"Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Болдырева Наталья Анатольевна - Страница 1082

– Смотря какую, – без всякой охоты отозвался граф. Ему хотелось посидеть в полной тишине и прислушаться: не раздадутся ли новые отголоски взрывов.

– Самую актуальную. – Крафа уселся как можно удобнее, вытянул ноги вперед и только после этого продолжил тоном лектора: – Тема: «Почему в данном горном массиве нет ни одного створа?» И сразу дам свои предварительные выводы: мне кажется, что во всем виноваты уникальные составы местной породы. Я хорошо разбираюсь в геологии и большинство минералов, руд и сплавов определяю чуть ли не на ощупь. Поэтому готов утверждать, что здесь имеется некий состав, уничтожающий стыки между мирами и переходы в межмирское пространство. Если ты хоть что-то понимаешь в геологии или имеешь другие гипотезы, присоединяйся к диспуту.

В повисшей глухой тишине ничего похожего на взрывы и вибрацию не ощущалось, да и с другой стороны, нежелательно, чтобы враг догадался о возможной помощи, поэтому Светозаров согласился:

– В геологии я тоже разбираюсь нормально. Только почему ты считаешь виновником именно состав породы? Вдруг здесь искусственная аномалия? Созданная теми, кто оставил письма-послания?

Прения по теме были открыты.

Глава двадцать вторая

ВЫПАДАНИЕ ИЗ СТРОЯ

Елена никак не могла понять, почему невестка так настроена против нее, вернее, против ее участия в спасательной операции. Ведь по собственным ощущениям и понятиям она стала настолько сильной, умелой и разносторонне развитой, что, кажется, могла бы теперь уничтожить своих похитителей собственными руками. Не используя при этом даже оружие. А уж с оружием, да тем, которое сейчас при ней, она могла бы справиться с целой армией негодяев.

А если прибавить к этому комплекту знаний, умений и экипировки еще и Вихря, то недавняя рабыня сама себе казалась самой непобедимой и самой независимой воительницей во всех вселенных. На фоне этого самолюбования даже сильные чувства к Курту как-то меркли и теряли яркость. Хотелось и ему, и всему миру вначале доказать, какая она стала отважная, ценная и незаменимая. А тут Шура ее поставила на место, куда обычно определяют самых несмышленых новичков. Обидно! Но! Все-таки в операции участвует, да еще и вместе с красавцем пегасом.

И теперь можно посмотреть, кому повезет больше!

Елене страстно хотелось и брата спасти, и подлого Крафу пленить. А что?! Мощнейший парализатор при ней, оружия хоть отбавляй, да и заплечные ускорители позволят пролететь даже в таком месте, куда Вихрь не протиснется из-за своих внушительных габаритов. Осталось только внимательно всматриваться вниз, чтобы сразу заметить любое существо, неосторожно выбравшееся под палящие лучи сразу трех солнышек.

«Хотя какие они палящие? – удивлялась женщина, присматриваясь к показаниям забортной температуры на своем забрале. – Греют только, да и красиво как!.. О! Семьдесят шесть градусов! Ну вот, даже такая надежная техника порой подводит. Или это мне из-за сюртука не верится? Вихрь! – мысленно прокричала она, когда хотела, чтобы летающий конь ее услышал. – Тебе не жарко? Может, хочешь в тень?!»

Пегас на лету чуть повернул голову, покосился на наездницу глазом и единым образом, словно в одном слове, послал сообщение:

«Мне хорошо. Полет прекрасен. Я люблю высоту. Я люблю тебя. Не беспокойся».

Из чего так и не прояснилась истинная забортная температура. Но Елена все-таки благоразумно воздержалась от желания чуть приоткрыть забрало или снять с руки перчатку. Не хотелось собственным телом проверять истинность неисправных показаний.

Как раз пошел очередной обмен мнений между тремя спасателями, находящимися в недрах. Помех не было, особых трудностей – тоже, так что Елене, рассекающей в высоте на крылатом красавце, стало опять скучно:

«Ну вот, все чем-то заняты, а меня опять оттерли на десятые роли. А ведь как я помогала той же Шуре, стоя на Тропе и уводя кайреги в их мир. Тогда она на меня чуть ли не молилась, так радовалась помощи. А сейчас за все время только два раза спросила, что я тут вижу. А что тут увидишь? Все те же унылые горы и бесцветные ущелья. Ни одной зеленой точки куста, ни одной травинки. Как все выжгло, однако! Может, и в самом деле там везде эти семьдесят шесть градусов выше ноля?»

