"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 1451

— Попробовать стоит, — упрямо ответил я. — А если не получится, будем действовать самостоятельно.

Первым ответил Мстислав Удатный. Его гонец прибыл через три дня после отправки моего посольства.

— Князь Мстислав шлёт тебе поклон, князь Виктор, — сказал посол, молодой боярин с усталым лицом. — И передаёт, что союз с тобой готов заключить, но условия другие предлагает.

— Какие условия?

— Не общую армию создавать, а каждому в своих землях обороняться. Если на кого нападут, другие помощь высылают.

— Это не союз, а взаимные обязательства, — недовольно сказал я. — Против такого врага нужна единая стратегия.

— Князь Мстислав говорит — единую стратегию кто-то должен возглавлять. А старшинство между вами не определено.

Вечная проблема русских князей — кто главнее. Даже перед лицом смертельной опасности они не могли забыть свои амбиции.

— Передай князю Мстиславу, — сказал я послу, — что согласен на его условия. Но добавлю своё — как только орда появится в наших землях, автоматически объединяем силы под командованием того, к кому враг подойдёт первым.

— Передам, — кивнул посол. — Думаю, князь согласится.

Вторым откликнулся Данило Галицкий. Его ответ был более обнадёживающим.

— Князь Данило готов к полному военному союзу, — доложил его посол. — Общие силы, единое командование, совместная стратегия. Орда уже подходит к галицким землям, времени на споры нет.

— Отличные новости, — обрадовался я. — А сколько воинов может выставить князь Данило?

— Две тысячи дружинников, тысячу ополченцев. Плюс обещал нанять венгерских и польских наёмников.

— Венгров и поляков? — удивился я. — Но они же сами не прочь поживиться русскими землями.

— Князь Данило говорит — лучше дать полякам золото за службу, чем позволить орде разорить всё до основания.

Логично. В критической ситуации приходится союзничать даже с недавними врагами.

— Хорошо, принимаю предложение. Пусть князь Данило собирает силы. Как только орда подойдёт к его границам, высылаю подкрепления.

Но с владимирскими князьями дела обстояли хуже. Константин и Юрий Всеволодовичи формально прекратили войну друг с другом, но реального единства не было.

Гонец от Константина Ростовского принёс уклончивый ответ:

— Князь Константин говорит, что союз с тобой заключить может, но сначала нужно решить вопрос с братом. Пока во Владимирской земле два князя, никакой координации не получится.

— А что предлагает?

— Чтобы ты поддержал его претензии на великое княжение. Тогда он возглавит оборону всей Северо-Восточной Руси.

— И что взамен?

— Общую армию против орды и половину военной добычи.

Предложение было интересным, но опасным. Вмешательство в споры владимирских князей могло создать больше проблем, чем решить.

Юрий Владимирский прислал ещё более странный ответ:

— Князь Юрий готов на союз, — сказал его посол, — но с условием. Ты признаёшь его старшинство и принимаешь участие в походе против Константина.

— В походе против Константина? — не поверил я. — Орда на подходе, а он хочет воевать с братом?

— Князь Юрий считает, что сначала нужно навести порядок в собственном доме, а потом уже воевать с внешними врагами.

— Передай князю Юрию, — сухо сказал я, — что Смоленск не участвует в междоусобных войнах. Когда он будет готов воевать с ордой, пусть пришлёт новое посольство.

Самые неприятные новости принёс гонец из Чернигова. Михаил Всеволодович не только отказался от союза, но и прямо заявил о враждебности.

— Князь Михаил передаёт, — сказал его посол, пожилой боярин с надменным видом, — что союза с самозванцами не заключает.

— Самозванцами? — переспросил я.

— Ты не князь по праву рождения, а захватчик чужого престола. Князь Михаил таких не признаёт.

— Интересно. А что он думает делать с ордой?

— Князь Михаил ведёт переговоры с ханом. Надеется договориться о мире.

— О мире? — не поверил я. — С теми, кто Киев сжёг?

— Князь Михаил считает, что лучше сохранить хотя бы часть русских земель, чем потерять всё в безнадёжной войне.

