"Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Болдырева Наталья Анатольевна - Страница 1125

– Ладно, вот смотри… Вначале мне надо доставить пищевой белок Ситиньялло Подрикарчеру, тому самому больному Водоформу. Если он не излечится, то последствия от его развивающегося сумасшествия могут быть невероятными. Он попросту может раскалывать планеты и менять движение звезд, если почувствует свою силу. А если вдруг научится перемещаться между мирами, что в принципе для него раз плюнуть, то последствия таких визитов вообще непредсказуемы.

Власта согласно кивнула и тут же спросила:

– А уничтожить его никак нельзя? Ну там, бомбой ядерной?

– Боюсь, что нельзя… Мало того, если бы я мог, я бы сообщил о нем иным Водоформам, те бы его либо сами излечили, либо попросту уничтожили, что они и пытались сделать после рождения Ситиньялло. Но я, увы, не знаю даже приблизительно, где искать его соплеменников. Вот так-то… А теперь идем дальше…

И сам поразился, насколько длинным оказался список отложенных, но тем не менее архиважных и срочных дел.

Например, следовало спасти, вывести из кокона к солнцу мир Кабаний. Но сделать это не получится без допроса и склонения к сотрудничеству Купидона Азарова, бывшего злого узурпатора того мира, главного колдуна и главного дирижера событий. Пленник пока обретался в камне и терпел ужасные муки, по словам разумного кальмара, но такое крутое наказание наверняка в дальнейшем развяжет язык подлому старикашке. А узнать у него следовало очень много: и как забросить Хотриса в замок Свинг Реальностей, и как избавиться от вездесущего фиолетового тумана в Кабаньем, и где хранятся книги, отысканные злым колдуном во время раскопок, и многое-многое другое.

Другой пример: события на Земле. Как бы талантливо выпускники академии высшего целительства ни курировали новое движение, следовало срочно наведаться туда солидной командой соратников, друзей, а то и военных и проконтролировать, сгладить, улучшить ситуацию. Только по краткому отчету Александры становилось понятно: задуманное преобразование менталитета землян не пройдет без сучка и задоринки. Перекосы имеют место и могут дать осложнения в виде войн, а то и с применением ядерного оружия.

В мире Гинвейл цвет рыцарства готов изрубить друг друга в капусту, потому что им некуда девать свою дурную силушку.

Даже в таком техническом раю, как Ситулгайн, к власти пришли некие идиоты, намеревавшиеся насадить свободным народам военную диктатуру. Там Торговец собирался спасти из тюрьмы не только своих друзей и компаньонов по бизнесу, но и отыскать тех умников, которые выдумали карту польеди, запрещающую незарегистрированное перемещение телепортами.

Плюс Пал Палыча найти и Каралюха! Отомстить за попытки уничтожения Сашеньки и молодых целителей Земли.

Плюс Бормот стал выбрасывать клубы дыма на столицу Юга. Гражданская война, жалобы молодого императора на Торговца. Пора и ему укоротить руки, а то и все тело на голову.

– Мало того! В мире Шелестящего Песка, а вернее, на его обломках доживают горстки уникальных разумных кальмаров. Наш друг Прусвет не простит, если мы не окажем помощь его вымирающему роду… – Немного подумал и в озарении воскликнул: – О! А вот Прусвета я, пожалуй, возьму с собой. Пусть проветрится в новом мире от угара Хохочущего тумана. Если он, конечно, здоров до такой степени… Ну все, малыш, мне пора, иди к мамочке…

Он передал крестника в руки королевы и попрощался с ними, чмокнув в подставленные щеки как мать, так и ребенка.

Оказалось, что Прусвет все-таки болен. Разумный кальмар соорудил для себя некий магический раствор в лаборатории башни и, погрузившись в него, пытался восстановить нормальное дыхание и вернуть себе привычный оптимизм. Вначале он выставил из раствора только часть лысой головы с ушами и глазами. Но когда услышал от Светозарова, куда и зачем отправляется его боевой товарищ, тут же выскочил из раствора:

– Я с тобой! Иначе еще больше разболеюсь тут. А что еще кашель странный прорывается, так это ерунда, при острой необходимости я его могу сдерживать. Прыгаем?

– Ну ладно, – не стал Дмитрий спорить. – Держись за меня крепче!

И в следующие моменты, сопровождаемые громовыми раскатами, они покинули мир Ягонов.

Глава четвертая

Тонкий лед

Ориентиры оказались правильными, и чувство направления вывело Дмитрия Светозарова в новый, никогда им еще не исследованный мир. Причем в зиму, в дикую и плотную снежную бурю. Хорошо, что еще было светлое время суток, когда хоть что-то просматривалось за огромными хлопьями снега, и ночная темень не давила на психику.

Торговец совершил выход в новом мире не как обычно. Хоть и был готов ко всяким неожиданностям, а вот сразу ускоритель не задействовал, и упал с высоты. Благо что глубокий сугроб смягчил удар ногами о грунт.

Прусвет отцепился при падении и, как и Дмитрий, осматривался. Снег залепил Светозарову ноздри, уши и глаза, а холод устремился за шиворот. Пришлось набросить капюшон и загерметизировать прозрачный щиток.

Усиленный против обычного слух ничего не дал. Кроме завывания ветра – никаких звуков. Зрение новой информации тоже не добавило. Путешественники находились прямо в центре отлично просматриваемого прохода между мирами. Снег не лежал ровным толстым слоем, его крутило, развевало ветром, и между сугробами просматривался темный грунт.

– Ну что, дружище, – обратился Дмитрий к разумному кальмару, – куда это мы с тобой влипли?

– Понятия не имею! – отозвался тот. – Я сквозь камень вижу, а вот сквозь снег – нет.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что темнеет между сугробами вовсе и не грунт, а ровное покрытие из красных кирпичей. Опустившись на колено и приложив руку к кирпичу, граф Дин послал импульс вниз, сканируя толщу покрытия. Оказалось, что весьма солидно все здесь устроено: песочная подушка в два дециметра, столько же – утрамбованный гравий, а потом еще и пятнадцать сантиметров прочного бетона. Ну и сверху, видимо для красоты, уложен не просто обожженный, а каленый кирпич.

«Ага! Значит, я на дороге? – попытался сообразить Дмитрий, заодно припоминая мелькнувшую на периферии сознания картинку из памяти развоплощенного плагри; там вроде на дальнем плане просматривались какие-то строения. – Или на площади…»

Он направился вперед, ступил на снег. Кальмар последовал за ним. Но не пройдя и двадцати метров, Торговец провалился, да так и замер, погрузившись по грудь.

– Твою папуаса гирлянду! – воскликнул он. – Куда это я влип?.. О! Никак трубы под ногами?.. А вот фонтана я не помню… Значит, и в самом деле площадь? Да еще и самый центр?

– Не пойму, ты нащупываешь или гадаешь? – проворчал ему прямо в капюшон возле уха Прусвет.

Человек не удостоил его ответом. Присмотрелся к кромке льда и по его небольшой толщине понял, что мороз сюда вместе со снежным бураном рухнул недавно.

Ну что ж, бывает и такое! Как говорится, у природы нет плохой погоды, а чтоб ее, такую благодать! Если вокруг город, то его обитатели сидят сейчас по домам. Кто ж в такую погоду будет гулять по площади да предупреждать свалившихся с неба странников о неприкрытом и ничем не огражденном фонтане!

«Ну что ж, коль никто не спешит к нам с паспортным контролем, придется самим поискать представителя местной власти. Надеюсь, горожане не откажут нам в толике тепла и в кусочке нужной информации…»

Приняв такое решение, граф Дин задействовал ускоритель, плавно взлетел из провала и медленно двинулся по ветру – так было комфортнее, да и ощущение создавалось, словно летишь под парусом.

Ветер оказался сильным, темень стены надвинулась как-то слишком резко. Светозаров успел затормозить и повис возле двухэтажного строения.

В стене, с которой местами осыпалась штукатурка, чернели проемы окон. Крыша заметно провисала. Светозаров полетел вдоль стены, светя в окна мощным фонарем. Везде было одно и то же: полная разруха. Ощутивший себя в своей стихии кальмар пронзил стены и подтвердил: жизни в доме нет. У Дмитрия создалось такое впечатление, что некто скрупулезно посылал в каждое окно по две-три гранаты, стараясь уничтожить не только обитателей дома, но и мебель. Ни остатков тел, ни костей. Только обломки. Небольшие подвальные окна тоже были выбиты, как и входная дверь. А для зачистки холла, видимо, не пожалели и пяти гранат, настолько там все было перемолото.