"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 1518

— А что потом? — спросил магистр госпитальеров. — Даже если мы возьмём Каир, сможем ли мы удержать его? И какова конечная цель кампании?

— Не удержание территории, а изменение баланса сил, — ответил Крид. — Наша цель — заставить султана подписать мирный договор, который признает суверенитет Кипра над Александрией и обеспечит христианским кораблям безопасный проход и торговые привилегии во всех египетских портах.

— Амбициозно, — заметил венецианский адмирал с нескрываемым одобрением. — Венецианская республика поддержит такой план. Контроль над Александрией откроет новые торговые возможности для всех христианских держав.

Один за другим, командующие высказывали своё мнение. Большинство поддержало план Крида, хотя и с некоторыми оговорками. Госпитальеры, в частности, настаивали на дополнительных гарантиях для христианских паломников, направляющихся в Иерусалим через египетские земли.

Наконец, слово взял принц Пьер.

— Я вижу, что большинство поддерживает продолжение кампании, — сказал он, обводя взглядом собравшихся. — И хотя часть меня считает это опасной авантюрой, я не могу отрицать привлекательность такой перспективы. — Он повернулся к Криду. — Капитан, вы привели нас к победе в Александрии. Теперь я доверяю вам командование маршем на Каир.

Крид склонил голову, принимая назначение.

— Благодарю за доверие, Ваше Высочество. Я не подведу вас.

Подготовка к походу заняла три дня. За это время Крид организовал разведку дельты Нила, изучил возможные маршруты, распределил силы. Десять тысяч воинов были отобраны для марша на Каир — кипрские солдаты, госпитальеры, венецианские наёмники. Ещё пять тысяч оставались в Александрии для защиты города и поддержания порядка.

На рассвете четвёртого дня после взятия Александрии армия выступила в поход. Впереди колонны шли разведчики и лёгкая кавалерия, за ними — основные силы пехоты, обоз с припасами и осадными машинами. В арьергарде двигались тяжёлые конные отряды госпитальеров, готовые отразить любую атаку с тыла.

Крид ехал во главе колонны, Копьё Лонгина было закреплено в специальных ножнах на его спине, видимое всем как символ божественного благословения похода. Рядом с ним ехал принц Пьер, настоявший на своём участии в марше, несмотря на возражения некоторых советников, считавших это слишком опасным.

— Я вижу, вы чувствуете себя как дома в этих землях, капитан, — заметил принц, когда они проезжали мимо древних руин какого-то храма. — Словно бывали здесь раньше.

— Я был здесь, — просто ответил Крид. — Давно, в другую эпоху. Эти земли сильно изменились с тех пор, но основные дороги и реки остались прежними.

Принц уже не удивлялся таким заявлениям. За время совместной работы с Кридом он привык к его странным замечаниям о прошлом, которое казалось невозможно далёким. Он не до конца понимал истинную природу своего главнокомандующего, но научился доверять его суждениям и опыту.

— И что вы помните об этих местах? — спросил он с искренним интересом.

— Плодородные земли, богатые города, — Крид оглядел простирающиеся вокруг поля. — Египет всегда был житницей Средиземноморья. Тот, кто контролирует долину Нила, контролирует огромные богатства.

— И вы считаете, что мы, киприоты, сможем удержать контроль над такой территорией?

— Не над всем Египтом, — Крид покачал головой. — Но над Александрией и дельтой Нила — вполне возможно. Особенно с поддержкой венецианцев, заинтересованных в торговых путях, и госпитальеров, стремящихся обезопасить христианские интересы на Востоке.

Их разговор прервал гонец от передовых разведчиков.

— Господин главнокомандующий! — воскликнул он, осаживая взмыленного коня. — Впереди замечен отряд мамелюков! Около тысячи всадников, двигаются в нашем направлении!

Крид быстро отдал распоряжения:

— Основным силам продолжать движение. Авангарду перестроиться в боевой порядок. Госпитальерам выдвинуться на позицию для фланговой атаки.

Вскоре на горизонте показался отряд мамелюкских всадников — элитной конницы султана. Их доспехи блестели на солнце, знамёна с полумесяцами развевались на ветру. Они выстроились в широкую линию, готовясь к атаке.

