"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 1020

— А что, если мы не сможем его остановить?

Кристина посмотрела на него долгим взглядом.

— Тогда мир смертных закончится. Но мы сможем, Виктор. Я чувствую это. Вместе мы сильнее, чем были поодиночке.

Второй день пути оказался тяжелее первого. Мёртвые Равнины сменились холмистой местностью, изрытой глубокими расщелинами. Из трещин поднимался холодный туман, который обжигал лёгкие и затуманивал разум.

Виктор первым заметил, что что-то не так.

— Кристина, — окликнул он спутницу. — Ты видишь это?

Впереди, на гребне холма, стояла фигура в тёмном плаще. Высокая, неподвижная, она казалась частью пейзажа, но что-то в её позе говорило о том, что она наблюдает за ними.

— Никого нет, — тихо ответила Кристина. — Это туман. Он показывает видения.

Но когда Виктор моргнул, фигура по-прежнему была там. Более того, теперь он мог различить детали: изношенный плащ, посох в руке, седую бороду под капюшоном.

— Это Один, — прошептал он.

Кристина резко обернулась, её глаза вспыхнули ледяным огнём.

— Где?

Но фигура уже исчезла. Только ветер шелестел по мёртвой траве.

— Он был здесь, — настаивал Виктор. — Наблюдал за нами.

— Возможно. — Кристина нахмурилась. — Всеотец не оставил бы своё творение без присмотра. Но пока он только наблюдает. Это хорошо.

— Хорошо?

— Если бы он хотел нас остановить, мы бы уже знали об этом.

К вечеру второго дня они достигли Проклятых гор. Чёрные пики поднимались в небо как зубы гигантского зверя, а между ними змеились узкие тропы, высеченные в скале неведомо кем и когда.

Здесь воздух был ещё холоднее, а тишина — гнетущей. Даже ветер стих, словно сами горы поглощали все звуки.

— Завтра начнём подъём, — сказала Кристина, оглядывая тропу, что вела наверх. — Но сегодня нам нужен отдых. И… — она помедлила, — нужно поговорить о том, что нас ждёт.

Они устроились в небольшой пещере у подножия первого пика. Кристина снова создала ледяной купол для защиты, а Виктор разжёг костёр.

— Я никогда не видела Фрозенхарта, — призналась Кристина, когда они уселись у огня. — Но знаю о нём из древних текстов. Он не просто большой и сильный. Он — воплощение первобытного холода, того самого, что существовал до сотворения мира.

— А это значит?

— Что мой лёд может оказаться бесполезным против него. Твоя сила тоже может не сработать. Нам нужно будет найти другой способ.

Виктор кивнул, понимая серьёзность ситуации.

— Тогда что нам делать?

— Не убить его — это невозможно. Но, возможно, усыпить снова. В цитадели должны остаться артефакты, которые использовали боги. Если мы сможем их найти и активировать…

— Это план?

Кристина горько усмехнулась.

— Это надежда.

Подъём по горной тропе начался с первыми лучами солнца. Путь был коварен — узкие карнизы над пропастью, осыпающиеся под ногами камни, ледяная корка, скрывающая трещины в скале.

Но для Виктора и Кристины это было скорее неудобством, чем реальной опасностью. Их трансформированные тела легко справлялись с трудностями, которые убили бы обычного человека.

К полудню они поднялись достаточно высоко, чтобы увидеть Мёртвые Равнины с высоты птичьего полёта. Серая пустошь простиралась до горизонта, изрезанная тёмными шрамами расщелин.

— Красиво, — заметил Виктор без всякой иронии.

— В этом есть своя красота, — согласилась Кристина. — Красота конца, завершённости. Здесь нет борьбы, нет страданий. Только покой.

— Ты думаешь о смерти?

— Иногда. — Она остановилась на горном уступе, глядя вдаль. — Бессмертие — не дар, Виктор. Это проклятие. Мы обречены видеть, как всё, что мы знаем и любим, исчезает в потоке времени.

Виктор подошёл к ней, положил руку на плечо.

— Но теперь мы не одни.

Кристина повернулась к нему, в её глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Да. Теперь не одни.

Они продолжили подъём.

