"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 1304

Они продолжали сидеть под звёздами, разговаривая о прошлом и будущем, делясь мыслями и наблюдениями. Велимир рассказывал о своём детстве в небольшом славянском поселении, о том, как мечтал стать великим воином и защищать свой народ. Виктор делился отрывочными воспоминаниями о разных эпохах своей долгой жизни — не столько о великих битвах или исторических событиях, сколько о мелочах повседневности, которые внезапно всплывали в его памяти: вкус хлеба, испечённого по древнеримскому рецепту, звучание давно умерших языков, цвет одежд, ношенных людьми тысячу лет назад.

— Удивительно, — заметил Велимир, когда Виктор описывал празднество в честь сбора урожая в одном из кельтских племён, где он жил несколько столетий назад. — Ты помнишь такие детали, хотя прошло столько времени.

— Они возвращаются ко мне сейчас, — задумчиво ответил Виктор. — Словно были похоронены где-то глубоко внутри и только сейчас начинают подниматься на поверхность. Я думал, что большая часть моих ранних воспоминаний утрачена навсегда, но, возможно, они просто ждали подходящего момента, чтобы вернуться.

— Может быть, это часть процесса твоего… возвращения к себе? — предположил Велимир.

Виктор задумался над этой идеей.

— Возможно. Или, может быть, это связано с нашими поисками Печати Равновесия. Мефодий говорил, что она была создана в те времена, когда устанавливалась граница между мирами. Что, если мои воспоминания — часть этой древней истории? Что, если я каким-то образом связан с теми событиями, хотя и не помню этого?

— Ты думаешь, что уже встречался с Печатью раньше? — с изумлением спросил Велимир.

— Я не знаю, — честно ответил Виктор. — Но чем ближе мы подходим к цели, тем сильнее становится ощущение, что я возвращаюсь не только к себе, но и к чему-то, что было частью моей жизни очень, очень давно.

Их разговор был прерван появлением одного из церковных служителей, сопровождавших делегацию.

— Господа гвардейцы, — обратился он к ним. — Его Высокопреосвященство архиепископ Кирилл просит всех собраться в главном зале караван-сарая для важного объявления.

Виктор и Велимир переглянулись и последовали за служителем. В большом зале караван-сарая, освещённом десятками масляных ламп, уже собрались все члены делегации. Архиепископ Кирилл стоял в центре, рядом с ним — Мефодий и несколько старших священников.

— Друзья мои, — начал архиепископ, когда все собрались. — Завтра мы вступаем на армянские земли. Я получил известие, что нас будет встречать делегация от католикоса армянского в месте, называемом Крепость Солнца, расположенном в дне пути отсюда. Оттуда мы вместе продолжим путь в Двин, где состоится официальная встреча.

Он сделал паузу, обводя глазами присутствующих.

— Однако есть и другая новость, не столь радостная. До нас дошли сведения о беспорядках в некоторых северных областях Армении. Племена курдов, обитающие в горах, активизировали свои набеги на христианские поселения. Дороги стали менее безопасными, особенно те, что ведут в отдалённые районы.

Виктор насторожился. Это могло быть простым совпадением — курдские племена действительно часто совершали набеги на соседние территории. Но могло быть и чем-то большим — вмешательством Хозяина Даров, пытающегося помешать им достичь монастыря Святого Георгия и найти Печать Равновесия.

— Поэтому, — продолжил архиепископ, — я прошу всех быть особенно бдительными в оставшейся части нашего путешествия. Охрана будет усилена, и мы будем двигаться только по основным дорогам, избегая отдалённых и малонаселённых областей.

После этого объявления члены делегации разошлись, обсуждая новости и готовясь к предстоящему дню. Виктор подошёл к Мефодию, который явно ждал его.

— Это не просто набеги курдов, не так ли? — тихо спросил он.

— Нет, — подтвердил Мефодий. — Мой брат получил письмо от настоятеля монастыря Святого Георгия. В нём говорится о странных событиях в окрестностях озера Ван — люди исчезают, животные ведут себя необычно, а по ночам на горных склонах видят огни, движущиеся против ветра.

