Этногенез 2. Компиляция (СИ) - Кондратьева Елена - Страница 926

— Ответь на мой вопрос! Где Анна?! Я готов заплатить любую цену! Скажи, с кем мне связаться?!

И в этот миг их канал был бесцеремонно разорван Сверчевским, который воспользовался правом старшего офицера.

— Господин лейтенант, мною только что получен приказ, не оставляющий нам свободы действий. Мы должны немедленно атаковать всеми доступными средствами корабль «Шива» и уничтожить его.

Это Матвея совершенно не устраивало. Пока оставался шанс заполучить Прусакова живьем и допросить его с применением «сыворотки правды» — он обязан был за этот шанс бороться!

— Но почему бы нам не попытаться взять его на абордаж?! — воскликнул Матвей.

— Приказ исходит от генерала Белова лично. Я не намерен обсуждать его ни с вами, ни с кем бы то ни было еще! — отрезал Сверчевский.

Похоже, капитан поначалу действительно не собирался больше разговаривать с Матвеем, но, поколебавшись пару секунд, пояснил:

— Нам стало известно, что «Шива» — уникальный корабль, специально рассчитанный на пребывание в смертоносном корпускулярном потоке солнечного протуберанца. Это означает, что он защищен толстой многослойной броней. Пусть даже и одноразовой, рассчитанной на постепенное испарение. В любом случае расстрелять его из лазерных орудий будет очень непросто. В то время как «Шива» может набирать скорость еще несколько часов!

«Ну да, верно… — внутренне согласился Матвей. — Мы будем палить ему вдогон из лазерных пушек, пытаясь продырявить его толстую шкуру. А он возьмет и попросту обставит нас в гонках! Не говоря уже о том, что у «Шивы» есть прекрасная возможность стряхнуть с хвоста любых преследователей, пройдя напрямик через солнечную корону! Ясное дело, повторить его маневр не сможет ни один корвет… Выйдет, что и Прусаков от нас ускользнул, и сидератор достался пиратам невредимым!.. Ну уж нет! Должно быть какое-то решение…»

Тут Матвей признал, что, если решение и существует, прийти к нему можно только с помощью гения его отца, Степана Гумилева.

Матвей вызвал станцию «Амур»:

— Отец, ты уже знаешь, что мы получили приказ расстрелять «Шиву»?

— Мне никто не потрудился сообщить, — глухо ответил тот. — Спасибо тебе, сын, что нашел время… Что ж, это означает конец проекта… Погибнет сидератор… Атмосфера Венеры не будет нормализована… Репутация «Кольца» будет погублена… Десятки могущественных инвесторов, вложивших деньги в мою корпорацию, вчинят иски…

— Не время сдаваться! Послушай, я тут подумал… Если контейнеры с гравитронами на борту «Речникова» имели систему самоуничтожения, нет ли чего-то подобного на «Шиве»? Ведь ваша служба внутренней безопасности обожает все минировать, кодировать…

— Такой системы на «Шиве» нет, — ответил отец. — Есть только особый блок дистанционного управления, который мы называем просто «приемником». С его помощью можно инициировать сидератор, находясь за бортом «Шивы».

— То есть мы располагаем возможностью включить сидератор «Шивы»?! Что же ты молчишь, отец?!

— Во-первых, это сложно. Требуется попасть лучом лазерного семафора в небольшой приемник, вынесенный на ферме за борт корабля. Для этого надо сблизиться с ним до ста километров. А вовторых, что это нам даст? «Шива» вышел за пределы расчетного коридора. Это значит, что, если сейчас вырвать из Солнца протуберанец, он пролетит мимо Венеры, не затронув ее атмосферу…

— А вот это, отец, уже тебе, как астроинженеру, задача. И решить ее надо очень быстро. В какой точке на Солнце теперь, с учетом изменившихся условий, надо спровоцировать выброс протуберанца, чтобы все-таки попасть в Венеру? При условии, что сидератор на «Шиве» будет инициирован… Будет инициирован… Ну, положим, через пятнадцать минут.

— Не понимаю тебя. Поясни!

— Поясняю…

И Матвей поделился с отцом и капитаном Сверчевским своим безумным замыслом.

