"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 1209

— Богами? — незнакомец усмехнулся, словно услышал забавную шутку. — И которыми же из них ты поклянешься? Теми, что правят сейчас, или теми, что придут им на смену?

— Я клянусь Перуном и…

— Не трать дыхание на клятвы, охотник, — мягко перебил его чужак. — Я видел, как нарушались клятвы, данные именами богов, которых уже никто не помнит.

Великан вдруг замер, прислушиваясь. Его лицо стало серьезным.

— К нам идут, — сказал он. — Трое мужчин с востока. Охотники, как и ты.

Велеслав напряг слух, но не уловил ни звука, кроме обычных болотных шорохов.

— Я ничего не…

Где-то вдалеке хрустнула ветка. Затем донеслись приглушенные голоса. Охотник уставился на незнакомца с суеверным ужасом.

— Уходи, — вдруг сказал тот. — Беги в свою деревню и забудь все, что видел сегодня. А если не сможешь забыть — никогда никому не рассказывай.

— Ты отпускаешь меня?

— Да. Может, твоя смерть и не стоит того внимания, которое она привлечет.

Чужак отвернулся и двинулся к груде своих вещей, сложенных на берегу. Велеслав не стал испытывать судьбу. Он развернулся и побежал прочь, уже не заботясь о тишине.

— Эй, охотник, — окликнул его голос. — Как тебя зовут?

Велеслав остановился на мгновение:

— Велеслав из деревни Липицы.

— Запомни мое имя, Велеслав из Липиц, — произнес великан. — В этих землях меня будут звать Виктор.

Через две недели охотника Велеслава нашли мертвым в собственной хижине. Сердце остановилось во сне, сказал знахарь. Такое случается с людьми его возраста.

Никто не связал его смерть с рассказами о синеглазом великане, который появился в землях ободритов почти в то же время. Чужестранца, который говорил на многих языках и владел мечом лучше любого воина. Человека, который предсказал набег франков за три дня до того, как тот случился.

Никто не заметил и того, как внимательно наблюдал этот пришелец за мальчиком по имени Рюрик, сыном погибшего вождя. Мальчиком, которому было суждено изменить судьбу земель, лежащих далеко на востоке.

Человеческая память коротка, а время длинно. И лишь бессмертный свидетель знал, что колесо истории начало свой новый оборот.

### ВИКТОР

Стылый весенний ветер гнал рваные облака над поселением ободритов. Виктор стоял на холме, наблюдая за жизнью деревни внизу. За двенадцать лет он успел привыкнуть к этому месту — маленькому клочку земли на берегу холодного моря. Всего лишь мгновение в его бесконечно долгой жизни, но странным образом значимое.

Ладонь привычно легла на рукоять меча. Старая привычка, выработанная тысячелетиями. Впрочем, меч был не так уж и стар — всего лишь франкская работа двухвековой давности. Ничего особенного для обычного человека, но для него — почти новый.

— Снова дурные предчувствия, Крид? — раздался за спиной хриплый голос.

Виктор не обернулся. Он узнал тяжелую поступь вождя Велемира задолго до того, как тот заговорил.

— Просто наблюдаю, — ответил он.

Велемир встал рядом. Грузный мужчина с проседью в бороде и шрамом, пересекающим левую щеку. Когда-то это был могучий воин, но годы и раны взяли своё.

— Ты всегда просто наблюдаешь, — усмехнулся вождь. — Но каждый раз после твоего «наблюдения» мы либо снимаемся с места, либо берёмся за оружие.

Виктор позволил себе лёгкую улыбку. За эти годы они с Велемиром научились понимать друг друга с полуслова. Странная дружба между чужеземцем, появившимся из ниоткуда, и вождём, который по всем обычаям должен был изгнать его или убить.

— Рюрик вернулся? — спросил Виктор, меняя тему.

— К полудню должен быть здесь, — кивнул Велемир. — Если, конечно, его корабль не пустили на дно датчане или свеи.

— Не пустили, — спокойно произнёс Виктор, вглядываясь в горизонт. — Он возвращается с добычей.

— Ты так уверен?

— Да.

Велемир покачал головой. За годы он привык к странной уверенности чужеземца в вещах, которые нельзя было знать наверняка.

— Он стал настоящим вожаком, — проговорил Велемир после паузы. — Благодаря тебе.

