"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1263

– Так… – глубокомысленно выдохнула я, не найдя других приличных слов, чтобы описать весь спектр эмоций, посетивший меня при виде задорно потрескивающих пальцев идейного врага. Тех самых пальцев, которыми он вчера сжимал мне горло. Хорошо, следов не осталось.

Но я твердо решила быть оптимисткой. Мы сможем поменяться обратно! Взрослые люди и профессиональные чародеи способны справиться с этой адской неразберихой без грызни. Не скатываясь во взаимные обвинения.

– Какого демона ты вчера вмешалась в ритуал! – накинулся на меня сосед, оптимизмом этим странным утром вообще не страдающий. – Что за идиотская привычка совать нос в чужие дела?

Или не справимся без взаимных обвинений. Пусть пиетет катится в топку! Взрослым людям и профессиональным чародеям нужно изредка спускать пар, а потом решать проблемы с холодной головой.

– Позволь напомнить, что ты колдовал под моим окном!

– Вообще-то, я колдовал под своими окнами! – осадил он.

– Но на моей земле! – огрызнулась я. – Ты вызвал грозу и разворотил участок! Я должна была притвориться глухой и закрыть окна ставнями? Что за адский ритуал ты проводил, если мы поменялись магией?

– Обычный ритуал.

– Страшно представить, чем заканчиваются твои особенные ритуалы! Концом света?

Я резко взмахнула руками, и за ладонями потянулся темный дымок, словно за вытащенными из костра обугленными головешками. Ей-богу, выражение «спустить пар» сегодняшним утром заиграло новыми красками.

При виде явного доказательства, что его магия прекрасно во мне прижилась и даже требовала выхода, ведьмак недобро сощурил глаза и процедил:

– Меняемся!

– Сейчас же! – охотно согласилась я, но он не предпринимал попытки что-то делать. – Надеюсь, ты знаешь верный способ. Меня не учили, как действовать, если однажды я проснусь темной.

– Магическая клятва должна помочь, – уверенно заявил ведьмак, точно менялся силой с каждой второй светлой чародейкой и знал, как без потерь преодолеть этот местечковый конец света. – Надеюсь, магией тебя учили делиться, светлая?

– Учили. – Я сузила глаза, уговаривая себя, что надо правильно расставлять приоритеты. Сначала обмен, а потом избиение мужика тяжелой чугунной сковородкой.

– Так действуй! – Он протянул руку, предлагая немедленно устроить ритуал магического экзорцизма.

Неожиданно мне вспомнилось, в каком плачевном состоянии остался священный огород после его залихватской ворожбы, и опрятную кухню стало искренне жалко.

– Прыткий какой! На улицу! – сурово скомандовала я, кивнув в сторону окна, словно предлагала выйти из дома именно через окно, а не через открытую дверь. – Не хочу потом ремонтировать дом.

– Шустрее! – подогнал он. – У меня пальцы трещат.

– Ну извините, а у меня дымятся! – огрызнулась я, бочком протискиваясь возле него в узком дверном проеме.

Загородил всю дорогу. Не ведьмак, а шкаф! Вон какие широкие плечи отрастил.

– И это неприятно, – процедил он.

Придерживая подол платья, я решительно зашагала по дорожке в огород. Мы уже разворотили кусок участка и уничтожили куст сирени, не хватало еще лишиться олеандра или парочки грядок с аптекарской ромашкой.

– Далеко идем? – проворчал мне в спину ведьмак, практически дыша в затылок. Мог бы и подальше держаться, а то возникает неприятное ощущение, что он меня все время пришпоривает.

– Уже ноги устали? – буркнула я. – Дать растирку от старческой подагры?

Он кашлянул, по всей видимости, проглотив совет, куда мне следует намазать эту растирку… Или куда запихнуть всем флаконом с фигурной крышкой. Не за корсаж, если что.

Мы остановились возле ритуального круга с перевернутым пустым ларем – скорбным напоминанием, что ведьмаку тоже, мягко говоря, не свезло с родственниками. Смотреть на окрестные кусты с оплавленными черными листьями и переломанными ветвями было по-настоящему больно. Лишь красная бузина продолжала жизнерадостно ловить редкие лучи изредка выглядывающего из-за облаков солнца, да коварный табероус высовывал коробочки из-под мясистых полосатых листьев.

