"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1576

Ник умолк и криво улыбнулся, продолжая смотреть куда-то мимо меня. В прошлое.

– Тогда ты решил больше со мной не общаться, – напомнила я.

– Да, – вздохнул он. – Кроме того, мне очень не понравилось то состояние неконтролируемой ярости, кипящей в крови. Осмотрев, что натворил, я захотел научиться владеть собой. Осознал, как важно уметь сдерживаться и быть рациональным. В общем, тогда я вышел из парка, и моя жизнь продолжилась, но стала совсем другой. Понадобилось время, чтобы приучить себя к контролю и дисциплине. Но даже сейчас эмоции иногда берут верх. Тогда я спускаюсь в Разлом для участия в боях.

– А как планируешь избавляться от эмоций в столице? – поинтересовалась я, сложив руки на груди.

– Придумаю, – пожал плечами Ник и, усмехнувшись, добавил: – Я находчивый.

Блайк посмотрел на меня, и горькая улыбка сползла с его губ. Он стал необычайно серьезен, когда продолжил говорить:

– Если быть совсем откровенным, я рассчитывал, что вдали от тебя это пройдет. Что мне не придется столько копить и прятать в себе. Я думал, если ты останешься в прошлом, то все слабости тут же улетучатся. Мне почти удалось поверить в это.

– О чем речь? – нахмурилась я. – Говори яснее.

– О том, что был влюблен в тебя, разумеется, – ответил Ник, не сводя с меня потемневшего взгляда. – Но думал, что все прошло. За последние полгода я почти перестал следить за тобой, поставив в приоритеты учебу и будущее. Я позволил отцу и деду решить, где буду жить и чем заниматься. С головой ушел в планирование карьеры. Изматывал себя так, что времени на эмоции просто не оставалось.

– А невеста? – хрипло спросила я.

– Стеф? – Ник пожал плечами. – Мне было все равно, кто рядом. Отец сказал, что она – подходящая партия, а мать выбрала кольцо и подготовила ужин в честь помолвки. Стефания сказала мне тогда, что будет рада такому союзу, я ответил: «Разумеется». На том и порешили.

– А как же чувства? – покачала головой я.

– Чувства? Ты о любви? – Ник откинул голову назад и посмотрел в небо. – Я боялся ее, как чумы. Месяц за месяцем избавляясь от болезненной привязанности к тебе, больше не хотел рецидива. Так что Стефания – полная твоя противоположность внешне и по характеру – подходила идеально.

– Говоришь страшные вещи, – тихо заметила я. – Сравниваешь любовь ко мне с болезнью.

Ник расхохотался, и в этом смехе не было и капли веселья. От него по телу бежали мурашки.

– Тайлер, когда не можешь быть с дорогим человеком, это больно, – сказал Ник, успокоившись и посмотрев на меня. – А если ты еще и сам оттолкнул его, и точно знаешь, что возврата нет… Пф-ф… Я ведь следил за тобой, узнавал, как ты, с кем, ревновал и злился на себя за эту слабость. Потом вроде бы стало легче. И вот тогда я решил, что меня отпустило. Сейчас понимаю, как сильно обманулся. И снова сижу у дракона в ногах.

– Если продолжишь сидеть там, отморозишь себе почки и то, что пониже, – раздраженно заметила я, уходя чуть в сторону. – Иди сюда, о великий страдалец. На скамье будет удобней рассказывать, как ты сам оттолкнул меня, а потом не мог забыть.

Ник усмехнулся, поднялся, отряхнул брюки и догнал меня. Мы сели рядом, глядя прямо перед собой. Я хотела на него накричать. Или ударить. Или встать и сбежать. Но вместо всего этого положила голову ему на плечо и подтолкнула к продолжению разговора:

– Итак? Закончишь свой рассказ?

Ник осторожно обнял меня, потерся носом о макушку и ответил:

– Как ты знаешь, я слегка перестарался в борьбе с эмоциями. Так что даже Стефания, в принципе готовая на брак по расчету, решила сбежать. Конечно, я не думал, что ей кто-то позволит отказаться от свадьбы, но решил ускорить процесс примирения. Сейчас ты будешь злиться, но я должен рассказать все, как есть. Чтобы ты понимала. Это была идея Катарины Воттер – притвориться парой.

– Что? – Я отпрянула от Ника, гневно уставившись в его наглое спокойное лицо.

– Она проиграла спор и обязана была найти себе парня за день, – кивнул Ник, повернувшись ко мне, и заговорил быстрее: – Катарина предложила мне притвориться, чтобы вызвать ревность Стефании. Самой Воттер требовалось выиграть сделку. В общем, изображать пару мы не смогли. Притворяться влюбленным я, прямо скажем, разучился. В итоге Катарина отказалась от сделки. А мне подала идею завести отношения с другой девушкой, более эксцентричной и заметной, способной вызвать эмоции. И, конечно, я подумал о тебе. Решил, что это будет проверкой. Докажу себе, что ничего больше не чувствую. И получу доказательства, что ты ко мне по-прежнему равнодушна. Поставлю точку в прошлом.

