Зелья и предубеждения (ЛП) - Харлоу Ти - Страница 18

Блядь. Я выскочил из-под стола. Мяч завис между мной и Элспет. Она выставила руки вперед, чуть присев, и начала обходить диван по кругу.

— Только ты и я, Даркстоун, — сказала она с вызовом в глазах.

— Другого я и не желал, — ответил я.

— Не дай ей запудрить тебе мозги! — крикнула Тея.

Она и сестры Элспет сгрудились у кухонной стойки, наблюдая за финалом.

Элспет выпрямилась, и мяч, будто почувствовав это, по прямой линии пулей полетел в нее. Она уклонилась, повалившись на диван.

— Извините, — бросила она родным. — Вы вообще на чьей стороне?

— Очевидно, на стороне Дрейвена, — отозвалась Огги.

— Нам надоело, что ты постоянно выигрываешь, — добавила Прю.

Это заставило меня улыбнуться. Может, эти Мунфлауэры не такие уж и плохие. Мяч взмыл выше, готовясь спикировать на Элспет. Она скатилась с дивана как раз в тот миг, когда шар ударился о подушку и, срикошетив, полетел в мою сторону. Я крутанулся на месте, уворачиваясь, и перехватил метлу, которую оставила Тея.

Мяч несся на меня, я вскинул метлу и точным ударом отправил его обратно к Элспет. Она охнула, отступая и пригибаясь. Лунный мяч пролетел прямо над ее головой и резко замер. Элспет стояла ко мне спиной и начала медленно пятиться. Шар просто висел в воздухе, и никто из нас не понимал, что он выкинет в следующий момент.

Затем он пошел в атаку. Элспет развернулась, чтобы бежать. В голове у меня созрел план, и, прежде чем я успел его обдумать, я прыгнул. Я врезался в Элспет, повалил ее на пол и замер. Считая секунды.

— Что вы творите? — Она заколотила по мне кулаками.

Я зажмурился и понадеялся, что не прогадал и мяч сейчас прямо над нами.

— Хорошая игра, — прошептал я ей на ухо и перекатился в сторону как раз в тот момент, когда шар мягко ткнулся ей в живот.

Все разразились радостными криками, подбежали ко мне и втянули в какое-то подобие группового семейного объятия.

— У тебя получилось! — Прю смотрела на меня с нескрываемым восхищением.

Тея похлопала меня по плечу:

— Вы можете приходить на наши вечера игр когда угодно.

Мунфлауэры наконец меня отпустили. Поднявшаяся на ноги Элспет сверлила меня яростным взглядом.

— Новичкам везет, полагаю.

Огги протянула мне палочку:

— Она твоя до следующего полнолуния.

Я покрутил ее в руках, заметив, как потемнели глаза Элспет. Это доставляло мне слишком много удовольствия.

— Так вы не умеете проигрывать? Буду знать, Мунфлауэр.

Она шагнула ко мне, сжимая кулаки:

— Вы не можете забрать палочку.

Я приподнял бровь:

— Это еще почему?

— Потому что она вам не принадлежит, — процедила она сквозь зубы.

— По-моему, очень даже принадлежит, раз она у меня в руках. И по правилам «лунного мяча» я храню ее до следующего месяца.

— Следующего месяца не будет, — она встала прямо передо мной, в ее глазах полыхало пламя. — Вас больше не приглашали.

— Элспет! — шикнула Тея. Ее круглые щеки покраснели, и она виновато улыбнулась мне: — Она просто не умеет проигрывать. В прошлый раз, когда она потерпела неудачу, она швырнула флакон с зельем.

Элспет закатила глаза:

— В сотый раз говорю: я его выронила!

Все вокруг согласно забормотали, не веря ей ни на грош.

— Как я и сказал: не умеете проигрывать, — я взял Элспет за руку. От этого прикосновения по телу пробежал неожиданный разряд. Я разжал ее кулак и вложил в него палочку. — Но если вам станет легче от обладания этим трофеем — забирайте.

Я подошел к дивану, подхватил пальто и накинул его на плечи.

— Ох, вы уже уходите? — спросила Тея. — Обычно мы играем три раунда.

— Мне пора, — я прошел мимо Элспет и обернулся у двери: — Благодарю за вечер.

Я вышел в темный лес. Холодный ветер хлестнул в лицо, и всю дорогу до дома я думал об Элспет Мунфлауэр. Состязаться с ней было самым веселым занятием за долгое время.