— Хозяин Даров, — мрачно констатировал Виктор. — Он опередил нас.

— Не обязательно, — возразил Мефодий. — Он может не знать точного местонахождения Печати, как и мы. Возможно, он просто пытается создать хаос в этом районе, надеясь помешать нам в поисках.

— В любом случае, это усложняет нашу задачу, — сказал Виктор. — Если дороги стали опасными, делегация наверняка будет придерживаться основных маршрутов и избегать района озера Ван.

— Именно, — кивнул Мефодий. — Поэтому мы должны будем отделиться от неё раньше, чем планировали. Возможно, сразу после прибытия в Крепость Солнца.

— Как мы объясним своё отсутствие? — спросил Виктор. — Мы всё-таки официальная охрана делегации.

— Я уже говорил с братом, — ответил Мефодий. — Он знает о важности нашей миссии, хотя и не в полных деталях. Я сказал ему, что мы должны посетить монастырь Святого Георгия по особому поручению патриарха Константинопольского, связанному с древними манускриптами, хранящимися там. Он согласился отпустить нас, когда делегация будет в безопасности под защитой армянских войск.

— А что насчёт человека, который следит за нами? — спросил Виктор. — Он может последовать за нами, когда мы отделимся от делегации.

— Несомненно, — согласился Мефодий. — Но втроём мы сможем двигаться быстрее и незаметнее, чем целой делегацией. А если придётся сражаться… что ж, для этого у нас есть ты.

Виктор кивнул. Да, если дело дойдёт до схватки со слугами Хозяина Даров, его опыт и сверхъестественные способности будут неоценимы. Но его беспокоило не это, а необходимость защищать Мефодия и Велимира. Сам он мог пережить почти любое ранение, но его спутники были обычными смертными, уязвимыми перед силами, которые мог направить против них древний враг.

— Мы будем осторожны, — сказал он наконец. — И быстры. Чем скорее мы найдём Печать Равновесия, тем меньше времени у Хозяина Даров на подготовку противодействия.

На следующий день делегация пересекла условную границу между византийскими и армянскими землями. Хотя формально большая часть Армении находилась под контролем арабского халифата, фактически многие горные районы сохраняли значительную автономию, управляясь местными князьями и церковными иерархами.

Пейзаж становился всё более величественным — огромные горные хребты, увенчанные снежными шапками даже летом, глубокие ущелья с бурными реками, плодородные долины, где зеленели сады и виноградники. Местное население, в основном христиане, приветствовало делегацию с уважением, но и с некоторой настороженностью — отношения между армянской и греческой церквями были сложными из-за догматических разногласий.

К вечеру они достигли Крепости Солнца — внушительного сооружения, расположенного на высоком холме, откуда открывался вид на окружающую местность на многие мили вокруг. Крепость была построена из красного туфа, и в лучах заходящего солнца её стены казались объятыми пламенем, что, вероятно, и дало ей название.

У ворот крепости их встретила армянская делегация — несколько священников в традиционных облачениях и отряд воинов в характерных доспехах из кожи и металла. Возглавлял делегацию епископ Саак, пожилой человек с длинной седой бородой и проницательными тёмными глазами.

Архиепископ Кирилл и епископ Саак обменялись традиционными приветствиями, затем армяне провели гостей внутрь крепости, где для них были подготовлены комнаты и трапеза. Виктор внимательно наблюдал за окружающими, отмечая наиболее удобные пути отхода и возможные опасности. Хотя армяне казались дружелюбными, он за свою долгую жизнь научился не доверять внешним проявлениям и всегда быть готовым к неожиданностям.

Вечером, после официальной части приёма, Виктор, Велимир и Мефодий собрались в комнате, отведённой монаху, для обсуждения дальнейших планов.

— Я говорил с местными воинами, — сказал Виктор. — Они подтверждают слухи о беспорядках в районе озера Ван. Но, по их словам, дело не только в курдских набегах. Происходит что-то странное — животные покидают привычные места обитания, рыба в озере собирается в необычные скопления, а некоторые источники, которые текли столетиями, внезапно пересохли.