Им, конечно же, не удалось остановить «Шиву». Корабль уже имел гигантскую скорость и даже при полностью выключенных двигателях сохранил бы ее, ведь он двигался в безвоздушном пространстве.

Единственное, на что они могли рассчитывать, — стабилизировать скорость «Шивы», чтобы иметь возможность более уверенно предсказать поведение протуберанца.

Все ракеты, выпущенные корветами дивизиона Сверчевского, аккуратно наводились на дюзы маршевых двигателей корабля-беглеца. В конце концов, после трех десятков близких взрывов погасли все двенадцать дюз.

Матвей выжимал из своего корвета все, что можно.

Как говорят в Космофлоте, «на последних ньютонах» он смог подползти к «Шиве» на девяносто километров.

Увеличенная его зоркой телескопической системой, в перекрестии визира показалась решетчатая мачта под брюхом корабля, на которой желтел приемник системы дистанционного управления сидератором.

— Отец, я на позиции, — сказал Матвей. — Что у тебя?

— Мы уже почти вывели нижний сидератор в новую расчетную точку.

— Что означает «почти вывели»? Сколько мне еще ждать?

— Еще бы минуток десять, — умоляюще простонал отец. — Вышла бы просто идеальная конфигурация, удалось бы задействовать протуберанец на все сто процентов!

Явно что-то заподозрив, «Шива» при помощи уцелевших маневровых дюз развернулся к корвету Матвея спиной и дал импульс. Расстояние между ними начало неспешно расти.

Матвей, у которого почти полностью исчерпалось топливо на маршевых двигателях, был вынужден лихорадочно маневрировать, чтобы удержать в прицеле приемник управления сидератором.

— Отец, времени нет, — Матвей почти рычал. — Сейчас — последние секунды, когда еще что-то можно сделать!

— Что ж… — отец вздохнул. — Тогда даю отсчет: пятнадцать… четырнадцать… И имей в виду, сынок, — вдруг спохватился он, — после включения сидератора тебя бросит прямо в центр гравитационного катаклизма! Готовь двигатели к полной тяге!

Матвей промолчал, что готовить особо нечего: горючего нет.

Но честь семьи Гумилевых была для него дороже жизни.

Если за спасение дела отца он, Матвей, должен погибнуть — что ж, значит, так тому и быть!

«Шива» удалился уже на девяносто пять километров… На девяносто девять!

— …Двенадцать… одиннадцать…

— Быстрее! — крикнул Матвей. Его палец уже давно покоился на гашетке лазерной носовой пушки, переключенной в режим светового семафора (с его помощью можно было передавать кодированные сообщения при любых помехах в радиодиапазоне).

— Тьфу, черт!.. — Отец неохотно ускорил отсчет: — Ну, пять… четыре…

— Один! — выкрикнул Матвей и нажал на гашетку.

Его лазерная пушка выплюнула вдогонку «Шиве» код инициации сидератора.

В миллионах километров от него — там, где в вечной термоядерной топке Солнца триллионы тонн водорода сгорали, рождая океаны гелия и испепеляющие фонтаны фотонов — второй сидератор, размещенный на беспилотном корабле «Икар», разразился гравитационной истерикой.

Внезапно возникший над Солнцем центр притяжения сразу же привлек к себе отовсюду десятки маленьких протуберанцев. Но главное — в солнечной толще родилась ударная волна, которая прянула к поверхности, выталкивая из фотосферы ранее невиданного огненного дракона…

Сидератор, подвешенный под носовым отсеком «Шивы» и выглядящий как двухсотметровый огурец в предупредительной красно-желтой окраске, имел другую конструкцию и сработал с небольшой задержкой: требовалось время, чтобы отключились все пятьдесят два предохранителя, а компоненты жидкой бинарной взрывчатки, покинув емкости хранения, заполнили рабочие полости обтюратора.

Матвею поначалу даже показалось, что вообще ничего не произошло…

И уже не произойдет…

Но тут внутри красно-желтого огурца сработала бинарная взрывчатка.

Под ее воздействием сегменты обтюратора сжались с космической скоростью, рывком повышая давление неквантуемого вещества до запредельных значений.

Само время споткнулось о пик гравитационной волны и замерло в нерешительности.

Затем оно сделало неуверенный, пьяный шажок… Другой, третий…