– Ты просто ужасен! – выпалила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы обиды.

– Знаю. Я натворил дел, – кивнул Ник. – Но не собирался причинять тебе боль. Наоборот. Я собирался помочь тебе, поддержать и… Хверс знает, что я несу!

Он с силой провел по лицу ладонью, мотнул головой и продолжил:

– Тайлер, я думал, назад пути нет. Думал, ты ко мне ничего не испытываешь. И хотел увидеть это, испытать на себе. Чтобы отпустить прошлое до конца. Мне и в голову не приходило, что у тебя тоже были чувства.

– Кто это тебе сказал, что у меня что-то было, есть или будет?! – разозлилась я. По щеке скатилась слеза, которую я тут же быстро смахнула.

Ник выставил вперед ладони, заговорил:

– Хорошо-хорошо. Ты равнодушна ко мне, как никогда. Пусть. Но я к тебе – нет. И понял это сразу, хотя не сразу смог признать. Все, что хочу сказать сейчас, – я не женюсь на Стефании ни при каких обстоятельствах. Ни на ком, кроме тебя.

– А я не собираюсь замуж! – припечатала я.

– Значит, останусь холостяком, вечно волочащимся за прекрасной равнодушной некроманткой, – заключил Ник, разведя руки в стороны. – Будет мне уроком. Мои чувства никуда не делись, Тай. Они стали только сильнее и очевидней. Я влюблен в тебя по уши. И ни одна другая девушка не сможет изменить этого.

– Прекрасно, но ты сказал, что не жалеешь о решении, принятом два года назад, – напомнила я. – Тогда я сходила с ума и не понимала, за что? Почему все так повернулось? А сейчас ты так просто говоришь, что все это время любил меня, но старался забыть и так было нужно! Почему? Что все это значит, ответь! Тебя заставила родня? Так ведь?

– Тайлер, мои родители, безусловно, сыграли свою роль, но, как я уже говорил, не они приняли решение. – Он грустно улыбнулся.

И я отвернулась. Иначе расплакалась бы, показав, как мне больно от услышанного. Значит, он сам решил. Сам.

– Тайлер, дослушай, – попросил Ник, схватив меня за руку и сжав похолодевшие пальцы. – Нужно начать с самого важного. Два года назад я не нашел слов и смелости, чтобы сказать одну простую вещь, сильно усложняющую все вокруг. Я не мог признаться в том, что дружба переросла в нечто большее. Слова застревали в горле, и все. Мне понадобилось много времени, чтобы понять – это совсем не сложно. А тогда не спал ночами, соображая, как же произнести три слова, глядя тебе в глаза. Кроме того, я сомневался, чувствуешь ли ты то же самое? Оставался риск стать посмешищем. Я мучился, был просто другом и не понимал, как себя вести дальше. В итоге, когда уже был на грани, решил посоветоваться с тем, кому доверял.

Он умолк. Я резко обернулась, готовясь услышать имя. Кто? Кто дал ему совет отказаться от меня?

– Я ездил к твоему отцу, – тихо сказал Блайк. – Мы говорили недолго, но за это время я получил серьезную пищу для размышлений.

– Что он сказал? – наконец прошептала я, до конца не веря в услышанное. Мой папа? Нет, он бы никогда… Он бы не стал… – Наверняка, ты все не так понял.

Ник покачал головой, не желая отвечать.

– Поеду домой и все узнаю сама, – сказала я.

Ник дернулся, растрепал свою прическу пятерней, отвернулся, уставившись на памятник дракону.

– Говори, – потребовала я. – Раз уж начал. Что сказал мой отец?

– Правду, – выдохнул Николас. – Он сказал, что я из очень непростой семьи, где все возлагают на меня большие надежды. И, если ты ответишь мне взаимностью, то лучше от этого точно не станет. Мы учились на третьем курсе: не приспособленные к жизни, молодые, ничего еще не умеющие и не понимающие. Горячие головы. Если бы отношения переросли во что-то более серьезное (а они бы переросли), нам пришлось бы противостоять моей семье. Твой отец проходил это все вместе с твоей мамой, Тайлер. Конечно, они выкрутились и ни о чем не жалеют, но чего им это стоило? Он прямо сказал, что не желает своей девочке подобной судьбы. Ты и без того лишена родни со стороны отца, не желающей принять внучку-полукровку. Без меня перед тобой открыты все пути, а окажись мы парой, моя родня примется давить и «тянуть за ниточки», чтобы наказать за самоуправство. Они всегда желали для меня союза с «правильной» девушкой и никогда этого не скрывали, потому не смогли бы легко отказаться от своих принципов. А ты заслуживаешь, чтобы тебя ценили, Тайлер. Ты красивая, умная, талантливая и находчивая, с креативным мышлением, сильным уровнем дара и большими мечтами. Я не имел права ставить тебя перед таким выбором и втягивать во все это. Твой отец попросил меня оценить ситуацию его глазами и дал право выбора: или продолжить дружить до окончания академии, или отказаться от дружбы и дать тебе жить без давления со стороны. Оставаться другом я больше не мог, а предложив встречаться, сделал бы хуже.