— Вы останетесь в резерве, Ваше Высочество, — твёрдо сказал Крид принцу. — Я возглавлю контратаку.

Не дожидаясь возражений, он пришпорил коня и направился к передовым отрядам, где уже строились в боевую линию кипрские и венецианские солдаты. По его сигналу с флангов выдвинулись рыцари-госпитальеры, готовые ударить по мамелюкам с двух сторон.

Мамелюки атаковали первыми — лавина всадников устремилась на позиции христианского войска. Но Крид предвидел такой манёвр. По его сигналу передняя линия пехоты расступилась, открывая шеренги арбалетчиков, которые дали массированный залп по наступающей коннице.

Десятки мамелюков упали с сёдел, но остальные продолжали атаку. Когда они достигли позиций христиан, началась ожесточённая рукопашная схватка. Пехотинцы, выставив копья и щиты, сдерживали натиск конницы, в то время как госпитальеры с двух сторон обрушились на фланги мамелюков.

Крид был в центре битвы, Копьё Лонгина в его руке словно жило собственной жизнью. Каждый удар находил цель, каждое движение было отточено веками сражений. Мамелюки с ужасом смотрели на светловолосого гиганта с древним оружием, казалось, неуязвимого для их клинков.

Сражение длилось недолго. Мамелюки, попав в окружение и потеряв около трети своего отряда, начали отступать. Крид отдал приказ не преследовать их — важнее было продолжать движение к Каиру, чем тратить силы на полное уничтожение этого отряда.

— Это была только разведка боем, — сказал он принцу, когда бой закончился. — Султан проверял нашу силу. Основное сражение ещё впереди.

— И что вы думаете о наших шансах? — спросил принц, глядя на отступающих вдали мамелюков.

— Они отличные воины, — честно ответил Крид. — Но у нас больше людей, лучшее вооружение и, самое главное, фактор внезапности. Они не ожидали, что мы двинемся на Каир, и ещё не успели собрать все свои силы.

Армия продолжила марш. С каждым днём они продвигались всё глубже в земли Египта, встречая лишь спорадическое сопротивление небольших отрядов мамелюков. Местное население, в основном феллахи, работавшие на полях, с изумлением и страхом наблюдало за прохождением огромной армии чужеземцев.

Крид строго запретил грабежи и насилие над мирным населением. Продовольствие закупалось у местных жителей за серебро, а не отбиралось силой. Эта политика, необычная для средневековых армий, приносила свои плоды — крестьяне не бежали при приближении войска, а иногда даже предоставляли информацию о передвижениях мамелюкских отрядов.

— Мы не завоеватели в традиционном смысле, — объяснял Крид принцу. — Нам не нужны выжженные поля и разорённые деревни. Наша цель — заставить султана подписать мирный договор, а не уничтожить страну.

На десятый день похода разведчики принесли важные новости — впереди, на подступах к Каиру, собиралась основная армия мамелюков. По оценкам, около двадцати тысяч воинов под командованием самого султана готовились к решающей битве.

Крид собрал военный совет в своём шатре. Над раскрытой картой Египта склонились командиры отрядов, обсуждая предстоящее сражение.

— Они превосходят нас числом почти вдвое, — заметил магистр госпитальеров. — К тому же, мы на вражеской территории, вдали от баз снабжения.

— Но у нас есть преимущества, — ответил Крид. — Первое — инициатива. Мы выбираем время и место битвы. Второе — мамелюки не ожидают нашей тактики. Они привыкли к восточным противникам и монголам, но не к европейскому стилю ведения боя.

Он указал на карте место у слияния двух рукавов Нила.

— Здесь мы дадим им бой. Местность позволяет использовать реку для защиты нашего фланга и ограничить манёвренность их кавалерии.

План Крида был детально проработан. Основные силы пехоты должны были выстроиться в центре, опираясь правым флангом на реку. Левый фланг защищали госпитальеры и кипрская тяжёлая кавалерия. В резерве оставался отборный отряд под командованием самого Крида, готовый вмешаться в критический момент сражения.