Богатырский ретрит (СИ) - Яр Елена - Страница 17

Обе двери — было бы совсем хорошо. Уверен, среди девчонок найдётся пара-тройка человек, которые захотели бы помочь. Но и дверь во двор тоже волшебная. Помню, я как-то случайно захлопнул её, придя в отсутствие Рады, и не смог выбраться, пока она сама не выпустила меня на свободу — и, разумеется, долго потешалась от такой моей оказии. Ни у меня, ни у полениц снаружи это сделать не получится.

Я поискал глазами кота. Он сидел неподалёку и смотрел на меня так, словно хотел провертеть взглядом дыру.

— Я её спасу, — не было уверенности, что я говорю это именно Мраку. Возможно, и себе тоже. Но от сказанных слов немного полегчало. Словно дело сдвинулось с мёртвой точки. — Мрак, скажи, ты можешь открыть эту дверь? Не отпирайся, я видел, как ты… Ну это… превращался в огромную тень. Ты сможешь это повторить?

— Мау! — в голосе кота я расслышал оттенки паники и нахмурился.

Тут произошло невероятное: за моей спиной раздался скрип, и внутрь вломились Настасья и Марья Савишна. Я оторопело вытаращил глаза: этого не могло быть, но между тем — вот они, прямо передо мной.

— Что здесь произошло? — рявкнула Настасья, пробежав напряжённым взглядом по всей избе. — Где Рада?

— Вы как смогли открыть дверь? — Надежда затеплилась в груди, и я начисто проигнорировал оба вопроса поленицы.

Ответила Марья Савишна:

— Я, как знала, что ещё нечто неладное произойдёт, поэтому, когда уходила, в створ двери свой кушак запихнула. Вот дверь и не прикрылась плотно. А теперь немедленно отвечай: что здесь произошло? Иначе, клянусь, я тебя отправлю туда, откуда Рада тебя только что достала!

Сердце снова рухнуло в пропасть.

Я коротко и быстро рассказал о случившемся в избе. Поленицы в очередной раз доказали, что они отличаются от обычных женщин, не став размениваться на охи и вздохи, а вплотную занялись решением проблемы.

— Так, нам всего лишь надо открыть дверь, которая не открывается, — сказала Настасья. — Нам нужна другая баба Яга.

— До ближайшей дня три пути, — нахмурилась Марья Савишна. — Это слишком долго.

— Кот может открыть, — сказал я, указывая на Мрака.

— Мау! — подтвердил Мрак, но панические нотки из его голоса никуда не делись.

— Может-то он может. — Марья покачала головой. — Но силёнок у него мало, и он просто откроет дверь куда-нибудь. Шансы, что мы попадём к Раде не слишком велики. А идти по нави без карты… выйдет ещё дольше, чем сделать крюк через другую бабу Ягу.

Настасья упёрла руки в бока:

— Пойду других опрошу, может, кто и знает что-то, что нам Рада не говорила. А может, идеи какие подкинут. Да соберу отряд из тех, кто лучше всех на ногах стоит после битвы с мавками.

Она вышла, а Марья начала по полкам шарить, приговаривая:

— Не лишним бы нам был клубочек какой поисковый. Или что там ещё бывает?

— Мау! — громко подал голос кот, и на этот раз я услышал в его тоне решительность. Зелёные глаза смотрели прямо на меня. Я присел к коту и спросил:

— Ты что-то придумал?

И снова утвердительный вопль.

Не меньше получаса мы потратили на то, чтобы разобрать, что хотел донести до нас Мрак Васильевич. Пришлось подбирать слова и иногда даже первые буквы слов, чтобы понять его послание. Учитывая, что тот мог отвечать лишь «да» и «нет» своей чёрной башкой.

В итоге мы выяснили, что существует возможность открыть дверь прямо туда, куда чудище утащило Раду. Но для этого придётся принести самого кота в жертву. В последнее мгновение перед смертью Мрак сможет поднять свою тень и сделать то, что обычно делала сама баба Яга.

Он был уверен, что его хозяйка достойна такой жертвы, и решительно настроился принести её. Я с тяжёлым сердцем согласился, и то лишь потому, что вполне разделял его чувства — сам бы легко отдал свою жизнь за кареглазую девчонку, которая как-то тихо и незаметно пролезла в самую мою душу. Как объяснять ей потом, куда делся кот, я подумаю позже.

— Все готовы? — в который раз спросил я.

