"Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 1123

Вслед за авангардом эскадры следовали угловатые двухпалубные каракки и пузатые флейты. Они несли в своих трюмах вооружение, а также доспехи сухопутного десанта флотилии. И только после них плыли величественные линейные корабли, борта которых были во много рядов истыканы оружейными бойницами, а на палубах возвышались деревянные остовы торсионных катапульт. Строй армады замыкали массивные галеоны, в недрах которых выли ездовые гиены и хрипели холодные иноходцы темных рыцарей. На небольшом отдалении от строя двигалось несколько десятков мелких пузатых судов. Их дистанция была залогом безопасности, потому что это были огненные брандеры. Они скрывали в своем чреве мешки с порохом и бочки с зажигательной смесью. Целью брандеров являлись корабли противника. Они должны были лишить неприятеля его морского средства передвижения, потому что по замыслу адмирала флота и одновременно – главнокомандующего армии Шенка – последняя битва должна была стать рубкой на полное уничтожение. Врагу нельзя оставлять ни единого шанса на спасение или бегство.

На борту флагманского линейного корабля «Кара» адмирал принимал донесения сигнальщиков. Седобородый йотун нервно мял в руке пергамент с рядами значков. Перед грозным главнокомандующим трепетали все.

– С «Мести» рапортуют: «Команда работает в штатном режиме, потерь нет. Следуем за лидером».

– Дальше.

– «Судьба» передает, что с вант сорвался матрос. Буй бросили, но он сильно ударился о воду. Утонул сразу.

– Передай Моглору мое неудовольствие.

– Будет сделано. «Заветы Шакнара» сообщают, что было два подхода реморы. Оба раза успешно применили «гребень».

«Гребнем» назывался частокол из копий, который опоясывал корпус тяжелых кораблей. Пики были соединены посредством стальных рычагов и опускались в воду передаточными шкивами. На ночь, когда флотилия вставала в дрейф, корабли кидали друг другу специальные анкеры, которые стягивали флот в единую конструкцию и также выпускали под днище острые «гребни». Ни одно судно не было потеряно. Морские чудовища все еще предпринимали вялые попытки атаковать эскадру, но каждый раз – безрезультатно.

Йотун-сигнальщик монотонным голосом доложил о том, с «Боевого стимула» бритвенными гарпунами подбили двух архонов. Сработали прицелы с магическим талисманом «Бдительного дозорного». Да и сами гарпуны показали себя наилучшим образом. За счет своих плоских наконечников они могли доставать морских чудовищ не только у поверхности, но и на глубине до двадцати локтей. А специальные выкатные лафеты пушек позволили вести стрельбу под очень острыми углами. Адмиралу приятно было слышать, что все технические и волшебные новшества нашли свое применение в походе.

– Что говорят навигаторы? Когда начнется прибрежный рифовый пояс?

– Обещают, что завтра к вечеру мы увидим прибой.

На флоте Шенка теперь служили самые лучшие мореходы Таашура. Сколько было отправлено парусников на разведку за то время, пока на верфях строились десятки грозных кораблей? Множество. Сколько из них вернулось обратно после череды опасных рейсов к северным берегам Петронелла? Каждый пятый от силы. Но командиры, что стояли за штурвалами этих судов-разведчиков, стали первоклассными навигаторами. И карты Петронелла теперь содержали все, вплоть до промера глубин, и были настолько подробными, что эскадра шла через коварное море, не ведая препятствий и незнакомых мест.

– Просигналь: встаем в дрейф в обычном порядке. Завтрашнее отплытие переносится на полдень. Я не хочу следующей ночью кидать якоря поблизости от скальной полосы. Там могут шнырять рыбацкие лодки и сторожевые суда Лиги. Мы должны появиться внезапно. На рассвете.

Йотун, почтительно пятясь задом, исчез из каюты адмирала. А главнокомандующий Шенка встал из-за своего стола, аккуратно уложил в ряд разбросанные по нему свитки и подошел к ростовому зеркалу, что висело между двумя круглыми иллюминаторами. Грозный военачальник наклонился ближе, чтобы рассмотреть маленький прыщик, который совершенно некстати вскочил на ее безупречном точеном носике. Мирра Банши оглянулась на закрытую дверь каюты и достала из рундука расшитый драгоценными камнями косметический несессер.

Больше года назад она лежала почти без чувств в лазарете. Медленно затухала, и верные соратники не знали, как возродить ее к жизни и службе. Моглор, кровавый эльф и бывший возлюбленный, ухаживал за ней денно и нощно, чем еще больше вызывал к себе недоверие анклава некромантов, потому что Мирре не становилось лучше. Этот жалкий неудачник наверняка понимал, что если джоддок холодной паствы умрет у него на руках, он сам переживет свою потерянную любовь всего лишь на несколько минут. Некроманты не простят ему окончательной гибели Мирры Банши, как не простил бы «Жизнь в сапогах», ее друг и наставник, которого теперь послали в тяжелый и крайне рискованный рейд. Она с каждым днем все дальше равнодушно уходила в радостную колыбель смерти, но вдруг одна весть, всего лишь одно событие мгновенно пробудило ее волю от спячки.

Эдар Скальд, правая рука джоддока кадавров, появился в ее шатре с букетом из черных розалинов – так в среде некромантов сообщали о кончине кого-то близкого.

– Группа разведчиков, которую Керруш послал по следам калимдорского отряда Шакнара, вернулась.

– Да? – равнодушно спросила Мирра.

Она разглядывала цветы. Уж не ей ли самой предназначен этот траурный венок? Красивый подарок.

– Да. Лазутчики вернулись с печальной вестью. Весь отряд накрыло оползнем. Вряд ли кто уцелел.

– Что?! Они уверены?

– Следопыты понимают, что жизнью заплатят за ложные сведения. Их командир говорит – они трое суток раскидывали камни. Но там их столько… На окончательные раскопки ушел бы год. Или время до следующей лавины, после чего пришлось бы откапывать и вторую группу тоже. Из-под обвала они извлекли немало трупов наших воинов. И… – Эдар замолчал на секунду. – Ошейник Халы. Еще они нашли артефакты, в том числе осколки «Зеркала дальнего взгляда». Теперь понятно, почему Шакнар и Ханчи не выходят на связь.

– А их тела?

– Мирра, я же сказал тебе – чтобы разобрать эту, лавину нужен год. Командир разведки сообщил, что такого оползня хватило бы, чтобы похоронить под собой целый город. Мы будем всегда помнить Шакнара. Пусть его каменная могила станет ему мягче лебединого пуха.

Слабая рука Мирры схватила Скальда за плечо.

– Помоги мне подняться.

– Мирра, ты очень слаба…

– Значит, поддержи меня! Нет, стой! Распорядись, чтобы принесли мою церемониальную одежду. И пусть кто-то расчешет мои волосы. Я хочу, чтобы меня вынесли на воздух, и не желаю при этом скверно выглядеть.

– Может, сразу доспех и меч? – улыбнулся Эдар Скальд.

– Рано пока. Через пару дней, когда я смогу нормально сжимать в руке оружие.

Первая заповедь некроманта: «Не страшись смерти. Раз к ней неизбежно приводит жизнь, то стало быть – она и есть цель. Если страшиться цели, то путь к ней всегда окажется позором». Вторая заповедь некроманта: «Дух всегда победит плоть, если хозяин духа найдет в себе мужество поставить его превыше плоти». Джоддок холодной паствы смогла обуздать свое тело и вернула себе здоровье настолько стремительно, что Моглор едва не утратил уважение, как маг и знахарь. Ее силу утроили ненависть и чувство несправедливости. Кто сделал для Шенка столько же, сколько свершил «Жизнь в сапогах»? И с кем еще из великих поступили так же постыдно? Отстранили и отправили на неминуемую гибель. После того, как Мирра окрепла до степени, чтобы провести день в седле, она испросила у Керруша короткий отпуск и с небольшой свитой направилась в столицу Шенка – Майрат. А впереди ее кортежа понеслись герольды – трубить о прибытии джоддока некромантов. Приехав в город, где вершились судьбы союза, она подала прошение о том, чтобы ее речь была заслушана на Совете Шенка, том самом, который отстранил «Жизнь в сапогах» от командования армией. Представители всех народов союза собрались приветствовать Мирру Банши – прославленного командира и несгибаемого воина. Они готовились воздать ей хвалу после ее доклада о свершениях, но услышали совсем другое. Мирра Банши поведала о последнем сражении, без обиняков она раскрыла подробности рокового промаха тролля Керруша и назвала цену, которую Шенку пришлось заплатить за ошибку нового ставленника. Вельможи были потрясены. А джоддок мертвых и не собиралась щадить их самолюбие: