"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1347

– На венок.

– На чью могилку надумала возложить?

– Повесить на дверь. – Мне с трудом удалось сдержать смешок. – Рассчитываю, что он будет тебя отпугивать.

– План необычный, но провальный, – с фальшивым сожалением цокнул языком Закари. – Я не боюсь ни божественных знаков, ни осиновых кольев, ни еловых венков.

– Странно, – протянула я. – Эмбер утверждает, что венок отпугивает беды. Если подумать, пока он висел, ты ни разу не появился в нашей комнате.

– Просто нас с тобой не хотели поженить, – заметил он.

– Кстати, о женитьбе…

– Суровый февраль, только не говори, что ты передумала и решила стать госпожой Торстен, – пошутил Закари. – Место для дурной новости ты выбрала правильное, но время неподходящее. Я тут из себя хорошего парня строю, дай морально подготовиться.

– Ты лелеешь свое самомнение, – отозвалась я.

– Но ты простишь мне эту маленькую слабость? – хмыкнул он.

– Естественно! Ты же пришел со мной на кладбище воровать елки, – подколола я. – Но мы должны договориться о правилах, по которым дальше будем изображать любовь. Даже если через седмицу скажем родителям, что расстались, я больше не хочу никаких сюрпризов. Ты сегодня попробовал, мне не понравилось.

– Я заметил, – отозвался он.

– И не смей говорить, что сожалеешь из-за Айка! – быстро предупредила я.

Закари вдруг резко остановился и, щелкнув пальцами, снова зажег огонек. Пламя внезапно отразилось в его темных глазах и раскрасило лицо глубокими тенями.

– Сожалеть? – переспросил он. – Это вроде того, что девушка позорится, а стыдно ее подружке рядом? У меня нет привычки сожалеть о чужой глупости, Варлок.

– Понятно, но это никак не отменяет личных границ, Торстен. – Я дунула на его горящие пальцы, как на свечу. Пламя дрогнуло и постепенно, дразнясь, затухло. – Давай договоримся: никаких близких контактов на людях.

– Что, по-твоему, близость, суровый февраль? Это близкий контакт?

Внезапно он сжал мою руку, словно доказывая, что для него выражение «личные границы» – совершенно бессмысленная тарабарщина, просто пустой набор звуков, но замерзшие в осеннем холоде пальцы оказались окутаны горячим теплом.

Я высвободилась.

– Весьма.

– А взять за локоть? – Закари действительно мягко сжал мой локоть, и тепло от его ладони проникло даже через плотный кожаный рукав. – Близкий контакт?

– Торстен, не нарывайся на светлую благодать, – от души посоветовала я. – Иначе позавидуешь умертвиям.

– За плечи, конечно, обнимать нельзя, если я не хочу завидовать умертвиям, – резюмировал он. – Насколько близко я могу подойди? Так?

Закари сделал шаг, фактически прижавшись ко мне грудью.

– Слишком близко, – резковато ответила я, вдруг осознав, что ощущаю запах его ледяного, как морозный зимний воздух, одеколона.

Не сопротивляясь, Торстен немедленно отступил, оставив мне тающий тонкий аромат.

– Личные границы соблюдены? – уточнил с иронией в голосе он.

– Да, – согласилась я. – Без прикосновений! И не смей меня целовать. Больше никогда!

– Только если попросишь, – улыбнулся он сквозь темноту.

– Торстен… – предупреждающе процедила я.

Надеюсь, он услышал намек, что не стоит сейчас пробуждать в себе отменного недоумка, иначе поход за еловыми ветвями закончится тем, что кто-то окажется похоронен рядом с четвертым ректором, а поверху этими сами ветвями прикрыт. И это буду не я.

– Обещаю, что соглашусь только с третьего раза, – хмыкнул Закари. – Что-то еще, мрачный февраль?

– У меня все, – призналась я и спросила исключительно из чувства справедливости, а не из большого желания: – Ты хочешь что-нибудь добавить?

– Ага, – согласился он. – Улыбайся, когда мы встречаемся на людях.

– Тогда все решат, что мы друзья.

– Разве не в этом смысл? – хмыкнул Закари.

Внезапно из темноты донесся испуганный голос:

– Дорогие товарищи, вы там? Я слышу, как кто-то разговаривает! Мне очень неловко к вам обращаться, но, пожалуйста, спасите меня…

Мы примолкли и переглянулись сквозь темноту. Тихий ветер тревожно шептался в опавшей сухой листве.

