"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 1794

Сначала Элиссар играл в команде против принцессы, но, спустя полчаса, когда обе группы остановились перевести дух, Руэри, вскинув руки к растрепавшимся волосам, отчего рукава обнажили розоватые круглые локотки, а грудь ещё сильнее поднялась, решительно скомандовала:

– Княжич переходит ко мне.

Дружный стон разочарования вырвался у дам из противоположной группы. Руэри перетянула растрепавшиеся волосы и, наконец, опустила руки, позволив глазам Элиссара отдохнуть от напряжения. Фыркнула, весело покосилась на княжича.

– Ну что, дракон и принцесса против всех? М? Отобьёмся вдвоём? Ты – отличный игрок, Лис. Я была не права. Я тоже играю прекрасно. Как думаешь, остальные смогут нас победить?

«Мир?» – спросили смеющиеся глаза, и Элиссар, не выдержав, усмехнулся в ответ, поддаваясь странному очарованию момента.

– Нет. Не смогут.

И дальше они играли вдвоём против четверых. И Элиссару стало не до юбок, не до ножек, и вообще ни до чего, кроме мяча. Он совершенно забыл и про месть, и про то, что плечом к плечу сражается с «отвратительной девушкой». Перехватить мяч, ударить ракеткой, посылая в противников, снова прыгнуть, перехватить…

Но вдруг, метнувшись к одному и тому же мечу, союзники сшиблись, Руэри поскользнулась, падая, схватилась за руку княжича, и оба рухнули на траву. Перепуганные серые глаза оказались совсем рядом, а розовые губы… Лис замер, потрясённый.

Принцесса вдруг покраснела и отвела взгляд.

– Не м-могли бы вы… – прошептала хрипло и замолчала, окончательно смутившись.

– Д-да, конечно.

Княжич поспешно вскочил и протянул девушке руку, стараясь не думать о совершенно невероятных ощущениях от соприкосновения с мягкостью девичьей груди. Принцесса, всё так же глядя куда-то вбок, подала ему руку, попробовала встать и вскрикнула.

– Ваше высочество! – бестолково заблеяли перепуганные фрейлины. – Вы сломали ногу! О, богиня милосердная!

К досаде Лиса, кавалеры (их было двое) толковостью тоже не отличались. Княжич опустился на одно колено рядом с девушкой. Руэри испуганно взглянула на него, закусила нижнюю пухлую губку.

– Сейчас может быть больно, – предупредил он. – Потерпите?

Она мужественно кивнула.

Элиссар осторожно приподнял край юбки, снял туфельку и ощупал её ногу от колена до пальчиков с круглыми розовыми ноготками, стараясь не краснеть и думать о том, что ноги у всех одинаково устроены. Хоть у мужчин, хоть у старух, хоть у… девушек.

Но у девушек ноги, определённо, были устроены как-то иначе.

– Больно? – неожиданно низким голосом уточнил он.

– Н-не очень.

– Это простое растяжение или ушиб, – княжич выдохнул, чувствуя, как рубашка прилипла к спине.

Он осторожно поправил юбку, прикрыв обнажённую ножку.

– Милайна, вы куда? – принцесса отвернулась, но Лис всё равно видел, что щеки её стали совсем розовыми.

– Позову господина Ренара…

– Нет! – резко выдохнула Руэри, закусила губу и добавила немного дрожащим голосом: – Не хочу, чтобы сюда сбежался весь двор. Я не совсем одета и… И господин Ренар непременно сообщит об этом королю, – заключила совсем тихо, так что её услышал лишь один княжич.

И вздрогнула, зябко поёжившись. «Она боится отца?» – удивился Лис.

– Но как же… – несмело возразила Милайна.

– Ничего страшного. Я дойду до своих покоев. Господин Элиссар и Себастиан меня проводят, не так ли? Я обопрусь о ваши руки и как-нибудь доковыляю…

– Вам нельзя, Ваше высочество! – фрейлина всплеснула руками. – А если нога опухнет? А если там всё же перелом или…

Элиссар рвано выдохнул, наклонился, подхватил принцессу с травы и сердито буркнул:

– Показывайте куда идти.

Руэри оказалась довольно тяжёлой. Но проблемой было вовсе не это. Собственно, вес был меньшей из проблем. Он чувствовал аромат её тела, немного вспотевшего от игры, но всё ещё пахнувшего какими-то благовониями и чистой кожей. Вдыхал аромат волос, и юноше неудержимо захотелось зарыться в них лицом. А ещё её рука, обнявшая за шею. И мягкие груди – ни её блуза и сорочка под ней, ни его рубаха никак не защищали от одурманивающих ощущений. И… и попа. Мягкая, упругая и… на его руке. Это оказалось неожиданно волнующе и приятно. Элиссар никогда даже предположить не мог, что эта часть тела может быть настолько… настолько…

Лис сглотнул и, когда они, наконец, дошли, опустил пострадавшую на постель и, круто отвернувшись и бросив:

– Я за знахарем, – позорно сбежал.

За лекарем пошёл Себастиан, а Элиссар, забравшись в самую гущу кустарника, отжимался до тех пор, пока руки не подогнулись, и он не рухнул лицом в землю. Открыл глаза и увидел кузнечика, сидящего в траве совсем рядом и осуждающе взирающего на него.

– С тобой всё в порядке?

«Нет, Себастиан. Я хочу твою сестру». Элиссар выдохнул, перевернулся на спину и посмотрел на побратима.

– Покажи мне город. Никогда не был в Шуге.

Столица оказалась громадным городом с высокими, трёхэтажными (а иногда даже и четырёхэтажными) домами, просторными площадями, украшенными скульптурами или фонтанами, с каменными мостовыми и небольшими скверами. К удивлению Лиса, на улицах было очень чисто, а дома, даже бедняков, не напоминали лачуги.

– По закону за порядок и чистоту несут ответственность гильдии, – пояснил Себастиан. – Они же отвечают за отмостку улиц и фонари. Шуг поделён на сектора, и в каждом секторе есть ответственный. А папа любит в неурочное время гулять в неурочном месте и, понимаешь ли, он уверен, что везде должен быть порядок.

– А что будет с тем, кто не справился со своим сектором?

Принц пожал плечами:

– Его выпорют на главной площади. Вне зависимости от звания, чина или рода.

– И пороли? Я имею ввиду аристократов? Или знатные не…

– Говорят, да. В первые годы после указа, но, вроде как, только однажды. Это было ещё до моего рождения, и я не помню, кого из лордов коснулось бесчестье. Он потом уехал на войну и сражался, пока не погиб. Ужасно!

– Ужасно?

Лис с любопытством взглянул на наследника. Себастиан передёрнулся:

– Конечно! Отец мудро поступил, назначив ответственных. Но пороть дворянина… Есть же рыцарская честь, понимаешь? Нельзя относиться к рыцарю, как к какому-нибудь суконщику.

– Посмей я выпороть кого-нибудь из драконов или людей клинка, меня бы живьём сожгли в моём гнезде.

– Гнезде?

– Так у нас называют княжеские замки.

Себастиан вздохнул:

– Говорят, дядя Ярдард очень возмущался тогда. А в Горном щите вспыхнул бунт. Но отец ввёл туда отряд лучников и подавил возмущение. А потом издал новый закон: герцоги и наместники отвечают за действия своих вассалов должностью. Ингермар, хранитель Горного щита, говорят, бушевал, но ничего не смог сделать. В любой момент отец может любого из хранителей лишить его щита.

– Как? Разве…

– На Совете щитов. Папа ведь не только король, но ещё и хранитель Южного, Серебряного, Шёлкового и Морского щитов. Большинством голосов он может всё.

– М-да. Интересно у вас.

– Ру утверждает, что, раз король несёт на себе ответственность за королевство, то и решать всё он должен единолично, но…

Из следующих слов Себастиана Элиссар понял, что наследнику больше нравится система хранителей щитов, Совет щитов и стиль правления его бабки, но княжич слушал плохо и никак не мог сосредоточить внимание на голосе брата. «Ру утверждает» – такие простые слова внезапно вызвали в нём новую волну пьянящих низменных чувств. Он вдруг снова вспомнил её розовые нежные губы и испуганные глаза, когда парень упал, придавив телом принцессу.

«Степь великая! – испуганно подумал Лис. – Этого ещё не хватало. Убью Уля, вернусь домой и надо будет непременно жениться. Жена утолит этот голод».

Жениться, но на ком? Ответ пришёл сам собой: у Фьерэя, Железного дракона, есть племянница. Это будет очень неплохой союз. К тому же, говорят, девица хороша. Через месяц ей исполнится шестнадцать – как раз достигнет брачного возраста.