"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 1247

– Эбигейл!

Вообще, использовать «небесный глас» для вызова главной ведьмы светлого замка было неправильно, следовало кинуть мертвенный зов, подзывающий зомби, но «глас» громче.

– Я стою посреди твоих покоев. Подумываю сорвать безвкусные занавески, а потом отправиться в гардеробную и порезать платья. Поторопись, госпожа директриса, если хочешь успеть на вечеринку.

Я уселась на диван, сложила ногу на ногу и принялась ждать, буравя злым взглядом настольные часы. За десять минут можно было добраться в хозяйское крыло практически из любой гостиной замка, но Эбби что-то не торопилась спасать свои наряды. В голове мелькнула мысль, что из принципа действительно стоило располосовать часть платьев на узкие полоски.

Идея практически оформилась, когда дверь резко отворилась, с грохотом ударившись в стену бронзовой ручкой и как-то жалобно скрипнув старым косяком. На пороге вместо взбешенной кузины появился взбешенный кузен, и в руках он держал садовые ножницы.

– На ловца и зверь бежит, – изрек Вайрон с кривой улыбкой и совершенно безумными глазами.

Я хотела уточнить, не считает ли он ловцом себя, но спросила:

– Мне интересно, если ты дойдешь до дивана, что будешь делать с ножницами?

– Если? Когда! – уточнил он и, охотно отвлекаясь на угрозы, не заметил, как под его ногами легла дорожка заклятия. – Знаешь, Энни, как в старые времена помечали блудниц и черных ведьм? Им срезали волосы. Помнится, я так и не смог тебя подстричь девять лет назад…

Он бросился в мою сторону. Первый шаг погрузил в паркет, как в размокшую глину, только подошвы сапог. На втором – Вайрон провалился по щиколотку. По инерции переставив ноги, он ушел в пол по колено, а потом ухнул вниз до бедер. За три шага нападение закончилось.

Паркет вновь вернул плотность, и кузен оказался закован в пол. Упираясь ладонями в паркет, он пытался выбраться из ловушки. От сверкающих пальцев рассыпались искры заклятий, но они затухали, бесполезные и бессильные.

В замке были мощные перекрытия, но и парень был выше среднего роста. Наверняка из потолка под покоями торчали его ноги, и ощущение было дивным, судя по тому, какие проклятия Вайрон изрыгал.

Я поднялась с дивана и начала к нему приближаться. Кузен завозился еще сильнее.

– Когда я выберусь отсюда, Эннари, ты пожалеешь, что родилась на свет! Слышишь меня, ведьма?!

– Конечно, слышу. Я же от тебя на расстоянии шага, – усмехнулась я, глядя на него сверху вниз.

– Торжествуешь, что Люси никогда не будет такой, как была до вчерашнего дня, да?

– Если считать, что она каждый день действительно стареет, то действительно, когда лицо вернется, она окажется на пару месяцев старше.

– Ты еще и насмехаешься!

– Вообще-то я серьезна, как никогда.

– Не зря мать говорила, что от приблудыша хорошего нельзя ждать. В тебе нет ни капли человечности.

– А в тебе? – перебила я. – В тебе есть эта хваленая человечность, Вайрон Истван, изводивший меня три года? Сколько в тебе хорошего?

– Во мне, может, хорошего немного, но Люси, наивная дура, считала тебя подругой и позволила себя изуродовать, а ты хотела отомстить.

– Отомстить… – протянула я и, присев рядом с пленником, подняла выроненные им ножницы.

Вайрон с напряжением следил, как я покрутила их в руках, пальцем проверила остроту раскрытых длинных лезвий.

– Знаешь, Вайрон, о чем я мечтала в детстве? Закрыть тебя в шкафу, чтобы ты сидел там долго-долго, всю жизнь… – тихо произнесла я. – И когда вернулась в Истван, обнаружила, что ты уже сам себя запер в том самом шкафу и вряд ли когда-нибудь выберешься. Твоя сестра собралась стать женой мэра провинциального городишки. Так себе карьерная лестница для внучки пресветлого Парнаса, но мы не всегда понимаем, когда усаживаемся в тесный шкаф. Думаю, ты об этом много знаешь. Так зачем мне мешать ей забираться туда? А теперь расскажи мне, где Эбигейл?

– Понятия не имею! – прокряхтел он.

