?

– Да, почти полностью. – Взгляд Мастерса стал задумчивым. – Даже слишком сильно совпадают, вам не кажется?

– Нет, сынок. Вовсе нет! Вы же не сможете забыть первую бомбу, которая упала неподалеку от вас? Или обстоятельства, при которых это произошло. Нет, конечно. Так что нам это только на руку.

– Отсутствие противоречий в показаниях нам только на руку?

– Совершенно верно.

Мастерс зажмурился:

– Еще вопросы есть?

– В вашем списке не упомянут доктор Хью Лорье. Или он в ту пору еще не получил диплом врача?

– Он получил диплом за несколько лет до тех событий и помогал отцу. Но в тот день уехал в Лондон. А потом опоздал на поезд и вернулся уже позже.

– Ясно, – бесстрастно отозвался Г. М. и опустил руки. – И наконец, сынок, в вашем портфеле есть досье из Скотленд-Ярда, а в синей папке – показания Саймона Фрю и Артура Пакстона. Один видел случившееся через бинокль, второй – через подзорную трубу. – Г. М. вытянул руку и пошевелил пальцами: – Дайте-ка мне эту папку!

В этот момент Дрейк и Мастерс с тревогой заметили, как взволнован сэр Генри.

– Папку? Зачем?

– Мне нужно кое-что сделать, – заявил Г. М. – Много времени это не отнимет, но задача не из приятных. И признаться, я напуган до чертиков. – Он сунул папку под мышку.

– Скажите, когда будете готовы!

– Мастерс, вы никуда не пойдете.

Мастерс посмотрел на него с удивлением:

– Сэр Генри, на случай, если у вас вдруг произошел провал в памяти, именно мне поручено расследование этого дела.

– И все равно вы никуда не пойдете, – просто ответил Г. М. – Вы его только напугаете. И черт побери, не спорьте! Это первая карта, которую нам предстоит разыграть, и я все сделаю сам. Со мной пойдет этот молодой человек. – Он кивнул Мартину. – Если сможет. Что скажете?

Мартин, покачнувшись, поднялся и затушил сигарету.

– С вами хоть на край света, – произнес он, – если только позволите мне сначала позвонить Дженни. Весь вечер собирался это сделать, но постоянно кто-нибудь появлялся и пытался что-нибудь рассказать.

– Вы, конечно, можете ей позвонить, сынок, – резко заявил Г. М., – только она вам не ответит.

– Боже мой, неужели она уехала с бабушкой? – Мартин задумался. – Старая леди сказала, что уедет на всю ночь. Дженни отправилась с ней?

– Нет, нет, нет, – быстро и с каким-то злорадством заговорил Г. М. – Перед тем как эта старая кикимора отослала Дженни, я взял с нее обещание, что, вернувшись домой, она примет пару таблеток нембутала. Сынок, она не проснется, даже если поместье Брейл сровняют с землей. Ну ладно, вы человек упрямый и недалекий. Попробуйте!

Мартин попытался дозвониться до Дженни. Он сидел за телефонным столиком в темном углу холла и слушал тихие, зловещие гудки в трубке. Но никто так и не ответил. Неужели Доусон или кто-нибудь еще не услышал звонок? Не важно. Уже слишком поздно. Он положил трубку.

Внезапно Мартин понял, что теряет ощущение реальности. Туман, окутавший его воображение, начал рассеиваться, он увидел, как чьи-то руки тянутся к нему, пол под ногами растаял, и он проваливался…

Разумеется, ничего подобного не случилось! Мартин медленно вернулся в светлую гостиную. И снова его охватило раздражение. Почему он никак не мог избавиться от этого ощущения? Атмосфера в гостиной только усилила его состояние. Мастерс и Г. М., похоже, о чем-то очень быстро говорили, и Мартину показалось, что, когда он вошел, старший инспектор с выражением сильного удивления на лице открыл рот, чтобы возразить. Но ничего не сказал. И больше они не проронили ни слова.

В гостиной погасили свет. Мартин тихонько открыл задвижку на входной двери, и все вышли из дома. Ночь была прекрасная, россыпь звезд своим мерцанием затмевала сияние тонкого месяца.

