Я снова не бог. Книга XXXVIII (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 52

— Все хорошо, доченька, — сказала она. — Просто устала немного.

Мэйдзи подошел к ним.

— Коса, — произнес он, глядя на оружие Алисы. — Она ранила божество. Но как?.. Только меч Кузнецова был способен на подобное.

— Пока моя коса рассекала все, что попадется на пути моего лезвия, — ответила Алиса. — Видимо, божества не исключение.

Мэйдзи достал телефон.

— Об этом нужно сообщить Кузнецову. И срочно.

Глава 17

Еще в копилку божеств

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Неожиданно зазвонил Телефон. Пришлось ответить.

— Мой драгоценный ученик, — голос императора Японии звучал устало и взволнованно, и это само по себе было тревожным знаком. — На нас напали. И судя по словам Розы, это божество-осколок Небесного Пастуха.

Я отошел к окну. Все в комнате замолчали.

— Кто-то пострадал?

— Роза ранена. Она и была целью этой твари.

Он описал мне ее внешний вид. Я сжал телефон.

— Рана серьезная?

— К счастью, нет. Твоя Алиса справилась с этой тварью. И это самое главное, Михаил-кун, — Мэйдзи на секунду замолчал. — Коса вашей девочки нанесла божеству физический урон и отрубила ему одну из конечностей. На моей памяти это второе оружие, после твоего Ерха, которое способно навредить подобной твари.

Я переварил информацию. Лора уже строчила в голограмму, анализируя данные.

— Мэйдзи-сан, позаботьтесь, чтобы мои люди немедленно вернулись на Сахалин.

— Организую. — Мэйдзи помедлил. — Кузнецов, будьте осторожны. Это существо ранено, но живо. А раненые звери опаснее здоровых.

— Знаю. Спасибо.

Я положил трубку и повернулся к остальным.

— Розу атаковал осколок Небесного Пастуха. Она ранена, но жива, спасибо Алисе и ее косе. Оказывается, ее оружие может ранить божеств.

Люся побледнела. Кутузов стиснул кулак так, что хрустнули костяшки.

— Нужно вернуть их! — бросила Люся. — И как можно быстрее.

— Уже.

Телефон зазвонил снова, и на этот раз номер был незнакомым. Я ответил, ожидая очередные плохие новости, но голос оказался женским и крайне возмущенным:

— Михаил! Это Виктория Кантемирова-Пожарская!

— Слушаю… — выдохнул я.

— Мой координатор только что сообщил, что Алиса уезжает из Токио! — заголосила она в трубку. — Михаил, у нас контракт! Весенний каталог, двенадцать съемок, три обложки! Если она уедет прямо сейчас, ни одно модельное агентство в мире не будет с ней работать! Это черный список, вы понимаете⁈

— Виктория… — Я старался говорить спокойно, потому что кричать на графиню при полной гостиной было бы неловко. — На Алису только что напало божественное существо. Ее мать ранена. Если она останется в Токио, есть шанс потерять не контракт, а саму модель. Навсегда. Причем вместе с фотографом, стилистом и всем вашим координатором в придачу. Надеюсь, что с вашим безграничным влиянием и связями, эту ситуацию можно утрясти, и в будущем продолжить сотрудничество.

На том конце повисло молчание.

— Божественное… существо? — переспросила Кантемирова-Пожарская тоном повыше.

— Четырехметровое, с когтями и зубастыми хвостами. Весенний каталог оно точно не украсит.

Еще одна пауза. Потом осторожное:

— Конечно. Я все утрясу. Не переживайте, Михаил. Просто… вы тоже меня поймите… Где же тогда проводить съемки?

— На Сахалине, когда все уляжется. У нас есть отличные виды. И ни одного четырехметрового божества.

— Ну… пока что нет, — пробормотал Кутузов себе в усы с другого конца комнаты, и я героическим усилием воли не рассмеялся.

— Хорошо, — Кантемирова-Пожарская успокоилась, хотя голос у нее был как у человека, которому сообщили, что его любимый ресторан временно закрыт. — Я свяжусь с агентствами и объясню ситуацию. Форс-мажор.

— Вот и замечательно.

Я убрал телефон и обвел взглядом гостиную. Все смотрели на меня. Кое-кто с тревогой, кое-кто с решимостью.