Виктор повернулся к собеседнику. В голубых глазах застыло что-то древнее, нечеловеческое.

— Я лишь показал ему путь. Выбор всегда был за ним.

— Как скажешь, — пожал плечами вождь. — Но я помню мальчишку, которого ты привёл в деревню. Сына моего погибшего брата, которого я уже не чаял увидеть живым после набега франков. Помню, как ты учил его держать меч, когда тот был выше него ростом.

Виктор отвернулся, вновь глядя на море.

— Ветер меняется, — сказал он. — Скоро всё изменится, Велемир. Не только погода.

— Опять твои предчувствия? — вождь нахмурился.

— Не предчувствия. Знание, — Виктор сделал паузу. — Франки не оставят нас в покое. В этот раз они придут не просто за рабами и добычей. Их король наслал на мир болезнь завоеваний. Он хочет земли, подчинения и истинной веры.

— Мы уже отбивали их набеги, — возразил Велемир, хотя в его голосе не было уверенности.

— Набеги — да. Но не вторжение, — Виктор повернулся к вождю. — Ты сам знаешь, что силы неравны. Они идут волной с юга и запада, сметая всё на своём пути. Саксы подчинились. Даны готовятся к войне. Вы оказались между молотом и наковальней.

Велемир долго молчал, глядя на свои мозолистые руки.

— Что ты предлагаешь? — наконец спросил он.

— Понаблюдаем за возвращением Рюрика, — пожал плечами Виктор. — Возможно, он привезёт не только товары для обмена, но и новости. А может, и новые идеи.

— Идеи? — Велемир прищурился.

— Он молод, амбициозен и умён, — Виктор улыбнулся. — Три качества, которые либо убивают человека до тридцати, либо приводят его к власти.

— Власти… — задумчиво повторил вождь. — Тебе не кажется, что в нём слишком много жажды власти для простого торговца?

— А тебе не кажется, что он предназначен для чего-то большего, чем жизнь на краю мира, в постоянном страхе перед франками? — парировал Виктор. — Ты видел его с мечом в руке. С тех пор как ему исполнилось шестнадцать, ни один мужчина в племени не может победить его в поединке.

— Кроме тебя.

— Я не в счёт, — отрезал Виктор.

— Да, ты особенный случай, — Велемир усмехнулся. — Никто не знает, сколько тебе лет. Рюрик говорит, что за все эти годы ты не изменился. Всё так же выглядишь на тридцать, хотя должен быть гораздо старше.

Виктор спокойно встретил его взгляд.

— Мой народ медленно стареет.

— Твой народ… О котором ты никогда не рассказываешь, — Велемир покачал головой. — Прости старика за любопытство. Ты спас моего племянника, когда я уже считал его мёртвым. Ты научил его всему, что знаешь сам. А теперь намекаешь, что его ждёт что-то большее. Я просто хочу понять, ради чего всё это.

Виктор помолчал, обдумывая ответ.

— Ты веришь в судьбу, Велемир?

— В то, что всё предопределено богами? — вождь пожал плечами. — Не знаю. Жрецы говорят, что да. Но я видел слишком много хороших людей, умиравших молодыми, чтобы верить в мудрость богов.

— Не в мудрость богов, — покачал головой Виктор. — В узор. В рисунок на ткани времени. Иногда я смотрю на людей и вижу… линии. Нити судьбы, если хочешь. И некоторые из них светятся ярче других.

Он сделал паузу, глядя куда-то вдаль, словно действительно мог разглядеть там незримые для обычного человека нити.

— Рюрик — одна из таких ярких нитей. Он может изменить ход истории. Или как минимум стать её значимой частью.

Велемир недоверчиво хмыкнул:

— Ты говоришь как один из тех безумных отшельников, что живут в лесах и едят грибы, вызывающие видения.

— Может быть, — Виктор усмехнулся. — Но посмотри, что произошло за эти годы. Мальчик, который должен был умереть в набеге франков, превратился в мужчину, которого уважают и боятся от земель фризов до берегов свеев. У него два корабля и три десятка воинов, готовых следовать за ним хоть в пасть к морскому змею. И это только начало.

— Или конец, — мрачно возразил вождь. — Такие амбиции часто приводят к ранней смерти.