"Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аквила Люцида - Страница 567

Это было сродни удару под дых, когда воздух вышибает из груди и ты не можешь сделать вдох. С одной стороны, в душе поселилось незамутнённая радость – Стефан моя вторая половинка! Вот только…стало нестерпимо больно от осознания, что никакие брачные узоры не заставят моего отца нарушить собственные планы. Ему плевать на всю эту ерунду с чувствами, благословлениями и прочую чепуху. Он у меня никогда не был особо набожным и всегда считал, что человек сам строит свою судьбу.

К тому же есть ещё и Стефан, мнение которого надо учитывать. Могу ли я требовать от парня пойти против воли родителей в его-то ситуации? История бастарда, которого взял на воспитание граф ле Миролан, известна многим. Именно по этой причине перед Стефаном до сих пор не выстроилась шеренга родителей, желающих спихнуть своих дочерей. Все пекутся о чистоте крови. Идиоты! Но, как бы я не относилась ко всей этой истерии из-за титула, решать не мне. Можно до хрипоты кричать о большой и светлой любви, только одна я не докричусь и ничего не сделаю.

– Спасибо, Кейт, вы очень вовремя появились, и я искренне благодарна, – мой голос ломким стеклом прозвучал в тишине комнаты. – А теперь извини, но мне надо побыть в тишине.

Поднявшись с кресла, я направилась к выходу, чувствуя, что готова упасть в любой момент. Кейт дёрнулась в мою сторону, чтобы помочь, но так и не подошла. Поняла, насколько мне сейчас паршиво и не стала лезть в душу. Позволила молча выйти из комнаты и обдумать всё в одиночестве. Вот за это я и любила Катрин де Шантайс, она всегда всех понимала. Разве что с Лирой никак не могла наладить отношения.

В коридоре было темно и мрачно – прямо как у меня внутри. Так плохо мне не было никогда прежде. Словно сердце вытащили из груди, смяли его и выбросили на помойку. Хотелось кричать, реветь, крушить всё вокруг. Только кому от этого станет легче? Всё равно ничего не изменить. Я пошатнулась и опёрлась о стену.

На глаза навернулись слёзы. Первые капли проложили дорожки по щекам, спустились ниже и затерялись где-то внизу, сорвавшись с подбородка. А следом меня накрыло. Стараясь не шуметь, я сползла на пол, уткнулась носом в колени и молча глотала горькие слёзы. Не будет ничего хорошего в моей паршивой жизни. Никогда.

Только тихая мысль на краю сознания не давала упасть в пучину отчаяния:

«А если Стефану будет наплевать на все титулы, деньги и прочее. Соглашусь ли я на такую жизнь?»

И тут же поняла, что соглашусь! Зачем мне вся эта мишура и блеск, когда внутри будет пусто и холодно?

Моего плеча коснулись тёплые пальцы. Подняв голову, я увидела Стефана, который был белее мела. Я чувствовала, как парень внутри сгорает от безысходности и горечи. Стало ещё хуже. Все мечты о нашем будущем погибли в зародыше. Не будет ничего! Ведь не просто так он настолько расстроен и потрясён. Понял, чем могла обернуться сегодняшняя ночь.

– Уйди, – прошептала едва слышно, когда ле Миролан попытался притронуться к моей щеке, и оттолкнула его ладонь.

***

Рука Стефана плетью повисла вдоль тела. Опустив голову, парень сжал руки в кулаки, после чего решительно дёрнул вверх Рику и подхватил её на руки, не обращая внимания на слабое сопротивление.

– Не волнуйся. Мне прекрасно известны все правила игры, под названием «брак аристократов», где нет даже малейшего намёка на чувства, а само слово любовь является смешным. И я уйду, но после того, как мы поговорим.

От холода сквозившего в голосе парня Рика сжалась ещё сильнее. Кого она пыталась обмануть, когда думала, что Стефан решится на безумство и предложит ей пойти всем наперекор? На губах девушки появилась горькая усмешка, а из глаз вновь полились слёзы.

Стефан принёс Рику в её комнату, открыл дверь, и усмехнулся, когда понял, что девушка настроила чары двери на него. Значит, ждала. Но теперь это не имело никакого значения. Богиня любит жестоко пошутить, парень всегда это знал. Только в этот раз ему было не смешно. Усадив Рику в кресло, он отошёл к окну и проговорил, стараясь чтобы его голос звучал ровно и не выдавал насколько внутри всё разрывается от боли.

