"Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 1440

— Демон вас всех задери, — выругался Анхайлиг. — Ну почему, почему ни один год в этой Академии не может пройти спокойно?! — Он резко выдохнул и продолжил уже спокойнее: — Савелий, раз уж этот оболтус тут, выдели ему комнату, ночь на дворе все-таки. А ты, Тень, со мной пойдешь, и я хочу слышать, как погиб Дамиан. Во всех подробностях.

Савелий кивнул, и они вместе с Родом и Тарием поспешили скрыться из вида. Я же с унылым вздохом и тайной завистью к ушедшим поплелась за магистром.

Пока мы шли по коридорам Центрального корпуса, я вспоминала и расписывала, как выглядели церемониальные кинжалы, в каком состоянии было тело убитого архимага, сколько светлых вышло за Визулом из портала…

— Ладно, я понял, что наши светлые братья задумали что-то глобальное. — Магистр устало помассировал виски. — Судя по твоему рассказу, Дамиана убили в момент начала битвы на плато, потому его смерть никто из нас и не ощутил. В любом случае будем готовиться к… — Анхайлиг осекся и нахмурился. — Что за демон?

— Что? — не поняла я.

И в этот момент Академия содрогнулась.

6

Кошмары мучили его уже несколько дней. Образ матери и чувство вины не уходили, доводя Грегори до исступления. Иногда, правда, где-то глубоко в душе возникал робкий вопрос: почему все так внезапно навалилось? Возникал и тут же исчезал под новым всплеском болезненных воспоминаний.

Грегори побледнел, осунулся, перестал общаться с друзьями. Впрочем, те почти все разъехались, а на вопросы немногих оставшихся он невнятно мямлил, что просто переутомился после экзаменов. А минут десять назад странность его поведения отметил и Грабовский, посоветовав поскорее прийти в себя и уже определиться с практикой. Практика волновала Грегори меньше всего, но, кивнув магистру, он по инерции направился к спискам.

Зал Центрального корпуса, по обыкновению, был многолюден, а последнее время на Грегори общество людей оказывало самое неприятное влияние. Казалось, каждый из них готов показать на ведьмака пальцем и обвинять, обвинять… Грегори бесцельно оглядел адептов и вдруг застыл, заметив неподалеку знакомую до боли фигурку.

Тень Антеро! Она вернулась! Она жива!

Ведьмак с силой сжал кулаки, едва сдерживая крик и желание наброситься на нее сейчас, — рядом с некроманткой стояли темный магистр и Тарий.

«Она позор для темных, — прошептал голосок в голове, тот самый, который не оставлял его все эти дни. — По вине ее рода погибла твоя мать».

Грегори колотило. Эмоции последних дней при виде девушки достигли пика.

Тем временем к троице приблизился Анхайлиг. Знает ли он, кто она? Конечно, знает, как иначе? Но почему тогда относится к ней так спокойно?

Чувствуя, что не в силах больше сдерживаться, Грегори рванулся прочь из зала.

Как уничтожить ее? Как их уничтожить? Ведь они темные, как и он. Самому не справиться, но кто может помочь?

«Враги твоего врага, только они», — шепнул голосок, едва вопрос оформился в голове.

Эта догадка оказалась настолько очевидной и простой, что Грегори остановился, держась рукой за стену от внезапной слабости.

— Нездоровится, Грегори? — Вкрадчивый голос вернул его в реальность.

Рядом стоял тот самый светлый адепт, который открыл ему правду об Антеро.

— Все нормально, — просипел ведьмак.

— Ты уверен?

В Грегори от такой навязчивости вспыхнуло мгновенное раздражение, но тут же унялось под спокойным взглядом водянистых глаз.

— Поделись со мной, — повторил светлый. — Я смогу помочь.

— Помочь! — Грегори резко вздохнул, ему не хватало воздуха. — Помочь, — повторил он уже тише. — Кто ты такой, чтобы помочь мне?

— Какая разница, кто я? — Адепт пожал плечами. — Можешь звать меня Визул.

«И тебе не нужно ничего скрывать», — добавил голосок.

Или это сказал светлый? Грегори не смог отличить, впрочем, ему уже было все равно.

— Тень, — выдавил ведьмак. — Она тут, вернулась и…

— Вернулась? — переспросил Визул, на его лице проскользнуло беспокойство.

— Да! — взвыл Грегори. — Она тут, а я не могу ничего сделать! Анхайлиг ее защищает! Он защищает Антеро и этот проклятый культ, а я должен их уничтожить! Должен! Но не могу… — Голос ведьмака сорвался, он исподлобья смотрел на светлого и тяжело дышал.

— Пойдем со мной, — повелительно сказал Визул и направился в сторону факультета целителей.

Не в силах противиться, Грегори последовал за ним, а вскоре целитель и ведьмак оказались в месте, которое невозможно было не узнать. В месте, изолированном от внешнего мира.

— Схрон? — Грегори с непониманием огляделся.

Их уже ждали пятеро светлых. Они стояли у стен на равном расстоянии друг от друга.

— Стой и не двигайся, — коротко приказал адепт и, прикрыв глаза, что-то сосредоточенно забормотал.

— Lasgaroth Aphonidos Palatia! Urat Condion, Lamacron Fandon, — читал Визул, и тонкие линии потянулись к пятерке адептов, образуя светлую пентаграмму. — Fahagon Alamar, Bourgasis Vemat Serebani!

С каждым его словом светлая пентаграмма сияла все сильней, а Грегори вдруг увидел проступающие линии старой темной пентаграммы. Казалось, когда-то давно кто-то проводил здесь ритуал, но не завершил. Однако для ведьмака это не имело значения, он наконец-то видел цель. Настоящую цель и возможность исполнить слово, данное над могилой матери.

Тем временем воздух вокруг подернулся легкой вуалью тумана. Магия? Но в этом месте магия невозможна! Или?..

Визул открыл глаза.

— Ты хочешь смерти потомка Велиара и его культа? — не спросил, констатировал он. — В этом наши желания совпадают.

— И что мне нужно сделать?

Светлый адепт выпрямился, его лицо с ястребиным носом и почти бесцветными глазами выглядело теперь старше и жестче, но Грегори этого почти не замечал.

— Я воссоздал один очень старый обряд, — медленно сказал Визул. — Обряд на высвобождение силы, способной уничтожить темных культа Велиара. Чтобы завершить его, осталось лишь одно — искренняя смерть темного за идею вот здесь, в центре пересечения пентаграмм. Сделать ты это должен по доброй воле и в твердой памяти, и я не имею права принуждать тебя. Да и не смогу: перейдя границы пентаграмм, ты освободишься от любого влияния. Твое решение будет только твоим, но помни, почему ты его принял. Как видишь, я честен. И твое решение?

Грегори молча сделал шаг вперед. Тело ведьмака охватил мгновенный жар, и тотчас разум его стал кристально чист. Исчезли муки последних дней, он уж и не помнил, как это — быть таким спокойным. На мгновение недавние страдания показались Грегори глупыми, а то, на что он идет, — безумием, но… может, это спокойствие — дар за правильный выбор?

— Помни, почему ты оказался здесь, — повторил Визул, протягивая кинжал.

Этот светлый помог ему. Он был честен. И Грегори будет честен в ответ. Ведьмак в последний раз посмотрел на адепта:

— Поклянись, что они умрут.

— Даю слово архимага, темный, — ответил тот. — Они умрут.

С улыбкой на губах Грегори взял протянутый кинжал, резко вонзил в свою грудь, и Академия содрогнулась. Высвобожденная из тысячелетнего заточения сила охватила тело ведьмака ярчайшей спиралью, в мгновение не оставив от него и пепла.

Визул отшатнулся, а потом, прищурив глаза, прошептал:

— Не беспокойся, мальчик, твоя смерть не была напрасной. Скоро все темные заплатят.

Он потянулся к свету, но дорогу внезапно преградил радужный щит.

— Остановись, безумец! — раздался выкрик.

На пороге схрона стоял архимаг Виттор.

— Прочь, старик, — прошипел Визул. — Время твоих уроков для меня давно прошло!

— Ты сам не ведаешь, что творишь!

— Наоборот, прекрасно понимаю! Их надо уничтожить, всех! А ты, трус, не сделал этого, когда была возможность!

— Я не позволю тебе.

— Защищаешь темных? — Визул мрачно усмехнулся. — Что ж, ты свой выбор сделал. Sanctum regnum, verbum inennarabile! — воскликнул он и резко поднял руки.