Мунсайд - Сафо Марк - Страница 71

Оставался один вариант, не самый лучший и не самый достоверный: Кави. Он знал, как из этого выпутаться, поэтому и спрятал себя таким образом. Оставил ли он мне подсказки или способ связаться с ним? Я не понимала. Кто враг? Кто друг? Наверняка кто-то из демонов на стороне Общества лунатиков.

Каспий сидел на кухне. Ему нужно было спрятаться от гончих, отвратных существ, похожих на борзых. Вот только глаза у них горели пламенем, а острые зубы в два ряда обеспечивали адские муки, да и ростом они были чуть меньше медведя. Наказание за побег из тюрьмы. Гончие шли по его следам. У Каспия были остатки морока от Хейзер и какой-то план, который он решил выполнить под шумок. Он должен был обеспечить ему покровительство Барона Субботы, что означало почти неприкосновенность. В подробности Каспий меня не посвящал.

Он лениво раскачивался на стуле, пока Элиза подшивала платье и вертелась рядом.

– Может, рукав в три четверти? – спросила я у нее. Для идиллии не хватало лишь братца-призрака. Вот семейка! Призрак, зомби и инкуб… Ну и я, почти человек. – А то как-то совсем официально.

– Фату не забудь, – вякнул Каспий, посмеиваясь.

– Да пошел ты. – Элиза выпучила глаза от моей грубости, но промолчала. – Тебе не грустно, что не идешь на выпускной?

– Я в этом теле еще лет двадцать буду, могу устроить себе три выпускных.

– Но ни одного со мной.

– Ага. Мечта каждого парня – пойти на выпускной с тетей.

Я злобно шикнула на него.

– Каспий, не напоминай об этом.

– А по-моему, очень смешно.

– Да, особенно когда… – Он округлил глаза, умоляя меня заткнуться. Да, лучше было не говорить об этом при матери. Но когда-нибудь придется. Раз он заранее все знал, то зачем полез ко мне не с самыми целомудренными поцелуями? Боже, какая мерзость!

– Ивейн, не дергайся.

– А ты успеешь до вечера? А то у меня ни одного платья, придется идти в джинсах.

– Тут работы всего ничего. Конечно, успею.

– Можешь позвонить Кристе и что-нибудь одолжить, – предложил Каспий.

– Формы не те. Кстати, а кем она мне приходится тогда?

Каспий что-то задумчиво промычал, пялясь в потолок. Эльза попросила развернуться и вновь задела меня булавкой. Было время завтрака. Выпускной в восемь вечера. Неужели она успеет?

Хейзер была одержима выпускным, как и любая нормальная девчонка. Для меня это был шанс проветриться, но особого энтузиазма я не испытывала. Был выдуманный пансионат, до этого – домашнее обучение, по-настоящему я отучилась в «Доктрине» с месяц.

– Я тебе расскажу кое-что, – произнес Каспий, когда Эльза сказала, что все готово. Я попыталась аккуратно снять платье, но остановилась на полпути, бросив на Каспия взгляд. – Ой, да ладно тебе, я же твой племянник.

Звучало как приговор.

– Давай я тебе помогу, – предложила мама, аккуратно подцепив платье за плечи. Булавки легонько царапали тело, я едва выбралась из плена белого ситца и тут же схватилась за футболку и надела на себя. Каспий сделал вид, что ему крайне интересно рассматривать кружку.

– Что расскажешь? – спросила я, запрыгивая в джинсы и садясь напротив, где уже остывал мой кофе. Интересно, что Элиза сделала с Големом? Просто отмыла ванну?

Зачем я об этом вспомнила? Кажется, меня вечно будут мучить кошмары. Мое первое убийство. Убийство невинного существа.

– Тебе, наверное, интересно, как я такой получился. – Он заправил прядь моих волос за ухо, и я почувствовала, как румянец приливает к щекам. Между нами застыла неловкость, которую мы всячески пытались игнорировать. Возможно, это испытывала только я. Каспий всегда ловко умел прятать эмоции.

– Пестики и тычинки, что ли?

– Нет, – рассмеялся он. – Ты же знаешь, инкубы и суккубы не могут иметь детей.

– Ага. – Я сделала глоток жгучей и крепкой темной жижи, заваренной на дешевом порошке, который таился в глубинах шкафов. Моей маме не нужно было есть, как и Каспию, у меня же аппетит проснулся впервые за долгое время, но в доме почти ничего не было, кроме старых запасов консервов, каких-то макарон и прочего. Наверное, еще с тех времен, когда Вольфганг был жив.