Нас набралось почти десять человек — из тех, кто не ранен и выразил готовность идти в навь. Впрочем, собравшихся было больше, но и избу оставлять без присмотра и защиты никак нельзя. К тому же стоило учитывать, что сегодня та самая Велесова ночь.

Так людно в избе, кажется, не было ещё никогда. Все набились внутрь, и место совершенно кончилось. Свободный остался лишь пятачок перед выходом в другой мир, рядом с которым сидел Мрак Васильевич с самым безразличным выражением на морде.

— Мы должны будем закрыть за собой дверь, — мрачно сказал я.

— Зачем? — спросила Марья Савишна. — Давайте так же положим в створ кушак или ложку — тогда при любом раскладе сможем пройти назад.

— Это опасно, — возразил я. — Как считаете, много ли пройдёт времени, прежде чем тамошние пронюхают об открытой двери и рванут сюда, словно их черти гонят?

Все замолчали, переваривая новую информацию и прикидывая размеры возможного бедствия.

— Но… как тогда мы вернёмся? — тихо спросила одна из полениц.

— Мы вернёмся с Радой, — отрезал я.

— Никто никого насильно не тащит, — немного резко добавила Настасья. — Кажется, настал черёд решить, кто здесь поленица, а кто ею прикидывается.

Отказавшихся не нашлось.

Дальше было самое сложное.

Я много раз лишал жизни чудищ и монстров. Они все не были достойны жить, потому что совершали жуткие зверства. Убивать кота, который вызвался добровольной жертвой, рука не поднималась. Хоть это и было необходимо. Я перебирал в ладони нож, всё никак не решаясь.

— Мау! — почти зло завопил Мрак, напомнив, как дорого время.

Он растянулся вдоль порога на спине, раскинул лапы, но эта жертвенная поза резко контрастировала с решительным, почти свирепым взглядом.

Я зажмурился и ударил. Клинк, почти не встретив преграды, вошел в пушистое тельце. Кто-то ахнул сзади, я так стиснул зубы, что они едва крошиться не начали.

И тут же толчок мощной силы сдвинул с места всех, кто находился в доме. Я опрокинулся, не удержав равновесие на корточках, но тут же вскочил, распахнув глаза.

Передо мной восставала огромная тень — более плотная, чем я видел здесь ранее. Она росла в объемах, заслоняя собой весь проем, уплотнялась, но четкую форму так и не приобрела. темная масса клубилась, будто черных дым. Затем от неё отделились две когтистые то ли лапы, то ли руки. Они резкими движениями ощупали дверь и потянулись к ручке.

Я замер, опасаясь хотя бы лишним вздохом разрушить момент.

Дверь загудела, словно ей мешал сквозняк, и я подумал было, что ничего не выйдет — с таким натуживанием тень начала тянуть полотно на себя. Миг… Другой…

— Ну же… — одними губами прошептал я.

Но Мрак Васильевич справился.

В створе показалась тёмная навья ночь и густая чаща.

— Идём! — скомандовал я.

Шагая в неизвестность, я старался не глядеть на маленькое тельце Мрака Васильевича, лежащее у косяка двери.

Глава 18

Рада

Руки затекли и плечи от неудобного положения начинало ломить. Но я и не думала жаловаться. Во-первых, это вряд ли кого-то здесь проймёт. Во-вторых, хотелось сохранить хотя бы остатки гордости. Ну а в-третьих, это хоть немного отвлекало от чёрных мыслей.

Ночь густела. Лес вокруг наполнялся шорохами, скрежетом, воем, звуком драк и возни. Велесова ночь в нави была временем разгула и беспредела. Но сюда, на поляну, никто соваться не посмел — и даже близко подбираться дураков не нашлось. Все гульбища проходили в отдалении.

Ветряной див стоял за моим плечом, но не рядом — я могла видеть его краем глаза. Возможно, он должен был нервировать меня или проверять выдержку, но я знала наверняка, что без приказа хозяина он не сделает мне ничего.

А хозяин молчал. Ожидание не доставляло Чернобогу дискомфорта, он не пытался разговаривать, чтобы скрасить минуты, не вышагивал по поляне и вообще почти не шевелился. Он скрестил руки на груди и с каменным лицом смотрел куда-то в лес. Пару раз поднимал лицо к навьему куполу, будто хотел разглядеть луну, но на этом всё. Допускаю, что он был вовсе не здесь — мысленно или духовно.