"Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 1406

В двух высоких подсвечниках, которые стояли по краям сцены, горели неровным пламенем несколько толстых свечей, и именно этот дрожащий свет придавал обстановке еще более мрачный и зловещий вид.

Меня стало охватывать легкое беспокойство, и в этот момент музыка стихла. Раздался негромкий страдальческий стон, и в комнату вошел мужчина. Он был бледен и худ, его черный сюртук с белыми кружевными манжетами и жабо идеально вписывался в интерьер комнаты. Мужчина медленно, пошатываясь, словно с трудом понимая, где находится, подошел к столу и трясущейся рукой взял портрет. Лицо его все больше искажала мука, и наконец, не выдержав, незнакомец схватился за голову и снова застонал.

— Клодия! — воскликнул он. — Зачем?!

Он вдруг выхватил откуда-то нож и резко, с силой ударил себя в грудь. Я вздрогнула и оцепенела, а мужчина пошатнулся и упал в кресло, откидываясь назад. На его белом кружевном жабо расплывалось темно-бордовое пятно. Рука самоубийцы, вздрогнув, разжалась, нож с глухим стуком упал на дощатый пол, и у меня похолодели кончики пальцев.

Мужчина был мертв. По-настоящему. Будучи некромантом, я могла отличить смерть от любого притворства, сна или болезни, и сейчас в кресле на сцене находился труп.

Ничего себе начало! Это что за показательное самоубийство?

Я почти в панике покосилась на Арта, но лицо того по-прежнему ничего не выражало. А сцена уже повернулась, открывая совсем другую картину, и я невольно переключилась на нее.

Здесь все было с точностью наоборот: яркий освещенный зал в белых драпировках и множество белых роз в белоснежных фарфоровых вазах. А сцена заполнялась радостными смеющимися людьми в белых праздничных нарядах, и только в центр вышел единственный мужчина, одетый в строгий черный костюм. Жених, что ли?

Не успела я толком удивиться, как эта мысль полностью подтвердилась: грянула торжественная музыка, и на сцене показалась сама невеста. Пышное кружевное платье и длинная полупрозрачная, почти невесомая фата подчеркивали изящную красоту девушки. Но почему к своему жениху она идет так медленно и печально?

Мы досмотрели церемонию до конца, но в тот момент, когда жениха с невестой объявили мужем и женой, на сцене появилась еще одна фигура в черном. У меня екнуло сердце — это был тот самый мужчина, который покончил с собой в предыдущем сюжете! Но он точно был мертв! Как такое может быть? Иллюзия? Или…

Я снова бросила быстрый взгляд на Арта. Неужели они могут умереть и ожить?

Тогда этот театр действительно лучший, раз здесь могут показать реально не только жизнь, но и смерть. Но зачем это ради простой игры?

Мужчина тем временем что-то выкрикнул молодоженам и убежал со сцены под общие вздохи. Что ж, в актерах я разобралась, теперь осталось разобраться в смысле того, что здесь происходит.

А следующий поворот сцены вновь открыл совершенно иной сюжет: пурпурные драпировки и освещение, нарисованный в мельчайших деталях закат и открытую галерею из розового мрамора. Неспешным прогулочным шагом на сцену вышли две девушки, в одной из которых я узнала Милену. Надменная вампирша была в роскошном платье цвета спекшейся крови. Вторая выглядела скромнее в бледно-розовом, почти целомудренном наряде. Хм, вроде это та самая невеста?

Девушки спорили. Милена пыталась что-то доказать, а ее спутница только отрицательно качала головой, не веря словам о предательстве. Смысла их разговора я не понимала. Какое предательство? О чем они говорят вообще?

— Ты так уверена в нем? — не выдержав, воскликнула в этот момент Милена. — Что ж, я не хотела причинять тебе боль, но мне не остается ничего другого. Смотри же!

Она вытащила из-под манжетки тонкий расшитый платок и почти бросила его девушке. Та вцепилась в кусочек ткани, как-то разом сникнув.

— Не может быть, — шептала она еле слышно. — Не может быть…

— Ну? Теперь ты веришь? Отдал бы он платок, если бы так дорожил тобой?!

Под обличающим взглядом Милены девушка разрыдалась. Теперь она уже не имела сил спорить, и дальнейшие уговоры были недолгими. Наконец девушка подняла на Милену заплаканные глаза.

