"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 1093

Вот примерно основные мотивы вторжения войск РДК, но только для внутреннего пользования. Официально войска РДК помогали своей стране против напавших французов, в рядах армии которых воевали поляки и пруссаки. Следовательно, они тоже враги России, и Герцогство Варшавское, и Пруссия. Это официальный повод, а для русского императора РДК захватила очередную колонию, на что имеет право в соответствии с Уставом, подписанным ещё Екатериной Второй. Были опасения, что слабовольный Александр вернёт захваченные территории германцам и полякам. Для того и раздували во Франции и соседних странах антипольскую кампанию, печатали в газетах добытый компромат на приближённых русского императора.

Пока же большинство русских газет печатали победные реляции о преследовании Наполеона русской армией. Постепенно туда вставлялись сообщения о помощи компании РДК своей стране, которая уничтожает французов и их союзников пруссаков и поляков на побережье Балтийского моря. Незначительные статейки постепенно приучали читателей к тому, что РДК помогает своей стране не только деньгами и товарами, но и уничтожением врагов. А в комплекте с посылкой части трофеев из Пруссии в Петербург для продажи по бросовым ценам поднимало и без того высокую популярность кампании на небывалую высоту. Сотрудники Якова Бежецкого создавали общественное мнение в пользу любых действий РДК, лишь бы на пользу России, чтобы максимально затруднить Александру Первому возвращение захваченных РДК земель Пруссии или Польше. На нерешительного императора общественное мнение могло подействовать.

Глава 24

Петербург. Зимний дворец. Колония РДК на юге Балтики

Беловодские агенты влияния при Александре, наряду с близким окружением Строганова, Желкевского, военной партии, уже начали нашёптывать императору, что надо непременно содрать с союзников Наполеона огромную контрибуцию. И ни за что не вступать с возможными перебежчиками в союзные отношения. Вот какие шли разговоры в Зимнем дворце в это время.

— Ваше Величество, эти предатели тут же бросят Бонапарта, едва русская армия перейдёт границу, — не скрывал своего презрения к германцам всех раскрасок граф Павел Строганов, первым сообщивший императору о победе под Полоцком. Для этого Желкевский выделил самолёт из своего лётного отряда. Этот отряд, впрочем, уже перебазировался обратно на закрытые склады Донецких заводов Желкевского. В состав русской армии ни самолёты, ни системы «Град» не входили. Потому преследовать врага армия Кутузова будет «по-честному», с большими потерями и глупым фанфаронством. Политика, ничего не поделаешь. Из всех технических новинок в русской армии останутся лишь два бронепоезда, уже принятые на вооружение.

— Вы точно захотите иметь в союзниках предателей? Способных при любой трудности переметнуться на сторону врага? — вставлял свои пять копеек генерал-адъютант Милорадович, прибывший с курьером из ставки Кутузова для официального доклада по сражению и за приказом о переходе границы. О том, что надо преследовать французов на территории России, никаких приказов фельдмаршалу не требовалось.

— Зачем нам такие «союзники», если Кутузов разбил Великую армию и без них обратил Наполеона в бегство? Если русская армия в одиночку загонит Бонапарта в Париж, где одержит победу, это, безусловно, станет победой именно русского императора, — играл на комплексах Александра Первого Михаил Сперанский. — А присутствие европейских союзников, многажды битых, с их игрушечными армиями, позволит им говорить о «совместной победе всей Европы» и максимально принижать роль «русских варваров». Учитывая их лживость и предательство, уже через десять лет вся Европа будет уверена, что Наполеона разбили и победили не русские войска, а прусские отряды с австрийскими полками.

— Генерал, возьмите приказ для фельдмаршала, — русский император кивнул Сперанскому, чтобы тот передал пакет с приказом и письмом Милорадовичу. Тот поклонился, принимая пакет, щёлкнул каблуками сапог. На паркете Зимнего дворца щелчок вышел изумительным по чёткости и звонкому стуку. — Немедленно доставьте Наше решение фельдмаршалу. Пусть готовится к заграничному походу и ждёт меня на западном берегу Нёмана. Думаю, в течение месяца Мы прибудем, чтобы возглавить освободительный поход по Европе. Используйте тот самолёт, на котором прилетел граф Строганов.

