"Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Кострова Кристи - Страница 1005

К этому времени в Капстаде в беловодских кварталах постоянно располагались бараки для переселенцев из Европы, которых доставляли европейские суда лишь в южную Африку. Там же европейские капитан грузили свои корабли пряностями и другими товарами Дальнего Востока, чтобы отправиться обратно. А европейских переселенцев осматривали врачи, откармливали, многих прививали от оспы, одним словом, профилактировали, в ожидании отправки дальше на Восток, уже кораблями РДК или Беловодья, что суть одно и то же. К тому же, часть русских крестьян, по желанию, селили небольшими общинами вдоль реки Оранжевой. Земли там были нетронутые, бушмены-кочевники спокойно кочевали и не стеснялись подрабатывать пастухами возникающих русских деревень. Фермы или хутора не приживались вдоль реки Оранжевой, русские крестьяне предпочитали селиться общиной, образовывали маленькие деревни или выселки. Мы в эти дела не вмешивались, ограничиваясь охраной и закупкой продовольствия. Русский крестьянин не глупее нас, сам сделает, как надо, если дать ему землю, свободу и просто не мешать.

Буры так далеко на север ещё не добрались, а в наших планах изначально река Оранжевая рассматривалась южной границей будущих владений России вдоль Берега Скелетов. Да, там пустыня, и парусным судам невозможно пробиться к берегу сквозь прибой и камни. И, слава богу. Потому, что хорошо прикормленные за несколько лет буры совсем не возражали против подобного разделения территории. Уверен, они ещё и посмеивались, как в сказке «Кому вершки, а кому корешки». Мол, берите русские, что нам негоже. Даже документы выдали на русские владения в 1000 километров на север от реки Оранжевой, включая всю её дельту. А чего жалеть, всё равно севернее Оранжевой сплошь лежит пустыня и засушливая саванна, не привлекающая до сего времени буров. Собственно, мы и не собирались осваивать пустыню, дай бог, побережье реки Оранжевой заселить русскими.

Так вот, когда британцы в 1790 году, в расстроенных чувствах от проигранной войны в Европе и потерянных колоний в Азии попытались сменить власть в Капстаде, беловодская рота охраны помешала. Не просто помешала, а захватила все британские здания, причалы и весь каботажный флот. Пытавшиеся помешать этому три фрегата британской Ост-Индской кампании были в течение десяти минут пущены ко дну. Дальше получилось очень интересно! На следующий день на захваченные причалы прибыл бурский начальник порта и стал благодарить русских офицеров, оказавших помощь против агрессора. Ребята, хорошо изучившие инструкции, спокойно улыбались и даже угостили коменданта порта трофейным вином. Однако, когда комендант поинтересовался сроком передачи бывших британских владений городу Капстаду, парни также мило улыбнулись.

— Почему наши трофеи надо передать Вам? — Вежливо поинтересовался командир взвода, Николай Пургин, недавно вернувшийся из Ирландии, где набрался не только боевого, но и политического опыта общения с подобными хитрецами, привыкшими ловить рыбку в мутной воде, да ещё чужими руками. Сейчас Пургин имел чёткие недвусмысленные инструкции по захваченному имуществу, чем и наслаждался. — Насколько я знаю, трофеи всегда принадлежат тем, кто воевал за них, кто их захватил, не так ли?

— Так, но… — замялся от неожиданного отпора чиновник. Вскоре взял себя в руки и бойко продолжил, — эти причалы и склады британская Ост-Индская кампания построила самовольно, и не платила за них налоги. Всё должно быть передано городским властям!

— Почему бы это? — Неискренне удивился Николай. — Британская Ост-Индская кампания, насколько я знаю, продолжает существовать, обращайтесь за налогами к ней. Или в суд, если пожелаете. А причалы и склады сейчас принадлежат Русской Дальневосточной кампании, которая честно платила налоги всегда и собирается впредь сотрудничать с городскими властями. И от властей зависит, выставит ли РДК счёт по оплате защиты города Капстада от британских захватчиков или нет. Вы же в курсе стоимости русских боеприпасов?