Я открыл рот, чтобы сказать что-то ободряющее, когда Лора появилась перед моими глазами.

— Миша! — Она говорила быстро, голубые волосы двигались сами по себе, окутывая ее плечи. — Два энергетических всплеска. Южный периметр поместья, прямо сейчас!

Я замер.

— Характеристика?

— Божественная сигнатура в обоих случаях. И она куда мощнее того, что мы поймали в Монголии. Значительно мощнее.

В ту же секунду Кицуня, лежавший у дверей гостиной, вскочил на лапы и оскалился. Шесть хвостов распушились, по шерсти побежали волны энергии. Он начал рычать, уставившись на дверь.

Кутузов вскочил на ноги быстрее, чем можно было ожидать от человека его габаритов. Рука уже лежала на рукояти меча, а тени у его ног заклубились.

— Что такое⁈

— Гости, — ответил я и двинулся к выходу. — Два божества. У нас на пороге.

Он повернулся к своему помощнику, и помощнику княгини.

— Алексей, отведи книгяню в безопасное место. — потом посмотрел на Рихтера. — Ты головой за нее отвечаешь.

За окном вспыхнуло красным, и южная стена поместья содрогнулась от удара. Стекла в гостиной разлетелись вдребезги, осколки полетели в нас, но Кутузов закрыл собой мисс Палмер и Изабеллу, раскинув руки. Его тени вздыбились и сформировали щит, который перехватил стекла на подлете.

Люся не шевельнулась. Она даже не привстала из кресла. Одни глаза стали другими — будто в них проснулось нечто, что спало очень и очень долго.

Я выбежал во двор.

Южный периметр поместья горел ярким красным свечением. Два столба пламени поднимались из земли в небо, каждый метров по пятнадцать в высоту. Снег вокруг них испарился, обнажив мерзлую почву, которая потрескалась и исходила паром. Гвардейцы отступили к зданиям, выстроив оборонительную линию.

Из левого столба вышла фигура. Высокая, тонкая, облаченная в нечто, напоминающее длинный плащ из перьев. Голова вытянутая, вместо лица гладкая белая поверхность с двумя горизонтальными щелями вместо глаз. В каждой пульсировал фиолетовый свет. Пальцы длинные, с четырьмя суставами, на их кончиках мерцали крошечные огоньки.

Из правого столба появилось нечто совсем иное. Приземистое, массивное, закованное в панцирь из темного материала, похожего на обсидиан. Голова втянута в плечи, как у черепахи, но вместо панциря на спине торчали длинные иглы, каждая из которых гудела от накопленной энергии. Глаза горели желтым, и от его ног в разные стороны расползались черные трещины.

Два божества. Одно легкое и быстрое. Второе тяжелое и бронированное.

— Лора, анализ.

— Оба низшие божества. Левое предположительно специализируется на дальних атаках, правое на ближнем бою и поглощении. Миша, у тебя каналы готовы только на половину.

— Я помню.

— Просто уточняю. На случай, если ты решишь кинуться на них с Ерхом, то лучше рассчитывать только на него и на свои навыки фехтования. Ну и на меня, конечно же.

— Учтемс.

Из кольца вылетел Болванчик и тут же перестроился, обернувшись вокруг моей левой руки экзоскелетом. Ерх загудел в ножнах, требуя, чтобы его достали.

— Спокойно, — мысленно обратился я к мечу. — Сейчас все будет.

Гвардейцы Перестукина заняли позиции. Двадцать бойцов с артефактным вооружением, выстроенные полукольцом. Перестукин командовал ровным голосом, расставляя людей по секторам. Татуированные на его руках уже светились, готовые в любой момент принять удар.

— Михаил! — Кутузов появился рядом держа в руке меч. Тени клубились у его ног, и его решительный взгляд говорил о том, что он готов к нападению. — Кто это?

— Два низших божества.

— Ха, — Кутузов криво усмехнулся в усы. — Ну наконец-то, хоть какое-то развлечение. А то я устал от этих совещаний, Михаил, если честно.

— Сергей Михайлович, проблема в том, что им может причинить урон только Ерх и, судя по сегодняшним новостям, коса Алисы.

— А тени? — Кутузов покосился на свои ноги, где темные щупальца уже сплетались в боевую форму.

— Не знаю. Я же не обладаю такой магией…