"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 1717

И та, которую назвали «её светлостью», отпила из бокала и двинулась дальше. Дьярви проводил девушку завороженным взглядом. Вокруг раздались смешки.

— В отличие от вас, я не прыгаю в постель к неженатым мужчинам, как только они позовут! — выкрикнула Магрит, не выдержав.

— Вы предпочитаете прыгать к женатым? Или прыгаете, когда не зовут? — рассмеялась девица в серебряном платье, обернулась и тут заметила застывшего Дьярви. — Будь любезен, отдай это слугам.

Она протянула ему пустой бокал, и парень, растерявшийся до остолбенения, машинально взял его. Магрит задыхалась.

— Да как вы… да вы… У меня нет слов!

— Когда нет слов, стоит помолчать.

Новый голос, вмешавшийся в диалог, принадлежал молодому мужчине в сером камзоле, буром коротком плаще, горчичного цвета штанах и высоких кожаных сапогах. Незнакомец, никем не замеченный, появился из коридора. Все дамы и кавалеры, которые в этот момент были на лестнице, тотчас поклонились.

— Ваше величество, — пролепетала Магрит, склонившись в низком поклоне.

Дьярви во все глаза уставился на короля. Тот вовсе не производил впечатление изнеженного или женоподобного. Да, щёки гладко выбриты, да, волосы вьются крупными кольцами, но… Лицо мужественное и решительное, одежда достаточно проста, и фигура принадлежит воину, а не вельможе.

— Джайри, — король посмотрел на ехидину в серебряном платье пронзительным взглядом ярко-голубых глаз. — Ты мне нужна. Сейчас. У нас появился шанс переманить к себе Барнабаса, того самого, кому Ларан заказывал огнедыха.

И он протянул девице левую руку. Правая была скрыта под коротким плащом.

Глава 2

О королевском терпении

Джайри хмыкнула, не отвечая на приглашающий жест.

— Мой король, разве это вы не можете сделать сами? Без меня?

— Могу, — холодно ответил Ульвар. — Но зачем мне советник по вопросам просвещения, если я буду выполнять его службу сам?

Джайри вздохнула. Это был намёк. Король злился. Этого не видел никто из окружающих, кроме неё. Может быть, поэтому изрядно разросшийся двор так боялся своего монарха: они не могли предугадать его эмоций.

— Как прикажете, Ваше величество, — девушка положила пальцы поверх его пальцев. — Тут с вами жаждали переспать, могу я внести леди Магрит в ваши планы на вторник?

У неё был очень милый и кроткий голосок, но Ульвар не поддался чарам.

— Не стоит, герцогиня. Подобное я в состоянии планировать самостоятельно.

«Оставь эту несчастную» — велели его голубые глаза. — «Она меня разозлила» — взглядом возразила Джайри. — «Почему?». Король насмешливо посмотрел на фаворитку и шагнул вверх, не дожидаясь ответа.

— Ваше величество! — простенала леди Магрит. — Вы позволяете герцогине меня оскорблять?

— Если вы сами это позволяете, то как могу запрещать я?

Ульвар даже оборачиваться не стал. Джайри хмыкнула и направилась за своим королём. Мир немного шатался. Так приятно и привычно.

«Какое мне дело до вас до всех? — думала девушка. — А вам — до меня?»

Внезапно откуда-то из сада донёсся оглушительный вопль. Уль резко обернулся. Кавалеры схватились за сабли, дамы за носовые платки. Джайри отпустила королевскую длань и оперлась о перила лестницы. Её взгляд снова натолкнулся на парнишку, смутно показавшегося ей знакомым. Это был странный человек в очень бедном и плохом наряде. Она бы приняла его за простолюдина, если бы не сабля, висевшая на боку.

Провинциал. Но что он делает в королевском флигеле?

— Богиня! — выл кто-то в голос. — Монстр! Чудовище!

«Кощунство, однако», — весело подумала герцогиня.

— Приведите мне Басса, садовника, — велел король.

Джайри всегда поражалась уникальной памяти Ульвара на имена стражников, слуг, вообще всех, с кем король когда-либо сталкивался. Это, конечно, безумно подкупало, особенно простых людей. Король мог остановиться, например, в караульном помещении и спросить у слуги, принёсшего дрова для растопки камина, поправился ли его четырёхлетний сын от простуды, которую подхватил три дня назад. И при этом назвать имя сына и не ошибиться. А ещё Ульвар легко отличал всю эту многочисленную челядь по голосам.

Кто-то из кавалеров, стоявших на нижних ступеньках лестницы, сбежал вниз и вскоре показался волочащим за шиворот низкорослого пухлого толстяка, одетого в кожаную куртку и шерстяные штаны.

— Что случилось, Басс? — спросил Ульвар всё тем же любезным голосом.

«Он заставляет меня, сиятельную герцогиню, ждать, пока поговорит с садовником», — отметила Джайри.

— Тюльпаны… Тюльпаны! — рыдал тот, хлюпая носом и кулаком вытирая бегущие слёзы. — Они… Их больше нет!

Дамы скривились, кавалеры зафыркали. Ситуация казалась комичной, и придворные, видимо, посчитали, что король решил развлечься.

— Тюльпаны? — переспросил Ульвар. — Которые?

— Те, что вам прислал в дар принц Джардж… Джарад… Персиковые тюльпаны! Нежно-лиловые с чёрной бахромой.

«Джарджат, — мысленно поправила Серебряная герцогиня. — Племянник Персикового султана… Те самые, что по стоимости равны скакунам из кровавых земель».

— И что же с ними случилось?

О, король был безмерно терпелив. Джайри всегда поражалась безграничности его терпения.

— Их съело чудовище! Простите меня, Ваше величество! — застонал садовник и повалился на колени.

Кавалеры рассмеялись.

— Там бродит полулысый старый конь и ест цветы на газонах, — небрежно заметил кавалер, притащивший несчастного Басса.

— Бо-бо!

Привлекший внимание герцогини парень в простой одежде вдруг залился румянцем, который сделал его похожим на язычок пламени, слившись цветом с рыжими короткими волосами.

Ульвар перевёл взгляд на него. «Повесит», — решила Джайри меланхолично.

— Мой король! — паренёк прижал сжатый правый кулак к груди и поник головой. — Это мой конь. Я возмещу стоимость цветов…

«Смелый или дурак?»

— Я не помню твоего имени, юноша.

— Дьярви, сын Домара. Вы и не можете его знать: я только прибыл в Шуг, чтобы стать королевским лучником, Ваше величество.

Ульвар с любопытством разглядывал паренька. Губы короля чуть изогнулись в усмешке. «Не повесит. Он рассмешил Уля. А это случается редко».

— Похвально. Картран, поймай жеребца и отведи его в Серую конюшню. Но почему ты решил, что в королевскую гвардию принимает непосредственно сам король, Дьярви, сын Домара?

— Я искал капитана Фер… Фре…

— Ференка. А почему искал здесь?

Дьярви опустил глаза. «Он хорош собой, — размышляла Джайри, — но скромен, как девица… Это забавно. Высокий, широкоплечий, тело воина, пух бороды, и… румянец».

Ульвар приподнял бровь. Не ответил королю? Смелость или наглость?

Дамы хихикали.

— Простите меня, мой король, — мрачно отозвался Дьярви, — клянусь, я возмещу вам…

— Не клянись, — мягко возразил Ульвар. — Боюсь, что даже если продашь в рабство себя, свой дом и всю, уверен, многочисленную семью, ты не сможешь окупить этих тюльпанов. Басс, встань. Ты не виновен. Посади на их место тинатинские нарциссы. Или крокусы из Морского щита. Ступай. А ты, Дьярви, следуй за мной.

«Всё же повесит, — заключила Джайри и снова положила пальчики на кисть руки короля. — Жаль… красивый парень. И смелый…». И она вдруг вспомнила, где видела это простое лицо с решительным подбородком и тёмными широкими бровями. «Рыжая кошка». Точно. Это тот мальчишка, который сначала пялился на неё с открытым ртом, а потом попытался спасти её ценой своей жизни.

«Интересно… если я скажу Улю, что мальчик меня спас, король его простит или велит пытать?».

Дьярви, заметно побледневший, направился за ними. Он вздёрнул квадратный подбородок и поджал немного пухловатые губы, и Джайри снова бросила на него любопытный взгляд. «Смел. Всё-таки очень смел». Ей нравился этот забавный паренёк.

— Уль, я хочу уехать во вторник, — сказала она, когда они все втроём вошли в зеркальный коридор. — Мне нужно вернуться в щит и….