"Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Болдырева Наталья Анатольевна - Страница 968

Александра после таких обобщений скривилась и напомнила именно о своем нежелании видеть Леду слишком часто в компании графской четы:

— Я была против этого сразу по той причине, что она пленница. По ее вине погибли невинные люди, и она еще долго должна замаливать свои грехи и стремиться к оправдательному приговору. — А потом опять вернулась к основной теме: — Ну и учитывай самый главный парадокс: Крафа банально может и не знать про эти порталы. Вот потому он Леду и не нашел после ее побега.

— Именно! Как раз к этому я и веду. Если Крафа о порталах ничего не знает, значит, его вотчина не здесь, не во внутренностях планеты. Уж всяко-разно такой ученый и исследователь, как он, изучил бы свой «личный рай» до последнего обломка камня. Следовательно, имеются некие совершенно таинственные пространственные переходы.

— То есть? — не могла понять Александра.

— То есть ту самую вотчину наверняка и создали Торговцы для каких-то своих научных целей, но некоторые секреты им удалось припрятать даже от своего соратника. Ведь недаром мать Леды в насылаемых ей видениях настойчиво твердила отыскать именно Зеленый Перекресток. Она знала точно, что дочь именно в этом мире и именно через Перекресток может организовать помощь своей родительнице.

— А почему не через Бормот?

— Логичный вопрос. И правильный. И опять-таки, на него есть два варианта ответа: либо здесь под нами выхода нет, либо про него мать Ледовой Владычицы тоже не знала. Ну и может существовать более простое объяснение: в вотчину Крафы забраться сквозь вулкан многократно тяжелее, чем из столицы моего друга Бонзая. Там можно идти, пусть и голому, а здесь надо уметь летать, и то, если перья туман не растворит на первой сотне метров. Хм! Однако! Три с половиной сотни метров разведчиком пройдено, а туман только гуще становится.

Если раньше на экране просматривалось расстояние на десяток метров, то теперь универсальное устройство с уникальными, в том числе и инфракрасными, объективами просматривало клубящуюся субстанцию не далее чем на четыре-пять метров. Ко всему прочему, на экранах стали возникать помехи: передающие антенны не справлялись с такой плотной толщей Хохочущего тумана. На это первой обратила внимание Александра:

— Первые снежинки помех, сигнал приема вон как упал.

— Ничего, еще резерв есть.

Когда отметка погружения перевалила за пятьсот метров, видимость практически стала нулевой. Пришлось замедлить спуск до максимума и больше вслушиваться в передаваемые звуки, чем бесполезно всматриваться в зеленую мглу. На тех уровнях грохот, скрип, резкие щелчки и непонятные стоны раздавались, по показаниям приборов, с утроенной силой. И все это на фоне бормотания и искусственного хохота самого тумана навевало сознанию страшные и неприятные картинки.

— У меня такое впечатление, — графиня непроизвольно стала говорить тише, — что мы сейчас рассмотрим колонну невольников, которые под ударами бичей, словно бурлаки, тянут гигантские скрипучие телеги или ржаные вагонетки с камнями.

— Похоже, — согласился Торговец. И нехотя признался: — Хотя в моем представлении картина еще более непритязательная: словно тысячи прикованных к коловоротам людей вращают несколько десятков воротов. А уже от тех крутятся камнедробильные механизмы, превращая скалы в гравий.

— Брр! — Его супруга вздрогнула всем телом. — Неужели и в самом деле такое увидим?

— Да, хотелось бы ошибиться. Если вообще что-то удастся рассмотреть.

Ну и ближе к отметке в шестьсот метров пришлось менять формы исследований.

Помехи к тому времени стали настолько ощутимыми, что к экрану следовало присматриваться с резью в глазах, а звуки из динамиков перешли в сплошной хрип и щелканье. Пришлось дать команду на остановку и поменять задание для устройства. Команда там имелась на всякий случай: при полной утере связи — немедленно возвращаться на конус вулкана. Но сейчас приходилось рисковать хотя бы этим одним устройством. Пошла команда: в осторожном режиме спуска достичь твердой поверхности, автоматически исследовать там пространство в течение пяти минут и вновь подняться вверх до уровня устойчивой связи с поверхностью. Предел спуска был установлен тоже: полчаса времени или полтора километра.

Большего себе пока супруги позволить не могли.

Связь потерялась быстро — действуя в автоматическом режиме, разведчик позволил себе гораздо большую скорость спуска, чем когда его визуально вели люди. Так что те не успели еще обговорить дальнейшие перспективы и направления работы в случае сегодняшней неудачи, как связь вновь восстановилась и на поверхность отправился пакет информации. И в этом пакете, который тут же просмотрели, таилась новая загадка.

Вначале туман стал рассеиваться и видимость улучшилась. Потом снизу стало еще светлей. Ну и наконец устройство совершило посадку на прозрачное покрытие, глядя сквозь которое вниз можно было рассмотреть… белесые клубящиеся облака! Причем кое-где их пронизывали не слишком мощные солнечные лучики.

— Что это?! — поразилась Александра. — Неужели там, внизу, создано искусственное, обитаемое ядро со своим освещением и подогревом?

Отвечая, Дмитрий уже деловито и сноровисто готовил к отправке вниз сразу четыре устройства, в задачи которых входило собирать пробы, делать спектральный анализ и осуществлять более глубокую эхолокацию:

— Извини, дорогая, но твои фантазии уже ни в какие ворота не лезут. Если уж Торговцам или, пусть и самым выдающимся, ученым удалось сотворить некий мир, то делать его внутри какой-либо планеты — полный абсурд. Миров, пригодных для обитания людей, в моем представлении, неисчислимое множество. В том числе половина из них — необитаемы. То есть не заселены разумными существами. Еще столько же миров вообще никогда не отыщут, потому что на них нет привязок. Так что поверь, гораздо проще создать секретные лаборатории на одном из них, а то и прикрыть его для проникновения снаружи, как мир Кабаний или как вселенную Ситулгайна, которые я отыскал практически случайно, чем менять основы физического мира. Такие, например, как силы притяжения, сохранения энергии или законы гравитации.

— Но ведь ты и кокон вокруг Ситулгайна прошел, и в марево вокруг Кабаньего прорвался, — справедливо напомнила ему жена. — А значит, и все остальные смогут. А вот здесь…

— Именно! Стоит себе вот такой преогромный вулкан и только своим видом провоцирует любого путешественника: «Вот он я! Исследуй меня!» Так что здешний мир не сравнивай. А вот по остальным… Не хочу лишний раз хвастаться, но напомню. Не забыла, что сказал о возможностях его соотечественников-Торговцев Шу’эс Лав? Три собственных веса в переносе за собой — это уже предел даже для героев. Выходит, что я со своей силенкой проскакивал тамошние преграды, просто их не замечая.

Снаряжение и краткая диктовка заданий для других устройств не заняли много времени. И вот уже они довольно стремительно понеслись к поджидающему их на большой глубине собрату. Собрались в единую связку и продолжили спуск. Все пять экранов покрылись рябью помех, изображение исчезло. На этот раз надолго: теперь уже программа исследований задавалась обширной. Узнать, из чего покрытие, затем разлететься по дальним периметрам и рассмотреть, где и как это смотровое окно свода соприкасается со стенками самого вулкана, ну и по возможности определить, откуда именно в Бормоте появляется туман. Если удастся выяснить, откуда раздаются такие страшные и неприятные звуки, то тоже будет неплохо. Но на исполнении последнего задания Торговец не настаивал, уже после отправки устройств давая объяснения Александре:

— Не столь важно. Разве что где-то невдалеке, непосредственно в самом тумане, находится вторая каторга, о которой мы ничего не подозреваем.

— Но эти страшные стоны?!

— Скорее всего, и не страшные и не стоны, а только подтверждение моих прежних мыслей. По моим предположениям, там внизу — просто маленькое окошко-портал в иной мир. Когда-то давно, может, этого окошка там и не было, может, его вообще установили некие иные цивилизации, о которых даже вездесущий Крафа и полслова не слышал…