Ледяная Цитадель появилась перед ними на закате третьего дня. Огромное сооружение из чёрного камня и синего льда венчало самую высокую вершину. Башни и стены казались выросшими из самой горы, а их силуэты терялись в клубящихся облаках.

Но самым поразительным было не здание, а то, что исходило от него. Холод. Не обычный горный холод, а нечто гораздо более глубокое и древнее. Холод, который проникал не только в тело, но и в душу.

— Он здесь, — прошептала Кристина. — Я чувствую его сны.

Виктор тоже ощущал присутствие великого змея. Как тяжесть в воздухе, как шёпот на грани слышимости, как тень, что движется в уголке глаза.

— Входы? — спросил он.

Кристина указала на массивные ворота в основании цитадели. Они были закрыты, но вокруг них мерцали руны — древние символы силы, нанесённые самими богами.

— Там. Но будь готов ко всему. Как только мы войдём внутрь, пути назад не будет. Наше присутствие разбудит стражей.

Виктор кивнул, проверяя крепление меча на поясе.

— Тогда идём. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше.

Они начали спуск к цитадели, а за их спинами солнце скрылось за горными пиками, погружая мир в сумерки. Впереди их ждала встреча с силой, древней как сам мир.

Великий змей спал, но его сон подходил к концу.

Массивные ворота цитадели были покрыты слоем льда толщиной в ладонь. Руны, высеченные в чёрном камне, пульсировали тусклым голубоватым светом, как сердцебиение умирающего великана. Воздух здесь был настолько холодным, что каждый выдох превращался в облачко пара, мгновенно застывающего и падающего на землю серебристой пылью.

— Как мы войдём? — спросил Виктор, изучая замёрзшие створки.

Кристина приблизилась к воротам, протянула руку к ближайшей руне. Едва её пальцы коснулись символа, воздух задрожал от низкого, почти неслышимого гула.

— Эти руны… — прошептала она. — Они не просто запечатывают вход. Они удерживают что-то внутри.

— Змея?

— Не только. — Кристина отдёрнула руку, её лицо побледнело. — Там множество присутствий. Стражи, о которых я говорила, и… что-то ещё.

Виктор положил ладонь на рукоять Кровопийцы. Древний меч слабо вибрировал, словно чувствуя близость боя.

— Тогда нужно быть готовыми к встрече.

Кристина кивнула и сосредоточилась. Её глаза вспыхнули ледяным пламенем, а вокруг неё закружились снежинки. Она сложила руки перед грудью, произнося слова на языке, который был стар ещё до рождения первых людей.

Лёд на воротах начал трескаться. Руны засветились ярче, но их свет постепенно угасал, словно древняя магия уступала более молодой, но не менее могущественной силе.

С громким треском створки распахнулись.

За воротами зияла чернота, настолько полная, что даже глаза Виктора, видевшие в темноте лучше волчьих, не могли различить ничего в этой бездне.

— Факелы бесполезны, — сказала Кристина, заметив, как он потянулся к дорожной сумке. — Тьма здесь не от отсутствия света. Она живая.

Они переступили порог.

Холод обрушился на них как лавина. Не просто холод — нечто более ужасное. Пустота, что высасывала не только тепло, но и саму жизнь. Виктор почувствовал, как что-то в глубине его существа сжалось, пытаясь сохранить искру того, что делало его тем, кем он был.

Рядом с ним Кристина создала маленькое солнце из ледяного пламени. Странный свет осветил коридор, стены которого были покрыты изморозью и… чем-то ещё.

— Кровь, — хрипло произнёс Виктор.

Тёмные пятна на камне были слишком правильными, чтобы быть случайными. Кто-то или что-то нанесло их специально, создав узоры, что резали глаз и заставляли разум пытаться найти в них смысл.

— Не смотри на них долго, — предупредила Кристина. — Это не просто украшения. Это… призывы.

— К чему?

Ответом ей стал отдалённый рёв, эхом прокатившийся по коридорам цитадели. Глубокий, первобытный звук, от которого в жилах стыла кровь.

— К нему, — прошептала она.

Они двинулись вперёд по извилистому коридору. Стены постепенно расширялись, и вскоре они оказались в огромном зале. Потолок терялся во тьме где-то высоко над головами, а по периметру стояли колонны, каждая толщиной с древний дуб.