Этногенез 2. Компиляция (СИ) - Кондратьева Елена - Страница 982

— Правосудием призывается… стихия воды!

— Стоило тебе пошутить про супчик… — хмыкнул товарищ Альфа.

— Воды? Странно. Они что, решили притушить уголья? Чтобы шашлычок вышел посочней?

Четыре форсунки изрыгнули никак не меньше двадцати ведер какой-то прозрачной жидкости, мгновенно заполнившей весь объем печи плотной капельной взвесью.

Угли приняли ее относительно спокойно. Но пламя почти полностью исчезло.

Максим ожидал традиционного комментария экзекутора насчет температуры. Но вместо этого тот провозгласил:

— На сцену призывается стихия земли!

— Может, нас помиловать решили? Сейчас затушат огонь и отпустят нас с Богом? Ну, конечно, взяв обещание больше не чудить? — с улыбкой спросил Максим.

— Ага. Держи карман шире! Сейчас, отпустят! — на лице товарища Альфы застыло выражение горькой иронии.

Те же горловины, из которых в печь был подан уголь, теперь изрыгнули два фонтана черной пыли. По виду она и впрямь напоминала сильно пересушенную садовую землю. Но, конечно же, это был…

— Мать моя черная дыра! Да это же перманганат калия! — воскликнул проницательный товарищ Альфа. — А перед этим была никакая не вода, а конечно же, перекись водорода!

— Откуда ты знаешь? — спросил удивленный Максим.

В ту же секунду под их ногами полыхнуло так, будто в печи взорвали десятитонную тротиловую шашку. Даже сквозь бронированное стекло печного люка Максим чувствовал вибрацию осатаневшего пламени.

— Уже ногам жарко! — сказал товарищ Альфа. Действительно, снизу поднималась волна тепла.

С восторженным выражением лица экзекутор провозгласил:

— Температура в печи три тысячи семь градусов по Кельвину!

Игнорируя слова экзекутора, товарищ Альфа наклонился поближе к уху Максима.

— А вот представь себе, наш экзекутор. Наш, так сказать, китайчонок Ли. Он же на зарплате, так? Значит, где-то есть касса. В этой кассе сидит кассирша. У нее на электронном планшете список. В этом списке всякие разные люди: наладчик печи, уборщик печи, вон тот доктор, озеленитель территории… И наш китайчонок Ли там тоже есть. Напротив его фамилии написано «исполнитель»… Наверное, мысленно сравнивая себя с уборщиком печи, чувствует себя элитой… Гордится своей профессией… Репетирует перед зеркалом державное выражение лица, отрабатывает жесты… Ведь все-таки на него смотрит весь Марс!

Но Максим уже несколько секунд как не слушал товарища Альфу — его вниманием завладел синий полицейский коптер. Он совсем недавно появился над соснами, которыми был обсажен по краю Кратер Закона.

Вообще-то коптер пока не совершал никаких странных маневров, просто облетал кратер по периметру. Однако само его присутствие Максима удивило. Полицейские коптеры всегда летают парами. Но где вторая машина?

— Правосудием призывается стихия металла! — с пафосом провозгласил экзекутор.

Те же горловины, которые ранее доставили в печь перманганат калия, теперь изрыгнули две тугих струи расплавленного металла.

Струи зловеще серебрились. Попадая в фокус горения, они распадались на капли, каждая из которых ослепительно вспыхивала. В печи собрались на шабаш тучи инфернальных светлячков, каждый из которых пылал крохотным адским солнышком!

Максим заметил, что синий коптер, будто бы привлеченный этим роением, снизился и пополз к ним, выбивая из близкой земли охряно-желтые султаны пыли.

— Температура в печи — пять тысяч градусов по Кельвину! — захлебываясь восторгом, сообщил экзекутор. — Уровень радиации — три тысячи рентген в час!

— Вот оно что, — проворчал товарищ Альфа, который с неожиданным вниманием наблюдал за эволюциями пятой стихии. — Они подали в печь расплав плутония.

— Изобретательные, твари. Я думал, ограничатся алюминиевой пудрой, — вздохнул Максим.

Эпизод 13

Незнакомка по имени Аня

Печь явно вышла на рабочий режим. Все пять стихий уже вовсю вертели бешеное колесо правосудия. И Максиму с товарищем Альфой было ясно, что их смертный час пробил.