– Тебе будет неприятно это слышать, но, возможно, поможет…

Я нахмурилась. Знал бы он, как мне тяжело было делать вид, будто все нормально, будто сегодня очередной радостный день, когда я постоянно натыкалась на болезненные воспоминания. Мое сознание превратилось в минное поле. Стало физически сложно концентрироваться на чем-то одном. Так много проблем и ни одного решения.

– В общем, – слова давались Каспию с трудом, – какое-то время по Мунсайду ползли слухи, что истинный наследник – Вольфганг.

Я вздернула брови.

– Да, звучит как бред, но кто-то в это действительно верил, и среди них была Криста.

Еще один низкий демон, который захотел протекции Лавстейнов.

– Но это не отменяет демонической физиологии, – намекнула я Каспию.

– Да, но… кое-кто может это изменить.

В голове тут же всплыли культы плодородия и семьи. Обратиться с проблемой бесплодия можно было даже к ведьмам, но вряд ли им хватило бы сил изменить натуру суккуба.

– Лилит, – ответил на мой немой вопрос Каспий, и я ударила по столу от досады, что сама не догадалась.

Лилит. Темная мать. Возможно, одна из самых сильных женщин-демонов, которая была заперта в доме вместе с Асмодеем и Самаэлем. Прародительница всех демонов пошла против закона и попала в заточение, чтобы появился Каспий. Вот только зачем?

Догадка пришла в голову неожиданно, будто резкий удар по затылку.

– Ты моя замена?

Каспий оскалился и пожал плечами. Уоррен все-таки был прав отчасти.

– Полукровка. Демон и Лавстейн в одной оболочке. Это была идея Трикстера.

– Но Трикстер должен был знать, что Вольфганг – бастард! А-а-а, опять обманул.

– Не совсем. Он рассчитывал, что кровь, близкая к наследнику, сможет помочь, но нет, из меня не вышел новый адепт.

– Если бы удалось, ты стал бы не адептом… А королем. Единоправным.

Во взгляде Каспия явно читалось все, что он думал по этому поводу, и у меня даже немного отлегло от сердца.

Я поняла еще кое-что. Если бы у них получилось, если бы Вольфганг был истинным Лавстейном, меня бы не было в живых.

– Сколько тебе лет? – неожиданно вспомнила я. Вольфганг был старше меня на десять лет. Каспий должен был быть младше меня на шесть минимум.

– Намного меньше, чем выгляжу. Я быстро вырос. Слишком.

Сила досталась бы мне как первенцу. Когда брат шел против брата, что случалось нередко в нашей семье, это сопровождалось стихийным бедствием или иной катастрофой, почти всегда сильным скачком магии.

И Вольфганг, наверное, знал это.

– Ты… общался с моим братом? – выдавила я из себя и заметила, как Каспий сжался.

– Я видел его три раза за всю жизнь. – В его голосе смешались грусть и злоба. – Криста держала меня подальше. Да и он не горел желанием.

– Была обижена за обман?

– Она не хотела ребенка, это противоречит нашей природе, она мечтала о безбедной жизни. Тем более что такое сильное заклятье не может пройти незаметно. – Он постучал по виску, явно намекая на то, что я заметила лишь вскользь: отпечаток безумия, таившийся в Кристе за ее красотой.

Еще день назад я могла взять Каспия за руку или хотя бы положить ладонь ему на плечо. Но сейчас я неподвижно сидела и наблюдала за ним, готовая в любой момент отвести взгляд.

– Мне нужно собираться.

Забавно. Наше родство отдалило нас друг от друга.

– Повеселись там за меня тоже. – Каспий попытался ободряюще улыбнуться и скрыть тоску. Его ждали адские гончие, суд и, скорее всего, заточение. Что ждало меня? Выпускной, одноклассники, фотографии, цветочки, воздушные шарики, разговоры о будущем, которое меня никогда не коснется.

Его тюрьма – этот дом. Моя тюрьма – весь город, который пытался меня сожрать.

Чутье вело его сюда. Даже не чутье, а жажда, переросшая в маниакальное нездоровое желание. Так наркоман рылся в целлофановом пакетике в поисках последних ничтожных крошек белого порошка. Он прекрасно знал это чувство, когда необходимость была сильнее отвращения к себе.