— Пожалуй, Вы правы, — побагровел от возмущения комендант, с ужасом подсчитывая возможные последствия выставления подобного счёта. Словно в подтверждение его самых ужасных предположений, русские артиллеристы развернули орудия на кораблях в сторону порта и хищно покачали стволами гаубиц. Представив, что способны сделать с городом и его жителями русские, комендант порта похолодел и поспешил откланяться, заверив Николая в дружеских намерениях.

После недельных переговоров РДК получила льготное налогообложение в Капстаде, передав часть британских причалов городу. Кроме того, с бурами и городскими властями заключили договор о военном сотрудничестве и официальном закреплении огромных территорий по реке Оранжевой и севернее её за РДК. Радовались все, особенно буры, что за пустынные земли получили гарантии безопасности и часть британских причалов, не заплатив ни гроша. Мы с Иваном получили первый опыт приобретения земель у европейцев, отрабатывая будущие сделки с испанцами и французами, по покупке территорий в Северной Америке. Потому, что сделку с бурами и новые границы владений РДК в Южной Африке официально признали в Европе. Сначала в Голландии, затем в Дании, Франции, Испании. После этого мнение англичан нас не беспокоило.

Глава 7

Сквозь сон Сергей слышал, как мама хлопочет по дому, топит печь, выносит корм скотине и курам. В глубине души он понимал, что уже проснулся, и, батя не даст ему нежиться в кровати. Но, успокаивал себя тем, что сегодня-то его могут пожалеть, вчера он стал дипломированным инженером-химиком. Укрывшись одеялом с головой, парень честно лежал полчаса, пытаясь вернуться в сон, но, вскоре понял, что обманывает себя сам, придётся вставать, сон уже не вернуть. Откинув одеяло, он сел на кровати, свесив ноги, этот момент и застал вошедший в комнату отец.

— Что, встал? Доброе утро, умывайся, пора завтракать. — Старший Светлов вышел, прикрыв за собой дверь. Уже оттуда вспомнил, — буди этого лежебоку, тащи за уши!

Лежебока — восьмилетний брат Алёшка, сонно пробурчал что-то, отвернулся к стене, укрывшись с головой, как полчаса назад пытался уснуть сам Сергей. Он не спешил будить младшего, пусть поспит ещё десять минут, вспоминая себя в его возрасте. Оделся, сходил в уборную, которую два года назад сделали в доме, с унитазом, как в господских домах. Благо, тогда же по всей улице провели водопровод, и колодцы остались только для полива огородов. Из умывальника наскоро ополоснулся холодной водой, почистил зубы и провёл ладонью по щекам, в его двадцать лет бриться приходилось раз в неделю, не чаще. Светлая щетина была незаметна, хоть раз в месяц брейся, не как у темноволосых друзей, завидовавших Светлову. Хмыкнул, глядя в зеркало, причесал непослушный бобрик волос на голове, и, отправился будить младшего брата. В доме густо запахло варёной картошкой, мама уже подавала на стол, надо спешить.

Через пять минут за столом собралась вся семья Светловых — отец с матерью, два сына и три дочери-погодки, от двенадцати до девяти лет, младший грудничок спал, мама успела его покормить рано утром. Все ждали, пока отец возьмёт ложку в руку, а он, удовлетворённо улыбнувшись младшим девочкам, вышедшим завтракать с заспанными опухшими лицами, широко перекрестился на образа в красном углу, подождал, пока его примеру последует вся семья. Только после этого он сел, принявшись за еду. Ели из отдельных тарелок, давно прошли те времена, когда приходилось всем по очереди совать ложку в общий чугунок. Кроме Сергея, пожалуй, никто из детей и не помнит этого. Завтрак был привычным, картофельное пюре с молоком, да квашеная капуста. Что делать, в огороде зелени мало, рыба будет к обеду. Да и не принято было, у Светловых мясо с рыбой летом с утра есть, всё больше постное привыкли, зато вдоволь.

К окончанию завтрака заработало проводное радио. Привычный голос диктора бодро поздравил всех с добрым утром, перечислил температуру, точное время — семь часов утра, перейдя на местные новости. Ребята заинтересованно прислушались, а батя мрачно пожалел,