Врач-попаданка. Невольная жена дракона Генерала (СИ) - Фурсова Диана - Страница 31

Он был не таким, как яд в отваре. Не тем же самым.

Но из одной семьи.

Усыпляющий дым.

— Не вдыхать! — резко сказала она.

Слишком поздно.

Мира уже закашлялась, схватившись за горло. Сама Алина успела вдохнуть лишь краем — но и этого хватило, чтобы по затылку тут же поползла тёплая липкая слабость.

Рейнар ногой отбросил блюдце в коридор. Оно ударилось о стену, перевернулось, но дым уже успел разойтись.

— Окно! — хрипло бросила Алина.

Он метнулся к окну быстрее, чем Мира успела осесть на табурет. Створка распахнулась. В комнату ворвался ледяной воздух.

Слишком холодный. Слишком поздний. Спасительный.

Алина стиснула ножницы так, что заболели пальцы. Голова вдруг стала ватной, тяжёлой. Воздух будто загустел. Ноги налились свинцом.

Нет.

Нет-нет-нет.

Только не снова.

Рейнар уже был рядом.

— Аделаида.

— Не… подходите… — выдохнула она через силу, больше врачу в себе, чем ему. — Если вы… вдохнули…

— Немного.

Ложь.

По тому, как тяжело он моргнул, по слишком медленному вдоху она поняла: вдохнул больше, чем признаёт.

Проклятый, упрямый дракон.

Мира тихо всхлипнула у стены и сползла ниже.

— Её в коридор, — сказала Алина. — На воздух.

Слова давались тяжело. Язык будто толстел во рту.

Рейнар подхватил Мирy одной рукой почти легко и вынес за дверь. Вернулся сразу. Слишком быстро для человека с только что вскрытым плечом и остаточным жаром.

Глупец.

Полезный. Проклятый. Невыносимый глупец.

Алина шагнула к столу, но мир качнулся так резко, что ладонь сама ударилась о край дерева. Бутылочка из-под отвара звякнула и покатилась.

Не теряй сознание.

Только не в этой комнате.

Только не опять.

Она уже понимала главное: это не случайный яд. Не покушение на Рейнара. Не дым для целого крыла.

Это пришло под её дверь.

Её нового кабинета.

Враг услышал слишком быстро. Узнал, где она теперь работает. И пришёл не убить шумно, а усыпить, вынести, добить — как прошлую Аделаиду. Тихо. Удобно. Так, чтобы утром в доме снова зашептали о припадке.

Та, что не должна была выжить.

Не первая Аделаида.

Она. Нынешняя.

Вот кто раздражал их по-настоящему.

— Смотрите на меня, — резко сказал Рейнар.

Алина подняла голову.

Он стоял перед ней слишком близко. На фоне распахнутого окна, чёрного ночного воздуха и мечущегося света лампы его лицо казалось резким до боли. Но глаза были ясными. Слишком ясными для человека, который тоже вдохнул отраву.

Или просто упрямыми.

— Вы сейчас потеряете сознание, — сказала она.

— Нет.

— Это был вопрос не для вас.

Уголок его рта дёрнулся.

Даже сейчас.

— Можете идти к чёрту, — добавила Алина.

— Позже.

Она почти рассмеялась бы, если бы в висках так не било.

Слабость уже шла по телу, но не так быстро, как в первую ночь. Значит, дозу не рассчитывали на открытую комнату и ледяной воздух. Значит, тот, кто поднёс блюдце, рассчитывал, что она будет одна. Сидеть, склонясь над книгами, без окна и без дракона, который выкинет это за порог через секунду.

Неудача.

Для них.

Пока.

— Тарр, — хрипло сказала Алина. — Нужен Тарр.

Рейнар даже не обернулся.

Просто рявкнул в коридор так, что стены отдали эхом:

— Капитана сюда! Живо!

Голос был сильный. Слишком сильный для его состояния. И всё же она заметила, как после окрика он чуть повёл плечом.

Плохо.

Если действие дыма наложится на боль и жар, к утру она получит не одного пациента, а двух.

И одного из них будет очень трудно удержать в кровати.

В коридоре затопали шаги. Тарр влетел внутрь почти сразу, с двумя стражами за спиной.

Увидел блюдце у стены, распахнутое окно, Мирy на полу коридора и Алину, цепляющуюся за стол.

Лицо у него стало очень нехорошим.

— Никого не впускать в это крыло, — отрезал Рейнар. — Перекрыть лестницы. Проверить, кто был у дверей леди Вэрн последние полчаса. Ищите следы на полу, на окне, на перилах. Любого, кто бегал без приказа, — ко мне.

— Да, милорд.

— И лекаря сюда, но не Освина. Любого, кто умеет держать язык за зубами и не путать дым с благовониями.

Тарр кивнул и уже собирался исчезнуть, когда Алина сказала:

— Нет лекаря. Сначала… вода. И уголь. Нужно загасить остатки. И увести Мирy в мою спальню, не в общую комнату. Она вдохнула больше.

Капитан немедленно изменил приказ:

— Воду! Чистые полотна! Быстро!

Стража сорвалась с места.

Алина оттолкнулась от стола.

Ноги дрожали. Но стояли.

Очень хорошо.

Она ещё не проиграла.

Рейнар протянул руку — очевидно, чтобы поддержать.

Она посмотрела на неё.

Потом на него.

— Не смейте, — тихо сказала Алина.

Он медленно опустил руку.

— Вы упрямая дура.

— Зато живая.

— Пока.

— Именно. А значит, слушайте. — Она с трудом сглотнула. — Это было для меня. Не для вас. Не для нас обоих. Для меня одной.

— Я уже понял.

— Нет, — сказала Алина жёстче. — Вы поняли, что снова чуть не потеряли женщину под своей крышей. А я поняла другое.

Он сузил глаза.

Она посмотрела на стол. На бельевые книги. На медальон. На дверь. На своё новое место.

И всё встало на место с такой пугающей ясностью, что её даже качнуло не от дыма — от понимания.

— Они знают, где я, — тихо произнесла она. — Знают, что я делаю, что нахожу, куда иду дальше. Про платок, про Лиссу, про северную гостевую, про колыбель, про кабинет… всё. Слишком быстро. Каждый раз.

Рейнар не моргнул.

Алина подняла на него глаза.

— Это не слуга с длинным языком. Не одна испуганная прачка. Не случайная сплетня. — Она выговорила каждое слово медленно, отчётливо, потому что это было важнее слабости в ногах. — Это кто-то внутри вашего дома. Близко. Тот, кто слышит приказы раньше, чем они заканчиваются.

Тарр, вернувшийся с водой, застыл в дверях.

Рейнар смотрел на неё так, будто именно этот вывод ждал и боялся услышать одновременно.

— Да, — сказал он наконец.

Одно слово.

Тяжёлое. Холодное. Страшно спокойное.

Алина медленно выдохнула.

Вот оно.

Не внешняя угроза. Не незнакомец в плаще. Не далекий род Равенскар сам по себе.

Враг сидит в доме.

За стеной. За столом. На лестнице. Может быть, подаёт воду. Может быть, поправляет шторы. Может быть, желает доброго утра и называет её миледи.

И именно это пугало сильнее всего.

Потому что тут нельзя просто запереть дверь.

Глава 11. Очередь у двери

К рассвету дым выветрился, но дом всё ещё пах покушением.

Не тем сладким, липким запахом из глиняного блюдца — его выбили холодом, водой и руганью капитана Тарра. Нет. Теперь в воздухе стояло другое: настороженность. Та особая, почти животная тишина, которая рождается в местах, где за одну ночь слишком много раз пытались кого-то заставить замолчать.

Алина не спала.

Лежать в спальне после всего не было смысла. Сначала она проследила, чтобы Миру уложили в её покоях, напоили тёплой водой и не оставили одну. Потом заставила одного из стражей принести уголь и закрытые кувшины. Потом сама вымыла стол в кабинете второй раз — уже не потому, что нужно, а потому, что рукам требовалось дело. А под утро, когда за узким окном проступил серый свет, просто села на табурет и уставилась на дверь.

Своя дверь.

Свой кабинет.

Своё место, под которое уже успели подбросить сонный дым.

Очень красноречиво.

На столе лежали бельевые книги, сложенное письмо с вензелем Равенскар, медальон Селины на платке, записка с именами раненых, которую принёс Освин дрожащей рукой, и две стопки чистого льна. Рядом — лампа, почти догоревшая, ножницы и пустая чашка.

Нелепый набор для новой жизни.

Но именно на него сейчас и держался её мир.

В дверь постучали на рассвете.