За последний месяц своего интенсивного существования Елена выучила и узнала столько, что вся предыдущая жизнь ей показалась только первым уроком. А использование магической силы во время приобретения знаний и развития навыков могло заставить человека и более скромного, чем она, возомнить о себе бог весть что. Знания и умения переполняли женщину с головой, а вот осознание своего места, чувство дисциплины и высочайшей ответственности ей привить не успели. Так что последующий диалог с пегасом можно было приписать скорее ветреной девчонке, чем зрелой женщине, которой тридцать четыре года.

«Вихрь! А у тебя сильное зрение?»

Все ответы летающего красавца умещались в один миг, но раскладывались на много предложений:

«Я вижу все. Мое зрение различает каждый камешек в пределах видимости. Я не просто вижу. Я чувствую пространство».

«Ой, как здорово! Ну а если вдруг внизу появится мой брат Дима, ты его увидишь? Ты его узнаешь?»

«Обязательно. Не сомневайся. Дима спас мою мать. Я его люблю. Он мне знаком, как и ты. Я понимаю, что вы – от одной матери».

«А ты понимаешь, что мы сюда его прибыли искать? Он в этих горах потерялся».

«Понимаю. Смотрю. Ищу. Буду рад его увидеть».

«А если мы по очереди залетим в самые большие пещеры и осмотримся внутри?»

«Как скажешь. Решать тебе. Можем залетать, можем осматривать».

«Ой, Вихрь! Ты просто прелесть! Ты самый красивый и самый сильный пегас во всех вселенных! Я так рада, что мы с тобой дружим! Давай начнем проверять вон с той огромной пещеры».

В некотором роде летающий конь оказался даже умнее восторженной и взбалмошной женщины:

«Интимная подруга Димы будет волноваться. Твои друзья нас потеряют. Ты их перестанешь слышать. Они тебя тоже не услышат».

«Ничего страшного. Это ведь будет лишь в тот момент, пока мы будем осматриваться в пещере. Отбрось сомнения, мой верный друг! Вперед! Мы должны отыскать Диму первыми!»

Если бы пегас показал себя озадаченным, как человек, он бы почесал себе голову крылом. Но так как подобные жесты ему природой не предусматривались, а мыслительного статуса из-за крайней юности для спора или дискуссии с человеком не хватало, он решил довериться подруге и выполнить ее просьбу. И сразу же в плавном вираже стал снижаться к могучим вершинам.

Только хорошо видимых пещер просматривалось с избытком, так что разнообразия действий могло хватить надолго. Все-таки так намного интересней вести поиски, ныряя вниз и взмывая в небо, чем, нарезая огромные круги, патрулировать над одним и тем же участком. Вот летающее чудо и вошло в азарт: на огромной скорости неслось к очередному темнеющему зеву и под восхищенное попискивание наездницы, успев рассмотреть внутренности своим многопрофильным зрением, влетало в пещеру. Если была возможность, делал там парочку рискованных пируэтов, от которых Елена визжала с восторгом и прижималась всем телом к гриве. Если внутри пещеры было тесновато, Вихрь просто приземлялся, разворачивался обычным способом и вновь устремлялся наружу.

В некоторых пещерах было жарко до невозможности. В некоторых царила сравнительная прохлада. И именно в последних Вихрь стал делать короткую, но обязательную остановку. Хоть он и обладал умением защищать себя от высоких температур, но пребывание в прохладе позволяло хоть немного отдохнуть и восстановить запас собственных сил естественным образом. Когда в тебя не бьют лучи сразу трех горячих светил, гораздо приятнее просто пройтись копытами, чем непрестанно махать крыльями на постоянной жаре.

Вот пегас и прохаживался, а уже успокоившаяся Елена со всем тщанием пыталась высмотреть любые признаки жизни в наиболее темных углах. Один раз по совпадению, как раз на перелете, в наушниках раздался очередной вопрос Александры: