"Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 1109

– Ваших буянов, ежели что, мы как-нибудь утихомирим. А когда набедокурит кто из наших… В общем, если случится что-то серьезное, я сам поутру притащу в магистрат его голову, – пообещал рыжий крепыш. – Да только это вряд ли. У меня ребята подобрались суровые, но спокойные. Выдержки им не занимать. А если заскучаете – так сами к нам наведывайтесь. Поляна широкая, места всем хватит.

Шакнару с его питомицей отвели небольшой уютный домик, чуть вдалеке от слишком оживленного пустыря. На второй день к нему подселился Ханчи. Гоблин заявил, что шум по ночам мешает отдыхать, а доглядывать за солдатами ему неохота, к тому же там и так все в порядке. Юкагир скинул все дела на Сонгала, а сам целыми днями пропадал на охоте с местными добытчиками. Передавал свои навыки, обучал стрельбе из лука юношей Бегенча, словом – нашел себе занятие по душе.

Подвал их временного обиталища оказался забит всяческими припасами – от бидонов с соленостями до подвязанной под потолком шеренги копченых колбас. Шакнар сначала постеснялся пользоваться чужим добром и столовался на общем коште, зато Ханчи сразу, без зазрения совести начал каждый вечер заныривать в погреб и таскать наверх домашние деликатесы. На упрек командира отряда гоблин ответил мудреной фразой:

– Не переживай. Это в кредит. Проценты ужасно выгодные. Жуй давай и не думай лишку. Халочка-деточка моя, хочешь вкуснятины?

Ханчи взял на себя все переговоры с местной властью. Так было условлено с самого начала, так что Шакнар и не собирался возражать. Гоблин целыми днями пропадал в центре Бегенча, «вел дела» и «решал вопросы», а вечерами взахлеб рассказывал, как здесь все ловко устроено и сколько выгодных перспектив рисуется впереди. Раны Халы совсем поджили, бегенчские лекари не подвели, поэтому «Жизнь в сапогах» стал настойчиво напоминать гоблину о том, зачем они сюда прибыли. Воинский долг, присяга. Шенк. Эти слова стали глуше звучать в сознании, и это беспокоило старого орка.

Когда они шли по улице, за прыгающей на трех лапах Халой все время увязывалась стайка ребятишек. Теперь Шакнар перестал бояться за детвору – он видел, как отлично малыши поладили с грозной львицей. Он замечал своих ветеранов, которые о чем-то застенчиво беседовали с девушками через калитки после гуляний, и от этого зрелища тревога орка становилась сильнее. В нем самом что-то словно развинчивалось. Какая-то, казалось, навсегда сжатая пружина или механизм. Еще немного и что-то случится. Произойдет перемена, после которой он уже не сможет вернуться к прежним мыслям и облику. Оттого Шакнар все сильнее теребил своего переговорщика. Ханчи вызвался обеспечить ему встречу с феомантом Каранноном, духовным лидером ракшей. От ее исхода, быть может, зависела вся миссия калимдорского отряда.

Они с Халой добрались до калитки их уютного пристанища. Вечер уже наступал с гор прохладой, каменная мостовая понемногу отдавала дневное тепло.

– Ну, прощайся, – сказал Шакнар девочке.

– Пока, киска! – малышка обняла львицу за покрытую шрамами шею и побежала к матери, которая уже встречала дочку на пороге соседского домика.

– Так и льнет к прохожим мужчинам, – улыбнулась орку стройная, миниатюрная гоблинка с раскосыми глазами.

– Ничего, – Шакнар неловко улыбнулся в ответ.

– Ее отец подался в Тарнеги, на золотые прииски. Хотел наладить там торговлю обогревателями. Край северный, почти все время холода. Уже больше года весточки не шлет.

– Надеюсь, что объявится, – не зная, что сказать, буркнул орк.

Под оценивающим взглядом женщины он невольно распрямил осанку, расправил плечи. «Ну, прямо боевой индюк во время тока!» – подосадовал на себя «Жизнь в сапогах».

– Надолго к нам? – гоблинка вопросительно наклонила голову.

– Э-э-э, не знаю… Может быть.

– Зашли бы в гости по-соседски. Я бы углов испекла.

«Углами» в Бегенче называли треугольные ароматные пироги с начинкой из ливера.

– Да, конечно, я зайду. Спасибо за приглашение, – Шакнар заторопился с кованым крючком на калитке и прищемил себе палец.

– Хорошо, буду ждать. Завтра?

– Да-да, завтра, – сказал орк, ныряя в спасительный дверной проем.

Его уши покраснели от стыда. Он был уверен, что она стоит и улыбается ему в спину. Улыбка наверняка добрая, с толикой насмешливой снисходительности. Солдафон. Угловатый, словно древний онарг по прозвищу «Овод». Будет продолжать дичиться – закончит так же, как метательный торсион, который гномы разнесли в аркельской битве одним-единственным артиллерийским выстрелом. И чего он смешался? Одинокая женщина. Скучает. Вся ладненькая из себя. Продолжая сердиться на свою деревянную натуру, он накормил Халу, после чего поужинал сам. Еду он нашел на пороге – принес кто-то. Нет, нужно заканчивать с такой жизнью, решил Шакнар. Сегодня же стоит серьезно поговорить с гоблином. Скорей бы, что ли, вернулся этот плут. Надо немедленно трогаться из этого прекрасного местечка. Хватит! Орк уселся за округлый стол из струганных маленьких досочек и принялся поджидать соратника, а пока вновь разложил перед собой подробную карту Фаркрайна, которую Ханчи раздобыл у местных. Корявый палец орка провел прямую линию от Бегенча до полуострова Чагда. Где-то там сейчас обустраивалась армия Лиги. Наверняка расположились вольготно, на широкую ногу, полагая, что находятся в полной безопасности. На вторые сутки пребывания в городе орков Шакнар отправил на юг маленькую диверсионную группу. Десять калимдорцев, самых яростных и непримиримых, ушли к берегам моря под началом щуплого беззубого Карая по прозвищу «Злой дух». Командир дал им передохнуть только один день, но воины не роптали – эти удальцы жили лишь ради войны.

– Сначала наблюдение, – предупредил лазутчиков «Жизнь в сапогах». – Мне нужны точные сведения: где высадились, как далеко находятся корабли, их строения, укрепления и все, что сможете рассмотреть. Как произведете разведку, двух солдат отправите в Бегенч с донесениями. Порознь.

– Выполним, – прошепелявил Карай.

Подбородок десятника напоминал расщепленный молнией пень. Таким его сделал удар эльфийского клинка, который заодно вынес бойцу все передние зубы. У «Злого духа» также отсутствовал прихватный палец на левой кисти, поэтому воин перед каждым боем крепко приматывал к ней тканевой лентой второй топор. «Рубить не препятствует! – бодро отвечал Карай, на вопросы сослуживцев – удобно ли ему сражаться с такой справой. Шакнар знал, что хитрость и изворотливость «Злого духа» уступает лишь его же ненависти к Лиге вообще и эльфам в частности.

– Возьмете с собой запас еды на два дня. Дальше живите охотой и собирательством. Деревни обходите, избегайте дорог. Ваш рейд должен быть скрытным. После того, как отправите в Бегенч гонцов, начнете забираться Лиге «под кожу». Нападайте на одиночек, громите бесконвойные обозы. Но помните главное – следов не оставлять! Лига, до поры, не должна понять, кто именно наносит ей эти уколы. Они станут искать вас, устраивать засады. Поэтому рассчитывайте свои силы, не рискуйте схватываться с крупными оружными патрулями или подозрительными партиями гражданских. После драки – прибирайте за собой все, вплоть до упавших волос. Ханчи даст вам специальный порошок «Укрывище». Когда будете уходить с места стычки, всегда кидайте в воздух одну-две его щепоти. Понятно?

Карай жадно облизнул верхнюю губу искромсанным языком.

– Исполним, как сказано, – просипел он. – Добыча с трупов наша?

– Десятину отряду, остальное себе.

– Будет сделано.

Шакнар спросил себя – а отправил бы он на юг солдат, если бы принимал решение сейчас? В том, новом душевном состоянии, которое так беспокоило его последние дни? Он спросил, но не смог найти ответа. В нем вновь поднялось едва утихшее раздражение. Минуты тянулись мучительно. Наконец входная дверь издала задушенный всхлип, и в комнату сначала просунулась гоблинская улыбка, а потом и сам начальник штаба.

– Где ты шлялся? – ворчливо спросил Шакнар.

Ханчи вздохнул:

– Столько дел…

– Есть новости? – грозно поинтересовался орк.