В окнах «Лежбища дракона» свет не горел, вход в гостиницу находился с левой стороны, в самой узкой части здания. Когда Мартин подошел к двери, Мастерс и Г. М. последовали за ним. Мартин посмотрел на юг, ведь где-то там находилось поместье Брейл. Ему показалось, что небо вдали озаряло слабое светлое переливающееся сияние. Стояла тишина. Или все-таки он что-то услышал? Сияние не походило на зарево пожара. Это точно. Но…

– Эй! – прошептал Г. М., толкая его внутрь.

Узкий коридор тянулся через все здание с юга на север. По левую сторону располагалось три бара. По правую находилась кабинка с книгой, куда заносили всех постояльцев, затем – дверь в столовую, Мартин помнил, что ел там ланч в субботу, затем он увидел еще несколько дверей. Стены были покрашены белой краской, на одной из них висел арбалет шестнадцатого века, а вокруг него – старинные медные грелки; свет лампы с абажуром освещал старые, но тщательно начищенные половицы.

– До скорой встречи, – прошептал Мастерс и на цыпочках стал подниматься по лестнице к номерам.

Г. М. взял Мартина за руку и повел его за собой к двери в самом конце коридора. Там он тихо постучал.

– Входите, – послышался голос, и Мартин догадался, что он, скорее всего, принадлежал миссис Пакстон.

Мистер и миссис Пакстон, чью дочь убили и изуродовали прошлой ночью, находились за этой дверью. Если бы Г. М. не держал Мартина за руку, тот развернулся бы и бросился прочь.

Г. М. открыл дверь.

Они оказались в старомодной гостиной, совмещенной с кухней. Кирпичные стены были выкрашены в белый цвет. В огромной нише, где когда-то находился камин, стояла теперь большая плита, топившаяся углем, со множеством заслонок, а сверху на ней кипел чайник. В центре комнаты располагался обеденный стол, покрытый желто-белой скатертью и освещенный электрической лампой на потолке. Стол был накрыт к ужину, к которому так никто и не притронулся.

Артур Пакстон сидел около стола спиной к двери и лицом к плите. Его почти лысая голова, покрытая веснушками и остатками рыжеватых с проседью волос, а также худые, но мускулистые плечи оставались совершенно неподвижными. Миссис Пакстон, темноволосая и статная, сидела в кресле в углу и шила.

Пакстон обернулся.

Он часто заморгал, но по щекам все равно покатились слезы. Тем не менее выражение лица оставалось дружелюбным. Пакстон увидел, кто стоит в дверях, и сначала вздрогнул, затем сильно смутился, вытер лицо и принялся яростно тереть глаза перепачканными в угле рукавами. Потом горе взяло верх. Он опустил руки. Ему стало все равно, как он выглядит.

– Мистер Пакстон, – сказал Г. М., и Мартин даже не поверил тому, насколько мягко звучал его голос. – Знаю, мы явились без приглашения. Но поверьте, я пришел только потому, что знаю, как вам помочь.

Миссис Пакстон подняла глаза, в них не было слез, но взгляд казался мутным.

– Может, вы присядете? – тихо предложила она. – Мы все понимаем. Артур предполагал или, по крайней мере, надеялся, что вы придете.

Оба гостя сели за стол и опустили взгляды на скатерть.

– Норма, – медленным, монотонным голосом начал Пакстон, – я должен объясниться…

– Артур, ничего не нужно объяснять.

– Нет, нужно. – Пакстон с большим усилием развернул свой стул и тоже опустил глаза. Его правая рука со вздутыми синими венами принялась машинально разглаживать скатерть. – Сэр, я должен объяснить, что открыл сегодня заведение только потому, что обещал клубу любителей хорового пения предоставить два моих бара для репетиции после выступления в церкви. Они собирались петь псалмы, понимаете? Мы решили, что так будет правильно. Это же псалмы. И мистер Брэдли, настоятель, он тоже так сказал. Сами мы с Нормой туда, конечно, не пошли. Но решили посидеть в коридоре и послушать псалмы через стену. Так мы и сделали. И мне стало легче, насколько это вообще возможно, пока они не запели о том, что волны вздымаются, а буря еще бушует… И я даже не знаю, – продолжал он, качая головой и все так же водя ладонью по столу, – я не знаю, почему так глупо себя повел. Но я разрыдался и ушел сюда, чтобы они не услышали. Не знал, что я такой мягкосердечный, ведь это всего лишь псалмы.