"Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Голд Джон - Страница 1172

Трое землян замерли на месте, приоткрыв рты и приготовившись слушать сенсационную информацию. Но после длинной паузы дождались лишь недовольного окрика от инопланетянина:

– Чего замерли? Ждете, что в ваши мозги сейчас вольется расшифрованный поток с тысячами терабайтов информации? Наивные. Если не оглохли и не ослепли, то надеются выжить после такого резкого прибавления извилин. Да и дело у вас еще есть: двигайте не в противоположную сторону пещеры, робот отправится с вами и расчистит дорогу, но внутрь вряд ли протиснется. Зато вы уже сами сразу во втором по счету помещении отыщете лабораторию-мастерскую с вашим гениальным художником. Кажется, он не просто жив, но и в полном здравии.

Спорить никто не стал, сразу двинувшись по периметру пещеры, обходя колоссальный корабль справа. Тем более что и так прекрасно понимали: сейчас Найденыш разберется с лавиной поступающей информации, вычленит самое важное и выдаст самое интересное удобно усвояемым для мозга концентратом. К тому же Евгений и сам не мог удержаться от восторженных, рвущихся из него эмоций:

– О! Начну с самого главного, пока вы еще в пути. Только смотрите под ноги и нечего себе не поломайте! – Пробираться между крупных обломков и рухнувших конструкций, устройств и в самом деле было проблематично. – Итак, считаю, что эскалибур может выходить с открытым забралом на мировую арену!

– Значит, угроза для него уничтожена? – спросила Монро, на секунду замирая на месте.

– Не уничтожена, а неуправляема! – ликовал инопланетянин. – И вы сейчас увидите ее собственными глазами.

За особо крупным валуном и в самом деле располагалась чудом уцелевшая платформа, на которой громоздилось нечто обтекаемое и каплеобразное. Явно иномирского производства прибор смотрелся хищно и неприятно, но его сравнительно маленькая величина, всего лишь пять метров в длину, вызывала подспудное непонимание, если не сказать – неприятие. Бокед сразу поверил в исходящую от прибора опасность для эскалибура, но не мог сообразить, в чем она именно заключается:

– Да робот– завоеватель эту блестящую жестянку раздавит и не заметит.

– Ха! Эта жестянка маленькая, да удаленькая, – раздались комментарии всезнающего оператора. – Называется термоядерная пушка и производится лишь на материнской планете брошьеров. И хорошо, что она здесь в единственном экземпляре. Впоследствии ее придется хранить пуще всего остального, а то и вообще желательно просто уничтожить, распылить на атомы. Потому что она может определенным лучом делать самое страшное: мгновенно высвобождать всю энергию у работающих реакторов. Причем реакторов любого типа! Прикидываете, как бы разнесло в клочья не только такого милого, компактного эскалибура, но и его старшего брата галактарбарра?

В воображении землян сразу предстали картины других катастроф, используй андроид термоядерную пушку. Любой реактор на Земле, взорванный методом полного, единовременного освобождения энергии стержней, загадил бы радиоактивными отбросами не менее целого материка. Про разрушения и прочие беды фантазировать не хотелось.

Тогда как Евгений перескочил уже на другую тему:

– А все это скопище металла, которое у вас сейчас по левому борту, – не что иное, как летающий… Внимание! Летающий межгалактический госпиталь-музей!

Три человека опять непроизвольно замерли на месте, уставившись на космический корабль. Видимо, ни у кого в голове вначале не уложилась полученная новость. Госпиталь? Да еще и музей? Настолько противоположные, полярные понятия слабо гармонируют, правильнее сказать, совершенно не сочетаются друг с другом.

– И что там внутри? – наконец спросил академик и эксперт по HЛO. – Неужели панацея от всех болезней и собрание скульптур доримского периода?