– Ладно, тогда посиди тут, минут через двадцать тебя должно отпустить. – Я похлопала Вайрона по плечу и, поднявшись, аккуратно поправила складки на алом платье. – И ножницы свои не забудь. Уверена, они тебе еще пригодятся.

Однако не успела я выйти в коридор, как за спиной услышала издевательский смех Эбби:

– Ради всех святых, Ронни! Почему каждый раз я застаю тебя в каком-нибудь нелепом виде? У тебя сапоги то стаптываются, то к двери прилипают, то торчат из потолка в большой гостиной! Представляешь, какой переполох устроил внизу? Самому не надоело унижаться?

Шагов слышно не было, в соседней комнате она не пряталась, а значит, вновь спокойно перемещалась в периметре замка, хотя наверняка знала, как сильно Парнас не любил, чтобы кто-то, кроме него самого, тревожил магическое пространство Иствана.

Усмехнувшись про себя, я медленно повернулась. Вайрон уже вылезал из ловушки: подтянулся на руках, поставил на твердый край пола колени. Сапоги потерялись, а одна нога вообще оказалась голая.

– И зачем ты меня хотела видеть? – Эбигейл изогнула брови и приобрела на редкость высокомерный вид.

– Хотела спросить, зачем ты зачаровала Люсиль «вечной старостью», – с улыбкой вымолвила я, не сводя с кузины пристального взгляда. Вайрон, тщательно отряхивающий пыльные штаны, замер в полусогнутой позе и недоверчиво прислушался.

Мгновением позже, обдав меня порывом пахнущего розовым благовонием воздуха, Эбигейл оказалась в половине шага. За счет высоких каблуков мы были одного роста.

– Кажется, ты чего-то не понимаешь, Эннари, ты испортила лицо нашей дорогой сестре из понятной всем ревности к жениху. – Она злорадно улыбнулась. – Поэтому свалить проклятие на меня у тебя не выйдет. Светлые никого не проклинают.

– Да, вы просто зачаровываете. Не всегда изящно и удачно, но часто эффектно. – Я потянулась к ее аккуратно подвязанному под воротничком платья бантику, и кончики пальцев закололо заклятиями для защиты от темных чар. – Ты совершенно не понимаешь, как работает темная магия…

У Эбби нервно дернулся уголок рта.

– Я не только портальный маг, малышка Энни, но и отличный специалист по защите от темных чар.

– Проверим?

С молниеносной скоростью, напрочь испортив идеально уложенную прическу, я выдрала у нее клок волос. От боли и неожиданности Эбигейл вскрикнула, по пальцам мне ударило такой силы защитным заклятием, что кожа запылала. Наверняка теперь останется сильный ожог.

– Убью, приблудная девка! – рявкнула она, пытаясь вцепиться мне в волосы.

На светящихся скрюченных пальцах Эбби трещало какое-то заклятие, не исключаю, что способное подпалить мне шевелюру. Пока она не ударила магией, я раскрыла кулак и сдула ей в лицо пепел от сожженных магией волос. По инерции Эбигейл отшатнулась.

– Вот так работает темная магия, – спокойно прокомментировала я.

– Что ты несешь, чокнутая? – Она обтерла лицо ладонью.

– Добро и справедливость. Совсем как это делают светлые чародеи, – улыбнулась я и щелкнула пальцами.

Мгновением позже кузина начала стареть. Фарфоровая кожа покрылась пигментными пятнами, веснушками и сеткой морщин. Нос вытянулся, щеки впали, губы утеряли четкость и цвет. Стремительное старение было жутковатым: мускул за мускулом, кожа, суставы, руки, сердце…

– Останови! – крикнула она каркающим старушечьим голосом.

– Останови сама, специалист по защите от темных чар.

От потрясения она потеряла пару драгоценных секунд, а потом и вовсе растерялась, не сразу понимая, как остановить чудовищное увядание.

– Прикончу, ведьма! – бросился на помощь любимой сестре Вайрон.

– Стоять!

Я резко выставила руку, выстраивая между нами невидимый барьер, в который он благополучно влетел, как когда-то призрак мэра Догера. С его стороны донеслись бранные ругательства.

Наконец у Эбигейл получилось остановить разрушение. Тяжело дыша, она согнулась, уперлась ладонями в колени и одарила меня ненавидящим взглядом. По морщинистым вискам тек пот, волосы паклей торчали в разные стороны.