— Увы, Ваше величество, это было вооружение ополченцев, тот самолёт давно улетел на свою стоянку, — вступил в разговор Павел Строганов. И, предупреждая вопросы императора, добавил: — На вооружении русской армии нет самолётов, ракетных установок, крупнокалиберной артиллерии и танков, отличившихся под Полоцком. Всё это оружие направлено для ремонта и обслуживания на заводы графа Желкевского, убывшего для личного присутствия при этом в Донбасс. Да, собственно, боеприпасы у этих новинок закончились, а производство снарядов и патронов запрещено Вашим распоряжением, Ваше величество. Поэтому все эти новинки бесполезны.

— Как так? Повелеваю немедленно военному министру ввести все новинки в состав русской армии. И как можно быстрее доставить новейшие образцы Кутузову, — проговорил, взмахнув правой рукой, император, не сдерживая картавость и, как ни странно, по-русски. После победы Кутузова у русских дворян, особенно в столице, появилась мода отказываться от французского языка. Многие перешли на родной язык, а большинство иностранцев при дворе заговорили по-немецки, поскольку за десятки лет не удосужились выучить русский язык. Хотя служили русским императорам, интересно? Долго ли бы терпел Путин своих подчинённых, не знающих русского языка?

— Но, Ваше Величество, в казне не найдётся такого количества средств, чтобы купить всё это оружие и заплатить за боеприпасы, — выступил с поклоном министр финансов Дмитрий Александрович Гурьев, несмотря на пожилой возраст, входивший в круг фаворитов императора, тех же Кочубея, Чарторыйского и Новосильцева. По отзывам современников «обладал умом неповоротливым», что не помешало сделать неплохую карьеру при дворе и добиться чина действительного тайного советника. — Возможно, ли оплатить это оружие после войны? Когда начнут поступать контрибуции?

Все присутствующие взглянули на графа Строганова, Александр знаком разрешил тому ответить. Граф за десять лет общения со своим зятем Иваном Быстровым, графами Желкевскими, другими промышленниками России, неплохо ориентировался в современной промышленности. Тем более, что семья Строгановых владела многими заводами в Приуралье и на Урале почти три столетия. И производство изучали все мальчики в семье, допуская даже некоторых умненьких настойчивых девочек, чтобы не оказаться у разбитого корыта, как в ненаписанной пока сказке Пушкина. Забегая вперёд скажу, что семья Строгановых до самой революции сохраняла свои наследственные земли и владения, выкупая обанкротившиеся предприятия у нерадивых родственников.

В отличие от семейства Демидовых, уже к началу девятнадцатого века раздробленных на мелкие владения, рассорившихся между собой. Почти все Демидовы свои заводы передали в управление наёмным управляющим, предпочитая жить за границей или в столице империи. К концу девятнадцатого века Демидовы полностью исчезли, как род богатых промышленников. Вот так, всего за два века знаменитейшая и богатейшая в России семья промышленников ушла в небытие. Исключительно потому, что пыталась соответствовать меркам высшей знати и бездумно тратить деньги, чтобы старинные боярские и княжеские роды приняли новоявленных графов, как равных, а не выскочек. Да, забыли потомки оружейника Никиты Демидова, что принимают по заслугам и деньгам, а про знатность говорят, лишь тогда, когда нечем больше похвастать.

— Конечно, можно и так, провести оплату нового вооружения и боеприпасов после получения контрибуции, — согласился пожав плечами граф Строганов, улыбаясь Чарторыйскому и Кочубею, не отходившим от императора. Те ещё не получили почту из Парижа, где была напечатана их переписка с инсургентами и поляками, воевавшими в армии французов. Строганов был в курсе этих статей, беловодские агенты из его окружения привезли газеты графу ещё две недели назад. Позиции Строганова близ императора беловодцы максимально поддерживали, старались не играть его втёмную.