"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 1370

– Мне надоели бессмысленные войны с фанатиками. До сих пор от них только вред и беспокойство, хоть мы основные силы и уничтожили. Не так ли, капитан?

Донтер прекратил ходить и с нескрываемой злостью уставился на спокойно сидящего, флегматичного от усталости Бензика. Казалось, капитан обязательно поддержит Даниэля, но прозвучали неожиданные для всех слова:

– Док, ты сам прекрасно знаешь, как я отношусь ко всем религиям, вместе взятым! И еще час назад готов был бы разорвать собственными руками любого, кто предложил бы мне нечто подобное для оболванивания людей. Но сейчас… – Он замер и резко повернулся к астроному: – Вы можете ручаться за точную дату падения Вестника?

– В данный момент – нет.

– Почему?

– Да все по той же причине: тот, кто направил малую луну на столкновение с Землей, мог таким же способом и перенаправить ее на другое место или в другое время. Так что мне понадобится около месяца для произведения повторных измерений видимой траектории и тщательного сопоставления полученных данных с прежними.

Капитан приблизился к столу и со стуком оперся на него ладонями:

– Значит, так! Категорически требую хранить все здесь произнесенное в полной тайне.

– От всех? – уточнила Розалия, имевшая, вероятно, в виду пилота и капрала.

– Да! И только после повторных подсчетов господина Юрана примем окончательное решение. Но уже сейчас я хочу, чтобы вы, все пятеро, подумали над тем, как будет называться наша религия и каким силам поклоняться. Если нам и придется оболванивать ею простых людей, то она должна оказаться очень приемлемой, действенной и неотвратимой для подавляющего большинства. А еще лучше устроить так, чтобы через сто семнадцать лет религия и все ее догмы самоуничтожились окончательно и бесповоротно.

– О-о-о! – разочарованно протянул Бензик. – Ты хочешь и людей обмануть, и честным остаться, и рук не замарать? Так не бывает! Ведь ты умный человек и должен понимать, что такие рамки нереальны и просто смешны.

– Пусть смеются и хохочут здоровым смехом сколько угодно, – сердился Донтер, опять пустившись расхаживать по комнате. – Мне на это наплевать! Но времени у нас вполне достаточно, чтобы тщательно, во всех тонкостях продумать религиозные постулаты. И с тем же тщанием привязать эти постулаты к сегодняшним реалиям и подкрепить теми чудесами, которыми мы можем с легкостью оперировать. Любые наши разведданные мы теперь можем подавать в свете божественных откровений, как помощь всемогущих сил Земли, волшебное воздействие растений… ну или что мы там еще придумаем на эту тему. Так что давайте думать и составлять некий свод правил и законов…

Розалия привлекла внимание жестом и предложила:

– Может, стоит так и оставить высшим божеством Солнце? Будет намного проще и естественнее…

– Нет! Даже и разговор этот заводить не стоит! – отрицательно замотал головой капитан, продолжая ходить. – Во-первых, здешний Творец не сумел спасти своих чад от массовой гибели, и большинство ему этого может не простить. Обязательно найдутся ярые противники поклонения Солнцу. Во-вторых, наибольший вред принесут оставшиеся поклонники старой религии. Уж они-то не преминут затеять грызню на тему: «Кто лучше знает Творца нашего». Оставшиеся в живых ортодоксы воспрянут духом и постараются вновь склонить чашу людского внимания на свою сторону. Поэтому новая религия должна отличаться от старых кардинально, обладать не только невероятной привлекательностью, простотой и доступностью, но и таинственностью, конечно, тоже.

Бензик не удержался от сарказма:

– Ага, и напоследок суметь самоликвидироваться! Опять спрашиваю: как ты себе это представляешь? И как можно назвать такое…

Он замолк, пытаясь подобрать нужное слово. Капитан тоже застыл на месте, воздев глаза к каменному своду помещения, словно там, в толще пород, пытаясь найти ответы на вопросы врача.

