"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 1225

– Около десяти метров ниже среднего, – с уверенностью ответил проводник.

– Фантастика! – Александр Константинович от удовольствия и радости потирал руки. – Солнышко! Ты даже себе не представляешь, как нам пофортунило! Мы будем работать в самых благоприятных для раскопок условиях! Насколько меньшие горы песка нам придется перелопатить!

– Тебе постоянно везет! – засмеялась Лариса.

– Естественно! – подтвердил Броди. – Особенно с тех пор, как встретил тебя!

Вернувшись в лагерь, руководитель экспедиции первым делом осмотрел пробный шурф, который стали рыть в их отсутствие. Практиканты зарылись вглубь на четыре метра, но признаков приближающейся древней почвы так и не обнаружили.

– Да! Я себе представляю, если бы сверху было еще метров десять – пятнадцать песка! – сокрушенно завздыхала Лариса.

– Могу тебя разочаровать: до грунта еще, может быть, двадцать, а то и тридцать метров.

– И что будем делать?

– Копать в других местах! – с завидным спокойствием ответил Броди. – Очень во многих местах. Будем надеяться и на показания наших приборов: возможно, они дадут более правильную подсказку. Порой, даже зная где, не всегда знаешь сколько. Особенно – времени. А пока нужны люди. Много, очень много людей. – Он повернулся к подошедшему водителю «КамАЗа». – Ну, как транспорт? Готов ударить по бездорожью?

– Немного кое-где подтянем, – ответил тот, вытирая промасленной тряпкой руки. – И завтра с утра можем снова в путь.

– Прекрасно! Бегим! Завтра попрошу вас выехать как можно раньше в известное вам место и привезти первую партию рабочих в количестве двадцать человек. А также дополнительные палатки и продовольствие. Заодно доставьте щиты для сдерживания осыпающегося песка. Когда ждать вашего возвращения?

Проводник ненадолго задумался, подсчитывая что-то в уме, и сказал:

– Послезавтра, ближе к ночи.

– Тогда готовьтесь и отправляйтесь в путь. Археологи займутся своим делом. – Он обратился к практикантам: – Двое, продолжайте углубляться здесь, только смотрите, чтобы вас не завалило – один постоянно остается наверху. Повар – на камбуз, готовить ужин. Мы же втроем сделаем пробный шурф с другой стороны этого бархана. – И вместе с Ларисой и одним практикантом, бодро вскинув лопату на плечо, первым отправился к выбранному месту раскопок.

Следующие два дня прошли в непрекращающемся, но бесплодном труде. Пять лопат, иногда к ним присоединялась шестая, с равномерными интервалами вонзались в сухой осыпающийся песок и пытались отбросить его как можно дальше от постепенно углубляющихся воронок. Со временем песок становился все более влажным и слежавшимся: чем глубже, тем тяжелее. Доходя до пятиметровой глубины, тщательно осматривали дно и, не найдя каких-либо изменений в грунте, переходили на новое место. К вечеру того дня, когда вновь вернулись «КамАЗы» с рабочими и заказанными щитами, было вырыто шесть пробных котлованов в самых удобных, на первый взгляд, низко расположенных местах. Все было безрезультатно.

Разместив вновь прибывших, Броди и Лариса сразу же легли спать. Зато встали очень рано, когда еще было темно и ничто не нарушало покой раскинувшегося среди песков лагеря. Включили компьютер и стали сопоставлять показания приборов.

– Смотри! Опять то же самое! – Александр указывал на план местности, их окружающей. – Вот здесь, здесь и здесь! Три ложбины, окружающие этот огромный бархан! И в третий раз температура на них выше, чем на всех остальных участках.

– Но если температура – не основной показатель направления наших поисков? – сомневалась Лариса. – Ведь учти, с тех пор прошло более шести тысяч лет! За это время может остыть что угодно!

– Может! – весело согласился Броди. – Но ведь не остыло! До сих пор что-то там греет. И слой песка там действительно не настолько велик, чтобы скрыть эту небольшую разницу в температуре. Для нас это просто изумительное совпадение. Благодаря этому мы имеем неоспоримое указание на явно определенное место для раскопок.

– Тебе виднее! – легко согласилась Лариса. – Где скажешь, там и будем копать.

– А хотелось бы, чтобы кто-нибудь поспорил! – возмутился Александр Константинович. – Хотя бы для проформы!

– У меня не получится, – констатировала его супруга. – Я теряюсь перед твоим авторитетом, мои знания перед твоими просто блекнут.

– Лариса Ярославовна, не прибедняйся. – Он усадил ее на колени. – Я ведь тебя уже знаю. Если ты будешь против, то вначале согласишься, а потом все равно сделаешь по-своему.

– Неправда! – Она даже обиделась. – Все твои распоряжения выполняются без обсуждений и беспрекословно.

– Я рад… – Он стал осыпать ее лицо благодарными поцелуями.

– Так где мы сегодня будем производить раскопки?

– Сразу на всех трех участках. – Броди отвлекся от приятного занятия и пододвинул карту поближе. – Люди теперь у нас есть, а если найдем хоть… – он в нетерпении подергал себя за нос, а потом затряс кулаком, – хоть что-нибудь, сразу же наймем любое необходимое нам количество.

– Уже начинает светать, – заметила Лариса, взглянув в окно.

– Тогда – общий подъем! – скомандовал руководитель экспедиции. – Легкий завтрак – и немедленно приступаем к работе.

Все в лагере пришло в движение, и уже через час все находились на отведенных им участках. Половина людей была брошена в ложбину у высокой стороны бархана. Броди резонно рассудил, что если ветер усилится и бархан «пойдет», то за короткое время накроет все на своем пути. Поэтому работать здесь надо было как можно быстрей. Если будут положительные результаты раскопок, тогда окупится вывоз всего бархана на нужное расстояние. Если же нет, придется работать более длительно и скрупулезно. Оставшаяся часть людей была разделена пополам и поставлена на рытье шурфов на оставшихся двух площадках.

Три дня прошли безрезультатно. К счастью, ветра не было, что способствовало спокойной, размеренной работе. Правда, солнце жгло немилосердно, зной стоял просто невыносимый. Пришлось в самый разгар жары отменить все работы и проводить их по большей части ранним утром и поздним вечером, почти ночью. Для этого был задействован большой генератор, и раскопки проводились при искусственном освещении. Работалось споро, и сделано было очень много. На самом перспективном участке был вырыт котлован глубиной шесть метров и начато рытье траншеи, уходящей полого вглубь, под бархан. Эту возможность обеспечивали щиты со специальными распорками, предохраняющие боковые песчаные стенки от обвалов.

На четвертый день, с утра, Броди и Лариса находились на дне этого огромного котлована и внимательно всматривались в грунт под ногами, пытаясь найти хоть какие-то намеки на изменение состава.

– Сегодня уже на два метра углубились – и ничего… – с сожалением констатировала Лариса.

– Да… – Броди задумчиво переминал песок в пальцах. – Вроде бы пора добраться до скальных отложений. Ладно! Пойдем взглянем, что там делается в траншее.

– Александр Константинович!

Раздавшийся с высоты голос заставил их прикрыть глаза ладонями от солнца. Трудно было рассмотреть сразу, кто к ним обращался. Это был Николай, один из практикантов.

– Александр Константинович! – повторил он. – Тут нечто интересное. Не хотите ли взглянуть?

– Что именно? – Броди со всей скоростью бросился карабкаться вверх по осыпающемуся песку.

– Воронка! – кричал парень сверху. – Песок потихонечку в нее ссыпается!

– А-а-а… – разочарованно протянул руководитель, останавливаясь и поджидая отставшую супругу. – И где? – спрашивал он уже без интереса – подобных воронок в пустыне было бесчисленное множество.

– На дне одного из котлованов, которые мы раскопали в первые два дня! По-моему, в номере четыре!

– Так что же ты сразу не говоришь! – непоследовательно стал укорять Броди своего подчиненного, хватая Ларису за руку и таща ее вверх, как на буксире.

– Что ты так сорвался? – спросила она, задыхаясь, когда, выскочив на гребень, они легким бегом рванули за практикантом.