Значит, некоторые князья уже готовы капитулировать. Это было хуже всех остальных новостей.

— Передай князю Михаилу, — холодно сказал я, — что Смоленск будет воевать до конца. И пусть он не рассчитывает на наше понимание, если выберет путь предательства.

Посол поклонился и удалился, явно недовольный ответом.

К концу недели стало ясно — единого фронта создать не удастся. Мстислав Удатный готов к ограниченному сотрудничеству. Данило Галицкий — к полному союзу, но его силы невелики. Владимирские князья увязли в собственных спорах. Черниговский князь готов к капитуляции.

— Что решаешь? — спросил Мирослав на очередном военном совете. — Всё-таки попробовать создать коалицию из тех, кто согласен?

— Попробовать можно, — ответил я. — Но сначала нужно понять, с чем именно мы имеем дело. Про орду слишком много слухов и слишком мало фактов.

— Что предлагаешь?

— Разведку боем. Возьму часть армии, найду передовые отряды орды, навяжу им бой. Посмотрю, как они сражаются, чего стоят, какие у них слабости.

— Опасно, — заметил Володимер. — А вдруг они окружат и уничтожат разведывательный отряд?

— Вдруг — не довод, — отмахнулся я. — Нужно знать врага в лицо. А слепое сопротивление приведёт только к поражению.

— Сколько людей возьмёшь?

— Тысячу конницы, пятьсот пехоты. Достаточно для серьёзного боя, но не так много, чтобы жалко было потерять.

— А когда выступаешь?

— Завтра на рассвете. Медлить нельзя — с каждым днём орда ближе подходит к нашим границам.

Той ночью я долго изучал карты, планируя маршрут разведки. Последние донесения указывали, что основные силы орды движутся от Киева к Галичу. Но передовые отряды рассыпались веером, занимая переправы через Днепр и прощупывая подходы к другим русским городам.

Один такой отряд, по сведениям разведчиков, стоял у города Мозыря, в двух днях пути от смоленской границы. Именно с ним я и решил познакомиться поближе.

— Войтех, — сказал я литовскому воеводе, — ты пойдёшь со мной. Возьми пятьсот своих лучших людей.

— Слушаюсь, князь. А что остальным делать?

— Оставаться в Смоленске, готовиться к обороне. Если что-то пойдёт не так, город должен быть готов выдержать осаду.

— Понятно. А план действий какой?

— Простой. Найти отряд орды, навязать ему бой, изучить тактику противника. Потом отступить и доложить результаты.

— А если не удастся отступить?

— Тогда постараемся продать жизнь подороже, — философски ответил я.

Утром отряд выступил. Полторы тысячи отборных воинов — смоленская конница, литовская пехота, эстонские лучники, несколько ливонских рыцарей и десяток берсерков. Небольшая, но качественная армия.

Первый день прошёл спокойно. Шли быстрым маршем по знакомым дорогам, не встречая никого, кроме редких беженцев. Люди бежали на запад, подальше от надвигающейся орды, и их рассказы были единодушными — враг страшен, многочислен и беспощаден.

— Сто тысяч их, не меньше! — рассказывал один из беглецов, крестьянин из-под Чернигова. — Все на конях, все стреляют из луков. Города берут быстро, жителей не щадят.

— А как они в бою? — спрашивал я. — Храбро сражаются?

— Не знаю, господин. Кто с ними сражался, тот не вернулся. А кто вернулся, тот не сражался.

Невесёлая статистика. Но именно поэтому и нужна была разведка боем.

На второй день начали попадаться следы орды — заброшенные деревни, пепелища, останки людей и животных. Враг проходил здесь недавно и не оставлял после себя ничего живого.

— Работают основательно, — мрачно заметил Конрад фон Вольфенбург, осматривая очередное пепелище. — Не грабят, а уничтожают.

— Значит, цель у них не добыча, а завоевание, — ответил я. — Это делает их ещё опаснее.

— Почему?

— Грабители рано или поздно насытятся и уйдут. А завоеватели будут биться до конца.

К полудню второго дня разведчики донесли — впереди вражеский лагерь. Отряд орды стоит у переправы через небольшую речку, контролирует дорогу на Мозырь.