– Да как угодно! Например: «Катехизис положенного срока»! Или: «Провидение Судного дня». Можно еще: «Откровения духа императора». На крайний случай: «Глас наших предков» или что-то типа: «Наущения волшебного озера». Кстати, и само озеро для этих целей подойдет идеально. Его особенности можно использовать для усиления влияния на будущих адептов. Или объявить всю расположенную там жидкость священной, которая дает адептам религии знание обо всем тайном и явном в мире. Ведь подумайте, любая деталь из жизни какого-нибудь гостя, о которой знает только он, может моментально привлечь его на нашу сторону. После чего он до конца дней своих будет внушать подопечным или близким родственникам максимум послушания носителям религии, допустим, «Последнего срока». Тем самым заставляя готовиться к катастрофе надлежащим образом. Верно?

Он в первую очередь спрашивал у Бензика, но того удивило другое:

– Откуда у тебя столько идей? Ты случайно раньше не подвизался в создании новых теологических течений?

– Увы! Если раньше и верил в какое-то чудо, то только в волшебство летающих дельфинов! – От такого воспоминания Донтер болезненно скривился, припоминая. – Мне кажется, что ни одного дельфина в воздушном океане мы больше не увидим…

Главнокомандующего обитатели морских просторов интересовали мало.

– По поводу озера… – Даниэль прекрасно знал о свойствах этой жидкости, когда она находилась в едином объеме. – Его воды мы можем использовать не только для привлечения в свои ряды новых сторонников, но и для устрашения. По-моему, казнь отступников или самых оголтелых преступников тоже в конечном счете только усилит новую религию.

Оба лидера посмотрели на бывшего лейтенанта гвардии как-то по-новому, явно переоценивая его в свете только что сказанного. При всей жестокости подобного предложения все прекрасно понимали, что смертной казни все равно не избежать в это смутное время. А стало быть – почему бы не совместить неприятное с полезным?

Одна только Розалия громко возмутилась от всей души:

– Ну нет, это уже выходит за рамки здравого смысла! Если мы и живем в столь мрачные времена, то все равно не должны терять человеческое лицо. И создание подобного наказания ради религии – такое меня просто пугает.

Четверо мужчин и мальчик посмотрели на женщину с явным сочувствием. Даже Массум, насмотревшийся в последние дни всяких ужасов в отдаленных районах уничтоженной Хардийской империи, теперь стал сторонником смертной казни. Причем самой жестокой и страшной. Впрочем, он и в первые дни не церемонился с мародерами.

Капитан вновь уселся на стул рядом с Розалией и заглянул ей в глаза:

– Ты помнишь вчерашнюю казнь?

Накануне пришлось повесить трех грабителей и насильников из числа горожан.

– Да, пренеприятное зрелище. Особенно эти конвульсии одного из них…

– Просто шея слишком крепкая оказалась, – скривился Донтер. – Но ты вот лучше скажи, как на это отреагировали зрители?

– В каком смысле?

– Ничего странного ты не заметила в их жестах, поведении, высказываниях?

Розалия немного задумалась, подключая к своим рассуждениям не только эмоции, но и незаурядную сообразительность, умение вспомнить детали увиденного:

– Заметила страх, омерзение, ненависть и негодование… Ну и еще… нездоровое оживление, интерес, злорадство и даже некоторый восторг. Хуже всего, что некоторым такое действо явно понравилось…

– Вот видишь! Со временем подобные казни могут здорово подорвать как наш авторитет, так и вообще всю структуру власти в целом. А вот казнь, связанная с новой религией, будет намного полезнее, с нравоучительным эффектом. Например, при участии всего двух десятков представителей народа. Причем именно тех представителей, которых мы поймаем на мелких прегрешениях. Да еще и перед казнью огласим, что данного преступника своим непосредственным представителям выдало само волшебное озеро. Перечислить все его тяжкие преступления, а напоследок священник или жрец – титул не так уж важен – несколькими намеками даст провинившимся знать, что и про них озеро все знает. И как только грань добропорядочности гражданина останется позади, то и его постигнет точно такая же участь. Мне кажется, в таком случае мелкие нарушители порядка зарекутся творить безобразия до конца жизни, да еще и других не поленятся поучить уму-разуму.