– Я всё понимаю, Рика. Знаю, что в нашем случае условия договорённости о романе на полгода невыполнимы. Хоть и звучит, как в заезженном романе, но я хотел бы остаться друзьями. Здесь нет ничьей вины. Просто злая шутка судьбы.

С каждым произнесённым словом на их руках корчились, умирая, маленькие белоснежные листочки, которых было уже довольно много. Рика ничего не ответила, попросту не смогла. Побоялась, что обвинит парня в нерешительности, трусости и многих других грехах. Молчание – золото. Хорошее правило, главное ему всегда следовать и больше не лезть ни к кому в попытке урвать кусочек счастья. Да и не будет больше никого в жизни, с кем захотелось бы сблизиться. Рика это понимала, потому решила не отвечать. Нет смысла. Разошлись, не успев сблизиться. Бывает. Хоть и больно.

Так и не дождавшись от девушки ни одного слова, Стефан развернулся и вышел в коридор. Дошёл до своей комнаты, закрыл дверь и тут же с грохотом опустил кулак на стену. Кому он лгал, себе? Думал, что Рика захочет чего-то большего, чем роскошь и блеск золота? Мечтал, что девушка в своей манере потребует, чтобы Стефан остался с ней? Аристократки все такие. Плевать им на чувства, любовь, даже на благословение богини начхать. Слишком глубоко укоренились у них понятия, что счастье бывает лишь в роскоши.

– Идиот, – прорычал парень, и вытер капли крови, проступившие на костяшках пальцев, где содралась кожа от удара.

Перед глазами стояла картинка, где Рика сидела в коридоре обняв колени руками и рыдала. Он чувствовал ту боль и горечь, которая исходила от девушки. В какой-то момент хотел утешить её, думал, что сейчас они во всём разберутся. Только услышал от неё тихое: «Уйди».

Вот и весь ответ.

«Хватит! Надо просто всё забыть. Вырвать с корнями из сердца эту привязанность и продолжать прожигать жизнь, чтобы больше никогда не чувствовать боли», – решительно приказал себе парень. И лишь на его запястье скорчившись дрожал одинокий белоснежный листик, который с упорством, присущим древним магам, желал выжить и не разрушить эту хрупкую связь душ.

Пройдя к почтовой шкатулке, Стефан достал бумагу и быстро составил отчёт лорду Орайну. Скупо описав все события за прошедшие пару дней, парень положил сложенный прямоугольник внутрь шкатулки, захлопнул крышку и направился в душ. В таком состоянии он был не намерен общаться с начальством через артефакт связи – слишком велика вероятность того, что он попросту нагрубит.

В то же время. Лира Аскари

Как только мы с Дамианом оказались в его комнате, парень первым делом подошёл к секретеру. Вытащив из ящика почтовую шкатулку, де Морт быстро написал две коротких записки, которые тут же отправил адресатам. Я сидела на кровати, откинувшись на мягкие подушки, и удивлённо наблюдала за его действиями. Он прошёл к камину, достал из нагрудного кармана тонкую металлическую пластину артефакта связи и направил в неё немного магии.

– Лира, сейчас появится Орайн, ты главное молчи, чтобы он тебя не услышал. И если он начнёт выражаться, не обижайся. Наш начальник порой довольно несдержан. Видимо возраст сказывается, – последние слова Дамиан пробурчал недовольным тоном и скривился, отчего я улыбнулась.

Но тут задумалась над его словами. Как это Орайн появится здесь, да ещё и сможет меня услышать?! Артефакты связи работают на уровне передачи мыслей. Неужели на материке придумали способ связаться с другим человеком и при этом увидеть его? Заметив моё ошарашенное выражение лица, Дамиан сразу понял, чем вызвана такая реакция и улыбнулся.

– Позже всё расскажу, – шепнул он и стал предельно серьёзным, когда прямо перед ним начала появляться мужская фигура, сотканная из потоков энергии.

Затаив дыхание, я смотрела на высокого статного мужчину, которого в своё время боялась до дрожи. Хотя, когда тебя держат в комнате для допроса, начинаешь бояться всех. Наверное сильнее, чем лорд Орайн, меня испугал только сам император Эринор. Вот где было жутко, особенно в те моменты, когда он пытался позвать мою магию и становилось невыносимо больно. Ирония заключалась в том, что именно жена императора в итоге помогла мне выйти из того состояния, в котором я пребывала благодаря Грегори и попыткам Эринора вернуть мне магию. Так что зла я ни на кого не держала, и даже смогла понять и принять причину их поступков.