– Здесь! – повелительно кивнула я.

В молчании, бросая на меня мрачные взгляды, ведьмак завернул рукав рубахи, открыв сильное предплечье. Мы крепко сцепились в замок, обхватили запястья. При первом касании в разные стороны брызнули искры, а кожу неприятно закололо.

– Светлая чародейка… – Ведьмак запнулся и быстро спросил: – Тебя как зовут?

– Агата, – недовольно бросила я и добавила: – Истван.

– Из тех самых?

– Не делай вид, что не в курсе. Уверена, бургомистр тебе все выложил, – сухо вымолвила я. – Продолжить не хочешь? Или проникся светлым даром?

На подначку он не отреагировал и заговорил мягким приятным голосом, никак не гармонирующим со злобным блеском в светло-карих глазах. С другой стороны, зачастую самые ужасные вещи люди говорят с самыми теплыми, доверительными интонациями.

– Светлая чародейка Агата из ковена Истван, возвращаю тебе дар с чистой душой…

Из ритуальной фразы слов, конечно, не выкинешь, но у меня вырвался глумливый смешок. У ведьмака сделалось такое лицо, что стало ясно: он не пытается меня грохнуть только потому, что стал заложником нашей маленькой нелепости.

– И с благими намерениями, – договорил он, словно выплевывая каждое слово, и дернул головой, поторапливая меня.

– Темный чародей…

– Фентон.

– Темный чародей Фентон из клана Хэдлей…

– Варлок, – отрывисто исправил тот.

По моей территории слоняется мошенник, выдающий себя за племянника Матильды Хэдлей? Ну все! Терпение иссякло. Не то чтобы прежде я предпринимала попытки терпеть по соседству ведьмака. Клянусь, он за все ответит: за загаженный огород, за воровство чужого наследия и, особенно, за страшнейший бардак в моей спокойной, налаженной жизни! Или я не Агата Истван.

Вот прямо сейчас и начнет отвечать. Только магией обратно поменяемся.

– Темный чародей Фентон из клана Варлок, возвращаю тебе темный дар с чистой душой и благими намерениями, – четко произнесла я ритуальную фразу. – Да будет так.

– Да будет так, – договорил этот самый Фентон Варлок.

Мы смотрели друг на друга и ждали, когда случится великое чудо.

Ни великое, ни маленькое, вообще никакое чудо происходить не торопилось. Я шмыгнула носом, осознавая, что мы прокололись. Ведьмак кашлянул в кулак, должно быть, от конфуза. Очевидно, и дальше держаться за руки, сжимая запястья, не имело никакого смысла.

– Проклятие, – невесело хохотнул Фентон. – Я удивился бы, если бы все получилось настолько просто.

Надежда на быстрый обмен лопнула как большой мыльный пузырь. Внутри всколыхнулся гнев. Но яростным взглядом невозможно превратить подлеца в камень, только магией. Ее-то во мне имелось в избытке – Варлок был из колдунов, способных одним ритуалом запоганить жизнь чародейке. И темная сила пульсировала внутри, незнакомая и агрессивная, будоражила кровь, но без умений была совершенно бесполезна.

Сжав кулаки, я прошипела:

– Что же выходит? Моя магия осталась у вора чужого наследства? Блеск!

– Полегче со словами, светлая, – посуровев, сцедил ведьмак.

– Я и сотой доли того, о чем сейчас думаю, тебе не высказала! – взвилась я. – Если ты не вор, какое отношение имеешь к Хэдлеям?

– Семья Хэдлей много лет входит в клан Варлок.

– А ты кто такой? Очень, знаешь ли, хочется знать, в чьих руках моя родовая сила.

– Я их верховный маг, – веско уронил он.

Все традиции у ведьмаков родом из темных времен магических войн и огнедышащих драконов. На тринадцатый день рождения они вызывают демонов, чтобы в зрелости у избранных везунчиков случилось восхождение силы. Они становятся верховными магами. За такими идут темные чародеи и прислужники, а нечисть несется, не чувствуя под собой копыт. Понятия не имею, почему его побаивается Йосик. Возможно, от переизбытка уважения.

– Ничего не слышала о твоем клане, – процедила я. – Он не особенно знаменитый? Или просто угас?

И хотя ответ можно было прочитать в глазах ведьмака, он его все же озвучил: