"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 1494

Я понимаю, что это означает. И я — на правильном пути, если Система так переполошилась.

И у меня в голове, сами собой, выстраиваются нужные предложения, будто сработал автопереводчик:

«Внимание! Нарушение охранного периметра! Блокировка! Блокировка! Срочно перекрыть вход в машину переноса НЕ.Р. В! Срочно извлечь Нейронафта пять точка ноль!»

Я же не останавливаюсь, и, под мой бешеный хохот, продолжаю выдирать цепи из своего мозга, чтобы навсегда избавиться от внешнего контроля.

Уверен, там, наверху, в лаборатории, если мне удастся довести начатое до конца, будут поставлены перед фактом, и уже не смогут ничего с этим поделать.

Им придется принять правила новой игры, а в меня слишком много вложено, и я дошел до рубежей, которых ещё никто и никогда не достигал.

Азарт игроков и жгучее желание убить меня здесь, в Сотканном мире, перевесят, и они продолжат начатую партию, чтобы довести её до конца любой ценой.

И, поэтому, меня не извлекут, и не откроют капсулу, а спустят на меня всех собак, чтобы прикончить в одном из слоёв этого Лабиринта, откуда мне придётся потом самостоятельно найти выход.

Я дергаю за ещё одну цепь. Она поддаётся с трудом. Заякорилась, как надо, и я тяну её из последних сил, будто стараюсь выдрать корабль из трясины.

Раз!

Раздается треск. Боль пульсирует, как сумасшедшая, и я извлекаю из себя последнюю связь с ограничивающей меня программной оболочкой из внешнего мира.

Теперь я здесь сам по себе. Один в поле и, при этом, — воин!

Надрывный голос Системы сразу же обрубается, будто его здесь никогда и не было, и вокруг меня воцаряется мертвая тишина, а прямо передо мной я вижу такие, немного неровные предметы, напоминающие кубики графитового цвета с серебристым оттенком.

Они висят в пространстве. Крутятся, вертятся, хаотично перестраиваются, как в головоломке, и вращаются вокруг своей оси, на небольшом расстоянии друг от друга.

Я догадываюсь, что я вижу своё сознание, которое избавилось от блокировки и контроля со стороны Системы.

Это — моя исходная версия. Так сказать — чистовик, который я принёс сюда. И, теперь, мне нужно перестроить его под условия Сотканного мира, чтобы стать над остальными.

И я делаю это. Просто произвожу такие движения руками, с видом от первого лица, точно хочу изменить конфигурацию этих кубиков.

Взмах!

Сегменты перестраиваются. Одни уходят вниз, другие поднимаются вверх. Остальные перемещаются по горизонтали, слева-направо и справа-налево, крутятся, меняя свои грани.

Со стороны это похоже на сборку адского кубика Рубика, а я, всё увеличиваю и увеличиваю скорость этой перестройки своего сознания.

Мои руки так и порхают в воздухе, как у дирижёра, сами по себе, по замысловатой траектории, словно заданной некой программой, вложенной в мой разум.

Хаос, который обретает строго заданную форму.

Наконец, я заканчиваю эту переделку, и элементы сцепляются друг с другом, жёстко садясь на свои места, как будто вставляясь в пазы.

Теперь кубики составляют прямоугольный монолит, такой каменный блок, без щелей и просветов между гранями.

Этот черный обелиск висит передо мной, и, медленно вращается вокруг своей оси, а его мрачные грани тускло вспыхивают белым неоновым светом.

«Я, на самом деле это сделал? — думаю я. — Действительно перестроил сознание под условия этого места? И, всё это не сон, и — не бред сумасшедшего, а новая реальность? Новая реальность Сотканного мира?»

Остаётся только это проверить. Я хотел получить датчик движения, даже скорее — датчик присутствия тварей.

Это не может быть электронная приблуда, которая реагирует на изменения окружающей среды, или присутствие запаха с вибрацией.

Здесь рулит — иная физика! Чуждая всему человеческому и, поэтому, нельзя подходить к ней со своими правилами.

Я должен понять, как это работает в Лабиринте Бесконечности. Увидеть этот мир глазами тех тварей, которые в нём обитают. И, если здесь всё взаимосвязано друг с другом, а каждая часть этой вселенной, одновременно является и отдельным существом, и частью всеобщего организма, то, между всем и всеми, здесь, должны быть связи — нити, которые сплетают эту ткань в единое целое, как нервные окончания.

«Паутина! — возникает у меня в мозгу. — Это должно быть, чем-то вроде паутины, только в мегалитических масштабах! И, если я уловлю эти незримые нити, то, по их колебаниям я, как паук, смогу определить, с чем я имею дело! Расстояние до цели. Её конфигурацию и прочие особенности! Воистину, я нахожусь в Сотканном мире!»

Думаю, именно так меня и нашла та — первая тварь с молотом, которая неотступно шла за мной по бесконечным туннелям Лабиринта и размозжила мою голову ударом кувалды. Теперь — мой черёд оторваться по полной! Писец вам всем!

Как только я об этом подумал, как меня мгновенно выбрасывает из моего же подсознания в реальность Сотканного мира, на Свалку.

Бах!

Я оказываюсь там, где я и стоял, с оружием в руках, в тумане. Вот только, само пространство изменилось. Радикально преобразилось, да так, что мне хочется воскликнуть:

«Теперь я вижу ЭТО! Я вижу… ЭТО, чтоб меня черти разорвали!»

И я улыбаюсь, совсем, как безумец, который решил, что его час настал…

Эпизод 5. Бионическая многоножка

Моё зрение. Оно стало другим. Изменилось, будто получило иную надстройку. Скрытый диапазон, который раньше для меня был заблокирован. Пока я был человеком.

Сейчас я вам покажу, что я сейчас вижу.

Прямо передо мной, как бы в воздухе, висит паутина — точнее — тончайшие нити. Сотни, тысячи нитей. Миллионы! Да им просто нет числа! Бесконечное число нитей, сплетённых вместе в хаотичную сеть, типа нервной, которая уходит от меня, пронзает туман, и простирается всё дальше и дальше, пока не исчезает из вида.

Я кручу головой, и сеть, тоже движется, меняется. Нити перестраиваются. Одни натягиваются, а другие исчезают, и, на их место, приходят другие.

Всё это похоже на то, как если бы надел шлем дополнительной реальности, только реальности Сотканного мира.

Я, по-прежнему, целюсь из оружия в туман, и вижу пространство через эту паутину, которая разделила Свалку на множество небольших секторов — ячеек, в каждой из которых есть свой символ, похожий на рунический знак.

«Это, — думаю я, — скорее всего порядковые номера, чтобы я мог определить в какой из зон находится… Что находится?.. — и сам себе отвечаю. — Враг мой!».

Точняк!

Секторы в этой паутине, они… как бы вам это описать? Мёртвые. Ничем не подсвечены. Просто блёклые картинки цвета серой плоти с белёсыми прожилками у меня перед глазами. Десятки тысяч объёмных, 3Д-картинок, со своими номерами. Они, будто полупрозрачны, и я вижу сквозь них всё, что находится на Свалке, словно у меня теперь фасеточное зрение, как у насекомых.

Интересно? Как этим пользоваться, а?

А вот я сейчас это и проверю!

Медленно кручусь, стоя на месте. Делаю полукруг, целясь из дробовика в туман, тщательно следя за показаниями в паутине.

«Мёртвая. Мёртвая, — шепчу я, наблюдая за ячейками, — ничего, снова ничего, — я уже начинаю разочаровываться в этой приблуде, как… — Вот оно! Попался, сучара!»

Едва я совершаю почти полный оборот, и навожу ствол на мрачную биомеханическую громаду, которая находится от меня метрах в тридцати, как, одна из ячеек в паутине меняет свой цвет на грязно-бордовый, такой, знаете, мясной, и она начинает едва заметно дрожать.

Символ в ячейке тоже начинает мерцать — сигнализировать мне, что в этом секторе, кто-то есть.

Эта вибрация передаётся по струнам ко мне, и я реально ощущаю себя пауком, который находится в центре своей паутины, и ждёт, когда жертва попадёт в его сеть. Только здесь — я — подвижный охотник.

Не убирая пальца со спускового крючка, я начинаю медленно, очень медленно и осторожно идти к отмеченному сектору.

Биомех, тоже, будто очнувшись от сна, семенит за мной.