"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 1766

Она встала, протянула ему руку на прощанье. Дьярви вскочил, поцеловал тонкие пальчики. Джайри в ответ коснулась губами лба юноши и снова безмятежно улыбнулась. А потом, не удержавшись, зевнула. Сняла с руки браслет из каких-то отполированных голубых камней, похожих на стёклышки, отдала ему. И, бормоча какие-то вежливые фразы, Дьярви поторопился убраться прочь.

Вышел в коридор, закрыл двери и задумался.

«Ну, она точно пришла в себя, — решил он, поразмыслив. — В начале разговора совсем убитая была, как будто и вовсе не она. А под конец ожила. Даже нас с Отамой просватала». Он печально усмехнулся. Самонадеянный глупец! «Я для неё — мальчишка… Обычный лучник… Мальчик на побегушках и не более того. А она для меня — весь мир и вся жизнь моя. И однажды я отдам за неё жизнь. Не нужен мне больше никто».

С этими благородными мыслями он вышел из дворца. Солнце уже перевалило за зенит. Надо было торопится — вторая часть турнира, очевидно, уже началась. Но Дьярви всё же решил зайти во флигель для слуг. Однако не дошёл: увидел Отаму, сидящую на скамейке рядом, и забавляющуюся с малышкой. Та гулила, хватала мать за волосы и смеялась. Дьярви споткнулась.

— Дя, — сказала Астрелия, ткнув пухлой ручкой в его сторону.

Отама оглянулась. Белый чепец красиво оттенял её золотившиеся на солнце волосы. Серые глаза, сначала распахнувшиеся в испуге, потеплели.

— Господин Дьярви, — прошептала девушка, тотчас потупившись.

И он невольно залюбовался её тонким носиком и нежно-розовыми маленькими губками.

— Не вставай, — вымолвил тепло и мягко. — Я просто зашёл… Просто зашёл.

Она снова посмотрела на рыцаря, и в её взгляде было столько восхищения, даже почти благоговения, что Дьярви почувствовал себя ужасно мудрым и сильным. Это оказалось очень приятным чувством. Лучник вскинул голову.

— Ладно. Я рад, что с вами всё хорошо. Поеду сейчас на турнир.

В серых глазах мелькнуло беспокойство. Видимо, Отама вообразила, что Дьярви едет сражаться. И этот испуг за него, пусть и ошибочный, согрел юноше разбитое сердце.

— Я завтра вернусь и расскажу, что там было, — пообещал он.

А потом повернулся и лёгкой походкой зашагал к конюшне. Хиус куда-то исчез ещё со дня свадьбы, поэтому седлать своего коня рыцарю предстояло самостоятельно.

Глава 24

Темные воды

Утро после кошмарной ночи Ильдика встретила бодрствованием. После того, как муж ушёл, она так и не смогла сомкнуть глаз. Лежала, ходила из угла в угол с саблей в руках, и, едва рассвело, поспешно оделась в мужскую одежду и выбежала в сад.

Её мучил стыд. Ильдика не могла забыть, как, совершенно нагая, обезумевшая от ужаса, она просто визжала, даже не попытавшись защищаться. А ведь тренировалась с четырнадцати лет! Восемь лет тренировок! Восемь! Толку то в том, что ты умеешь атаковать, отбивать удары и фланкировать, если в решительную минуту пугаешься настолько, что даже не помнишь, что стоишь перед всеми совершенно голая?

Если бы не Ульв… Если бы не он…

Ильдику передёрнуло.

Глематис, по обыкновению, ждал её у Синей конюшни. Увидел, ухмыльнулся зло:

— Я думал, ты не придёшь. Про Ульвара говорят, что он едва ли не бог в постели. Врут, видимо.

«Не врут, — мрачно подумала королева. — Интересно, а кто говорит?».

— Я пришла с тобой не разговоры разговаривать, — резко оборвала она и встала в позу.

Глематис помахал саблей, как тигр хвостом, внизу, покачивая остриём от одной ноги к другой. Хмыкнул и напал резко, неожиданно. Ильдика отразила удар и перешла в атаку. Спустя минут двадцать ожесточённого поединка, Глематис отступил, опустил саблю вертикально вниз.

— Что-то произошло, принцесса?

— Ты скоро всё сам узнаешь, — буркнула Ильдика.

Отвернулась и пошла прочь.

— Узнаю что? — крикнул ей Глематис вслед и добавил язвительно: — Что сразу после ночи с тобой твой муж отправился к любовнице и до сих пор не вернулся от неё?

Ильдика сильно укусила себя за губу, потом с улыбкой обернулась:

— Это я и без тебя знаю. — И, взглянув насмешливо и безмятежно, добавила: — Странно слышать подобные сплетни от рыцаря.

— Это не сплетни. Это правда.

Королева пожала плечами и ушла.

Она ворвалась в покои, словно раненный смерч. Очень хотелось убивать, но было некого. Сорвала с себя одежду, вбежала в душ и до предела открыла кран холодной воды. Стояла, стуча зубами.

Он отправился к ней! После всего, что… Хотя, а что было-то? Ну, взял жену, ну… Какая же она дура, что…

И тут ей в голову пришла отличная идея… Ильдика упала на кровать и дала волю слезам. Ну сколько можно их сдерживать?

Когда Ульвар подскакал к Полю Легенд — ровной, утоптанной и достаточно просторной площадке для турниров северо-восточнее дворца — первая часть мероприятия уже близилась к завершению. Лорд Арсленд мчался навстречу неизвестному для Ульвара рыцарю, видимо, кому-то из приезжих. В последнее время король настолько был загружен делами, что против обыкновения не о каждом рыцаре из свиты супруги навёл справки. Впрочем, не всё ли равно? Они скоро отбудут. Завтра — охота, послезавтра — заключительный бал.

Копья скользнули по щитам, никого не задев толком, но остриё незнакомца оказалось удачливее и на излёте легко ранило Арсленда в шею. Победа была засчитана гленнцу.

Или не гленнцу? Может, кто-то из опоздавших на свадьбу подданых?

Герольды взревели трубами, над полем поднялся королевский стяг. Зрители поднялись, приветствуя своего короля. Ульвар растянул губы в улыбке и помахал рукой. Проехал по полю, спрыгнул у королевской ложи, поднялся и увидел, что место королевы пустует. Вопросительно посмотрел на сиру Надиру, восседавшую справа от места своей повелительницы. В данный момент та, конечно, стояла.

— Приветствую вас, Ваше величество, — сира присела в реверансе. — Её величество после треволнений этой ночи плохо себя чувствует. Я вызвала ей лекаря, и тот дал королеве снотворное, запретив вставать.

Ульвар учтиво поблагодарил и занял своё место. «Жаль, я так не могу, — подумал с завистью. — Трое суток подряд не спать — это слишком даже для меня». Откинулся на спинку кресла и натянул на лицо величественно-любезную маску. Он смотрел на рыцарей, лихо скачущих друг к другу и пытающихся сбить противника с седла, и не видел их. Предстоял разговор с Джайри, и сейчас это волновало его больше, чем всё остальное. Разговор до предела сложный.

«Завтра, — подумал Уль малодушно. — Это ужасно, её нельзя оставлять одну сейчас, но… придётся. Я не выдержу». И на этой мысли он вырубился. Король умел спать с открытыми глазами, не теряя приветливой улыбки на лице.

Разбудил его один из оруженосцев, когда первая половина турнира, та, что на копьях, завершилась. Он о чём-то спрашивал, а затем коснулся руки короля. Ульвар вздрогнул и очнулся.

— Государь?

Король поднялся, махнул белым платком, возвещая перерыв, и двинулся, кивая направо и налево, прочь. Добрался до ближайшего кабинета, велел слуге разбудить в нужное время, задёрнул шторы, разложил походную кушетку, рухнул и снова вырубился. Ему ничего не снилось — слишком устал. Слуге пришлось приложить немало усилий, чтобы потом разбудить своего короля.

Ульвара знобило. Он с трудом преодолел желание челюстей стучать друг о дружку. Накинул на плечи зимний плащ и вновь двинулся на праздник. Подозвав к себе распорядителя турнира, тихо спросил:

— Убитые есть?

— Нет, Ваше величество. Только лорд Радарс: копьё сира Глематиса пробило щит и попало ему в шею. Лорд жив, но вряд ли дотянет до утра.

— Ясно. Во второй части турнира ставьте сира Глематиса в пару только с гленнцами. Гостей, убитых на свадьбе, я переживу, а моих подданных мне жаль.

— Да, Ваше величество.

«Я придумал тебе суровое наказание, Джайри. Ты будешь терзаться всю ночь в ожидании разговора, пока я немилосердно сплю» — эта мысль показалась Ульвару до крайности забавной. Он снова величественно прошествовал на своё место, с трудом удерживаясь, чтобы не зевать во всё горло.