– Ты слышал? – спросила я. – Откуда сейчас сказали?

– Из могилы! – жалобно провыли в ответ. – Пожалуйста, добрые люди, вытащите меня!

Похоже, некроманты сегодня не просто выкапывали давным-давно почившего дедушку, а устроили праздник землероя и вспахали полпогоста. Может, у них вообще случились соревнования по копанию ям на скорость. Остальные факультеты они не предупреждают о своих кладбищенских развлечениях.

– Посветить? – спросил Закари.

– Давай, – мысленно махнув рукой на прикрытие темнотой, отозвалась я.

Размениваться на свечку из указательного пальца и превращать себя в живой канделябр он не стал. Посветил от всей души: над лысеющими кронами деревьев повисла миниатюрная луна. Мир окрасился неживым светом и наполнился резкими тенями, как на иллюстрации в страшной сказке. Рядышком обнаружилась свеженькая могилка четвертого ректора, а чуть подальше – старая ель с растопыренными, печально облезшими ветвями.

– Спасибо вам, добрые люди, что не оставили меня в страшную минуту! – патетично поблагодарила жертва.

– По-моему, он излишне позитивен, – заметила я.

– Особенно для парня из могилы, – добавил Закари.

Яма пряталась за той самой елью, до которой мы не успели добраться. Я двинулась к краю.

– Аккуратно. – Закари сжал мой локоть, чтобы поддержать, но тут же выпустил и с бесящим ехидством прокомментировал: – Забыл о личных границах, милая. Не трогаю.

– Сейчас можно! – огрызнулась я.

– Сейчас поздно, – хмыкнул он. – Мы уже договорились.

Между тем, задрав голову и прикрываясь от сыплющихся сверху комьев земли, на нас с надеждой и испугом взирал вымазанный до макушки Майкл Стоун.

– Другими словами, староста тебя не нашел, – вздохнула я, рассматривая жертву кармы. Сколько темных щедрот отвесил, столько светлой благодати в ответ получил. Закон магической гармонии по Марте Варлок.

– Варлок? – воскликнул он.

– Вы знакомы? – полюбопытствовал Закари и, опершись о колено, с интересом посмотрел на того, кто топтался на дне глубокой ямы. Некроманты определенно вошли во вкус, когда ее рыли. – Не свезло тебе, парень.

– И Торстен?! – охнул Майкл, не веря глазам, и наивно спросил: – Вы вдвоем в поисковой команде? Там что, вся академия на ушах стоит из-за моего исчезновения?

– Ты точно не хочешь знать правду, – не стала я разочаровывать человека, что академия, мягко говоря, забыла о пропавшем студенте и нашелся он чистым случаем из-за большого желания моей соседки скрутить еловый бублик. – Как ты очутился в могиле?

– Некроманты посадили. – Он шмыгнул носом. – Сказали, что надо проверить глубину, а вытащить обратно забыли.

– Парень, ты всегда делаешь то, что тебе скажут некроманты? – хмыкнул Закари.

– Они что, спрашивают разрешения? Подлецы! Уронили и ушли, – пожаловался он и доверчиво протянул грязную руку. – Достаньте меня, пожалуйста.

– Сейчас позовем дежурный отряд, – пообещал Закари, отходя.

– Посиди еще, Стоун. Обещаю, что они скоро придут, – согласилась я.

– Вы чего, правда свалите? – возопил он из могилы, когда мы отодвинулись от края и, должно быть, исчезли из видимости. – Оставите меня одного? Варлок, ты же наполовину светлая! Всегда считал, что чародеи – люди благородные.

– Не той половине в тебе он пытается польстить, – хмыкнул Торстен, и я не могла не согласиться.

– Варлок, это ты меня перенесла на кладбище! – провыл Стоун, кажется, забыв, с кем пытается договориться. – Возьми на себя ответственность!

– Эй, Стоун! – От возмущения я даже вернулась и посмотрела на него сверху вниз. – Ты с утра протащил меня по всем кругам Деймрана. Заметь, я не предъявила претензий.

– Нет, ты просто отправила его в могилку, – вставил Торстен, но тут же добавил: – И поверь, парень, тебе повезло отделаться малой кровью. Я знаю, о чем говорю.