– Собрание произведений искусства – пока еще в отдельном файле. Причем закодированном. На него уйдет время, но эскалибур утверждает, что не больше парочки часов. Тут, правда, еще шибко засекреченный файл имеется, под общим названием «Катастрофа». Но с этим тоже будет время покопаться. По поводу панацеи – никаких данных. А вот три комплекта реаниматоров имеются. К ним прилагаются и три комплекта лабораторий с ваннами клонирования. Плюс все комплектующие к реаниматорам и перехватчикам памяти для умирающих. М-да… если подобные технологии окажутся у землян, ваша цивилизация может лишиться такой беды, как смерть при несчастных случаях. Невероятно! Только вот почему я ничего не могу вспомнить подобного из истории моего мира? Вроде как мелькает нечто на периферии сознания.

Теперь уже молчали все четверо, осмысливая и припоминая. Все тот же академик вспомнил про весьма опасную в его понимании «телегу»:

– А где та летающая крепость, что прилетала к небоскребу олигарха?

– Тоже весьма интересный вопрос. Так… где-то на эту тему что-то мелькало, – бормотал Евгений, усиленно перелопачивая на своем рабочем месте горы обвалившейся на него информации. – Ага! Вот! О-о-о, как все сложно! Видите у вас над головами три отверстия метра по четыре в диаметре? Так вот именно туда и заходят в виде вставляющегося цилиндра те самые «телеги». Только называются они грузовыми челноками и служат для доставки к госпиталю пациентов или произведений искусства в музей. Сами оружия на себе практически не несут, но обладают уникальными силовыми щитами, их почти невозможно уничтожить, и запас для автономного путешествия у них рассчитан примерно для полета на Нептун и обратно. Так, что еще… Вот: всего челноков десять, в данный момент в наличии только два. Восемь (и мы с вами, друзья, понимаем теперь, на чем собирались летать «иксы»!) – отсутствуют.

– Но если на челноки установить оружие, – перебил брата Сергей Николаевич, – с ними справится эскалибур?

– Скорее всего! И без особого труда. Потому что…

Но уже в который раз практичность проявила мадемуазель Монро:

– Так мы до нашего художника и за неделю не доберемся. А его там небось голодом морят. Ножками, ребята, ножками! Успеете еще про челноки наговориться. Да и в музей потом наведаемся и сразу все на месте осмотрим без сопровождения. Как по мне, там в миллиарды раз интересней, чем рассматривать летающие носилки для пациентов. Надеюсь, в хранилище ценностей можно попасть без всякого пароля? Или он, как информация, закодирован? Эй! Евгений! Заснул, что ли?

– Заснешь тут с вами! И чего кричать? Прежде чем ответить, хоть посмотреть надо. Ага! В хранилища можно пройти с третьей палубы центрального отсека или через грузовые шлюзы. А вот по поводу голода… Хм! Мне кажется, пленник имеет право заказывать для себя любую пищу. Правда, меню не настолько уж разнообразно, но выглядит вполне прилично. Нет, не туда, правее… Удачи!

Тоннель и в самом деле представлял для последыша неодолимую преграду, а вот человек или местный робот обслуживающего персонала мог пройти внутрь свободно. Затем широкая комната с обычной на вид дверью, на которой даже замка не было, и после второго аналогичного тоннеля большая, светлая, с идеально дневным, хоть и искусственным освещением мастерская. Войдя туда, пришлось снять очки ночного видения и некоторое время привыкать к нормальному свету. Заодно рассматривая обстановку и главного героя здешнего антуража.

С потолка свисал гибкий трос, который посредством пояса крепился на сидящем в кресле Андрее Санрегре. Причем художник находился лишь в неком подобии шорт, и все его тело было облеплено массой беспроводных датчиков. На голове громоздился некий шлем, закрывающий выбритую голову полностью и оставляющий свободными лишь отверстия для глаз и для рта. Как раз из этого рта и лилась разудалая хмельная песьи:

– Ой, мороз, моро-о-оз, не морозь меня-я-я-я…

На расположенном рядом столе стояла груда тарелок

с закуской, а под ним – немыслимая для одного человека батарея опустошенных бутылок из-под вина. Пленник, видимо, вовсю пользовался допуском к еде, к любым напиткам и развлекался, нисколько не заботясь о возможном наказании. Тогда как несколько мольбертов с подготовленными полотнами стояли по периметру помещения и ждали, когда их трепетно коснется кисть живописца.