— Хорошо, — сказала она. — Я выйду за него замуж. Свадьба будет.

Свадьба? Это та, которая в предыдущем действии была? Так тут чего, все в обратном порядке показывают?

С этой мыслью я в ожидании уставилась на сцену, которая снова поворачивалась. И предположение оправдалось. Изначально никак не связанные, сюжеты постепенно стали складываться в единую картину, как кусочки сложнейшей мозаики. С каждым таким сюжетом я постепенно восстанавливала ход событий. Это была история, рассказанная от конца к началу, от кульминации и финала к завязке, история предательства, любви и коварства в ярких цельных отрывках. И история эта настолько меня увлекла, что под конец я уже не обращала внимания ни на что, взгляд был полностью прикован к сцене.

Последний сюжет был весенне-яркий и позитивный. Девушка и молодой парень мечтали, строили планы, рассуждали, как все у них будет хорошо. Мирная картина и знание того, как все будет на самом деле, породили во мне смешанные чувства, что я едва не расплакалась.

Спектакль закончился. Опустился занавес, и в зале зажглись магические светильники. А потом на сцену вышли актеры с Тронычем во главе, и зрители вставали, встречая их бурными аплодисментами. Хлопала и я, долго и искренне.

Театр вампиров действительно был лучшим. И теперь никакие воспоминания о напавшей на меня днем вампирше не могли испортить впечатления о вампирах в целом. В этом Арт тоже был абсолютно прав — нельзя оценивать всю расу по одному-двум ее представителям.

Мы вышли из зала, спустились по лестнице, но направились не к выходу, а по уже знакомому мне коридору. Теперь здесь, впрочем, было оживленнее: вампиры бегали с какими-то коробками, тюками, а один раз я даже заметила вдалеке скелета, тянувшего за собой здоровенный щит одной из декораций.

Внезапно прямо перед нами резко распахнулась дверь, и оттуда выскочила Шаад, едва не сбив меня с ног.

— Ой! — Она в последний момент отскочила обратно к двери. — Извините.

— Когда ж ты перестанешь бегать-то? — Арт вздохнул.

— Да я это… — Шаад слегка смутилась. — А вы Троныча, что ли, ищете? — резко сменила тему она.

— Именно.

— Так он здесь, — махнула на открытую дверь вампирша. — Декорации разгребает.

— Вот и хорошо. Тогда я ненадолго к нему, а вы тут подождите, — сказал Арт и скрылся в комнате, прежде чем я успела и рот открыть.

Ну здорово! Надеюсь, он и в самом деле ненадолго. Я вдруг поймала заинтересованный взгляд вампирши.

— Я наблюдала за тобой, — внезапно сказала она. — Ты очень благодарный зритель, так переживала…

— Меня спектакль потряс с самого начала, — смущенно ответила я. — Это самоубийство… я такого просто не ожидала.

— Да, Троныч любит приковать зрителя к сцене. — Шаад хихикнула. — И это, кстати, еще не самое эффектное начало.

— Что-то мне пока не хочется знать о более эффектных. — Я поежилась. — Вообще интересно, этот ваш актер, он не боялся умереть?

— Рядом с Тронычем? Нет, конечно. — Вампирша снова улыбнулась. — Рядом с высшими мы ничего не боимся.

— Почему?

— Высшие для нас и мать и отец, мы обязаны им всем, — ответила она. — Если высший скажет, и умрем за него и ради него. А будем достойны, нас вернут к жизни обратно. Мирион, как видишь, достоин.

— Ничего себе. — Я изумилась. — Интересные у вас порядки… и все-таки умирать на сцене, просто ради спектакля? Зачем?

— А зачем вообще все это? Вся наша жизнь — зачем? — вопросом на вопрос ответила Шаад и посмотрела на меня внезапно постаревшим, тяжелым взглядом. — Мы живем, чтобы умереть, Тень. А умираем, чтобы жить вечно. Морана — неизбежность, ее нет смысла бояться. Ни мне, ни тебе, тем более на тебе ее знаки.

— Да я и не боюсь, — выдавила я. — Кажется.

— Кто ты? — вдруг спросила Шаад.

— Некромант, — неожиданно для самой себя призналась я.

— А не похожа. — Вампирша задумчиво покусала губу. — Хотя ты и не должна быть обычной, раз тебя Артур привел.