Глава 16



Элспет

В воздухе плыли ароматы наваристого бульона, сладкой моркови, тимьяна, розмарина и крольчатины. Мама помешивала суп в кипящем котле, висевшем над огнем в очаге, и бормотала заклинание, чтобы вкусы слились воедино. Я сидела за кухонным столом у окна и наблюдала за Аделаидой, которая возилась в саду, копаясь в земле.

Весь первый этаж мы уже вымели и отдраили до блеска, но до верха пока не добрались. Слой грязи на окнах оказался таким толстым, что его было не оттереть — придется придумать какой-то другой способ.

Словно подслушав мои мысли, створка окна внезапно распахнулась, целясь мне прямо в голову. Я взвизгнула и отпрянула, стул пошатнулся, и я полетела на пол вместе с ним.

Мама оглянулась через плечо:

— Элспет, что ты делаешь на полу?

Спустившаяся по лестнице Огги помогла мне подняться.

— Да так, решила поваляться для разнообразия, — буркнула я, возвращая стул на место. На этот раз я села подальше от окна.

Внешний вид дома мы, может, и улучшили, но характер у него остался прежним.

Огги плюхнулась на диван и принялась изучать разложенные на столике цветы, которые насобирала в лесу. Взяв пестик, она принялась растирать лепестки в порошки — она использовала их как косметику или красители для ткани и вечно экспериментировала с новыми цветами.

Я смотрела в окно, мимо Аделаиды, на обступивший нас лес.

Надо признать, иметь собственный дом — это приятно. Мы столько лет провели в разъездах, живя в телеге и палатке. Лишь изредка, на чьи-нибудь именины, мы позволяли себе ночь в гостинице. И пусть этот коттедж был ворчливым и агрессивным, теперь у нас было место, которое можно назвать своим. Хотя бы временно.

После вчерашнего признания Дрейвена я сперва хотела заявить, что мы съедем немедленно, но потом мне понравилась мысль, что мы оказываем ему услугу. Мистер Высокомерие не мог даже войти в собственный дом! Я чувствовала мстительное удовлетворение от того, что коттедж приютил нас, но не пускал на порог хозяина.

Из библиотеки вышла Прю, листая какую-то найденную там книгу.

— Прю! Смотри под ноги, — предостерегла я ее как раз в тот момент, когда она споткнулась на ступеньке. Сестра успела поймать равновесие, едва не вписавшись лицом в пол.

— Честное слово, ты когда-нибудь выпускаешь книги из рук? — Огги нанесла на губы немного красного порошка.

— Я хотя бы читать умею, — пробормотала Прю.

Огги обернулась и скорчила ей рожу.

— Девочки, — приструнила их мама.

— У каждой из вас свои сильные и слабые стороны, — добавила я, когда Прю примостилась на диване рядом с Огги. — Нам стоит ценить наши различия, а не попрекать ими друг друга.

Обе притихли с пристыженным видом.

— Что ж, это рагу должно поднять всем настроение, — сказала мама. — И, может быть, настроить нас на более дружелюбный лад. — Она бросила на меня красноречивый взгляд, и теперь пришел мой черед стыдливо отводить глаза.

— Да уж, — Огги выпрямилась. — Давайте лучше обсудим то, что Дрейвен Даркстоун уже трижды оказывался на тебе сверху.

Этого хватило, чтобы даже Прю отложила книгу.

— Вчера вечером вы двое выглядели очень… уютно.

— Вовсе нет, — я принялась теребить кончики волос. — И, к слову, я не желаю обсуждать Дрейвена.

— Почему? Он же вылитый «мрачный, высокий, темноволосый красавец», — Огги нанесла синий порошок на веки.

— Мне плевать, как он выглядит. Он осел, — отрезала я, стараясь не думать о том, как в памяти вспыхнули его светло-зеленые глаза и тот пронзительный взгляд, которым он меня одарил.

Огги фыркнула:

— Хочешь сказать, ты совсем ничего не почувствовала, когда его огромное мускулистое тело прижимало тебя к земле? Да я бы такого мужчину живьем съела.

Мама, помешивавшая суп и делавшая вид, что не слушает, поперхнулась.

— В горле запершило, — выдавила она.

Я закатила глаза.

— В первый раз я едва не погибла из-за его заклинания. Во второй — ледяная вода ручья текла мне за шиворот, и казалось, что кожу режут осколками льда. А в третий он снес меня с ног так, что выбил воздух из легких. Так что нет, я не думала о том, какой красавчик на мне лежит.