Экзекутор откинул защитную крышечку пульта и занес палец над кнопкой «Казнь»…

Но вместо того, чтобы нажать ее, он вдруг истошно заорал! Зачем-то отпрыгнул в сторону… Его лицо стало восковым, безразличным…

И он рухнул наземь, громко звякнув металлическим браслетом часов!

В тот же миг неведомая сила обрушилась и на остальных участников казни! Врач истошно завыл и вначале упал на колени, а затем — плашмя, лицом вниз. Лейтенанты «Беллоны» осели почти бесшумно, без аффектов, словно бы кто-то внутри них отключил электричество. То же произошло и с охраной. Солдаты растянулись на земле, импульсные винтовки с лязгом попадали рядом с телами своих владельцев.

Все это заняло считанные секунды.

Парализующий луч комбинированной пси-микроволновой пушки — а это был, конечно же, он — задел краем и Максима с товарищем Альфой. Но оператор явно не планировал вырубать их, как остальных, и паралич приговоренных к смерти был неполным. Максим, например, чувствовал, что может пошевелить кончиками пальцев.

«Наши! Конечно же, это спецназ товарища Дементьева. Они захватили полицейский коптер, обстреляли из пси-пушки Кратер Закона.» Максиму очень хотелось поделиться своей радостью с товарищем Альфой, но язык его не слушался.

Тем временем загадочный коптер снизился и завис над печью, едва не раздавив одной из стоек шасси смешно раскинувшего руки экзекутора. Из распахнувшегося люка выскользнула гибкая лесенка. В следующую секунду внешний мегафон коптера вдруг разразился сбивчивой речью:

— Эй вы! Матвей и товарищ Матвея, забыла, как вас там зовут! У нас всего десять секунд, потом паралич закончится. Залезайте быстрее, пока ваши палачи не пришли в себя!

Голос был девичьим! Очень взволнованным и глухим от испуга…

«Кем бы ни была эта девушка… И кем бы ни был этот загадочный Матвей… Я буду последним кретином, если не послушаюсь!» — подумал Максим.

Он с трудом поднялся на четвереньки и пополз к лесенке. Товарищ Альфа уже был там и нетерпеливо подгонял Максима.

— Давай, давай!

Пропустив своего пилота вперед себя, товарищ Альфа помог ему подняться по лесенке. Тяжело перевалившись через комингс люка, Максим бросил тревожный взгляд назад — что там с товарищем Альфой? Все ли хорошо?

Увы, отпущенные всем участникам этой драмы десять секунд закончились. Один из офицеров «Беллоны», белобрысый красавчик с холодными глазами, первым пришел в себя и сумел онемевшими пальцами вытащить из кобуры табельный пистолет. Он стрелял как пьяный — часто нажимая на спуск и дергая стволом.

Первые две пули ушли в пустоту над коптером.

Еще три чиркнули по верхушкам сосен.

Но вот шестая, седьмая и восьмая достали уже забирающегося в коптер товарища Альфу: в затылок, спину, правое бедро. Максим увидел серые глаза вождя «Армии пробуждения» — удивленные, растерянные.

— Я. — прошептал товарищ Альфа, выпуская из рук поручни лесенки, — я не успел.

Он завалился на спину и полетел вниз. Коптер начал набирать высоту. Шасси снесло стойку с пультом. Пыхнули искры короткого замыкания. Створки печи раскрылись.

И Максим увидел, как тело товарища Альфы, Людвига ван Астена, его вождя и брата его любимой девушки, падает в жадно ревущее адское пламя Пяти Стихий.

Они летели на малой высоте куда-то на запад, в направлении Фарсийских гор.

Погони, кажется, не было. Как видно, никто из тех, кому было поручено обеспечивать безопасность Кратера Закона, и помыслить не мог о покушениях такой дерзости…

Максим сидел в кресле второго пилота и искал на красивом лице своей спасительницы приметы какой-то особенной, отборной храбрости. Искал — и не находил. Лицо девушки было узким, правильным, а глаза — миндалевидными и глубокими. Движения ее отличались плавностью, характерной для танцовщиц. К слову, девушка была очень занята непосредственно пилотскими задачами, и Максим отметил про себя, что коптером она управляет в общем-то как новичок…