"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 1406

— Беги, Картер! — прокричала в моей голове Лекса.

Бежать? Люди не догадались бы, что определенные грибы съедобны, если бы не нашелся смельчак, готовый их попробовать. Я решил рискнуть: выключил живую броню и активировал «Блеф».

«Нет, Большой друг!» — закричала Алиса, поняв мои намерения.

— Привет, — как можно дружелюбнее сказал я, касаясь модуля.

Эффект был примерно таким, как если бы я сунул руку в мясорубку. Пальцы стерло до костей, вспышка боли оглушила, а кровь впиталась в поверхность модуля и выплеснулась плоскими круглыми брызгами, как конфетти из красной фольги, зависнув в воздухе.

Модуль снова колыхнулся, и его поверхность пошла волнами — кубики провернулись. Ах ты ж тварь, понравилось? Или пытаешься что-то сказать?

Стерпев боль и стиснув зубы, я сосредоточился на происходящем с модулем. Он не приближался, хотя мог бы стереть меня, раскатать на двумерное мясное конфетти. Лишь борта модуля снова заволновалась, как будто он приглашал меня сделать еще одну попытку.

Интуиция погасила здравомыслие, до конца «Блефа» еще оставалась пара секунд, и, вместо того чтобы рвать когти, я коснулся модуля второй рукой, мысленно сжавшись в предчувствии новой боли…

…и ничего не произошло. Прикосновение пальцев к горячему металлу откликнулось зудом в подушечках, словно руку сухим и шершавым языком лизнул пес.

«Блеф» закончился, я заменил свою копию, когда все еще касался модуля. И не умер.

Убрав руку, я изучил пальцы — целы.

Спиннеры?

Словно услышав меня, Алиса вернулась. «Модуль изменил мерность и структуру, сделав ее безопасной для тебя, — сказала она. — Это может быть уловкой».

Ее напряжение передалось и мне, хотя куда больше. Безоружный в клетке со львом чувствовал бы себя безопаснее, чем я сейчас.

Стенка модуля успокоилась, ее поверхность стала такой, как прежде. Входная щель расширилась. Я огляделся — никто не подкрадывался со спины, гиперкубы не зависали угрожающе в воздухе. Были только я, посадочный модуль и спиннеры, которые, впрочем, на глаза не попадались.

«Да и хрен с ним», — подумал я и вошел в модуль, ощутив, как в последнее мгновение спиннеры вернулись.

Щель за мной заросла. Внутри все было как прежде, а интуиция промолчала. В чем подвох?

Коснувшись панели управления, я с удивлением услышал гул включившейся антигравитационной подушки. Так…

— Картер, вернулся контроль над модулем, — уведомил Убама. — Что произошло?

— Я в модуле.

Наверное, эта новость произвела эффект разорвавшейся гравитационной бомбы, потому что очень долго, почти минуту, эфир молчал. Я подал команду вернуться на рейдер, и модуль спокойно взлетел.

Когда мне ответили, модуль уже приблизился к застывшему над ним «Пустотному клинку» и ждал открытия шлюза.

— Картер, прости, но мы не можем принять тебя на борт, это коллективное решение, — сказал Убама. — Мы даже не уверены, что ты — это ты. Ты был в прямом контакте с неизученной и крайне опасной формой жизни.

Я подавил вспышку гнева и глухо поинтересовался:

— Лекса?

— Была против. Пришлось ее нейтрализовать. Не волнуйся, она в порядке. Проснется через несколько часов.

— Ну вы и гады, — пробормотал я, понимая, что они правы. — А ведь я тебя спас, рехегуа.

— Я этого не забуду, — сказал тот, после чего рейдер взмыл в небеса.

— Если не выживешь, мы позаботимся о твоем потомстве, — добавил Оран’Джахат. — Прости, босс.

Хитамы промолчали.

«Алиса, Мария, Виктория, вы-то еще со мной?» — мысленно поинтересовался я.

«Не могли тебя бросить, — несколько виновато отозвалась Мария. — Модуль, вернее, то, во что он преобразован, все еще опасен, однако он в стабильной фазе. Виктория пытается войти в контакт с ним».

«Уже вошла, — откликнулся старший матриарх. — Гиперкуб недостаточно разумен, чтобы ответить, но его рефлексы на мое зондирование подтверждают: он не агрессивен».

«Чего он хочет, Виктория?»

«Просто быть рядом с тобой. У него произошел своего рода импринтинг».

«Что еще за импринтинг?»

«После гиперпрыжка его связь с другими гиперкубами Ксенны прервалась, сознание, если и было, обнулилось. Когда ты коснулся модуля, развитие гиперкуба получило толчок, как будто часть твоей личности стала его. Теперь он считает тебя своим родителем».

«У меня уже есть дочь», — проворчал я, потому ничего другого на ум не пришло. Я снова стал папой, твою мать! И кому?

И что делать? На посадочном модуле покинуть планету? Ладно, чертов рехегуа, но хитамы! Оран’Джахат! Я же их босс, как они могли так просто меня бросить?

Так, но у меня же есть сгибатель пространства! А что, если…

— Убама, чтоб тебя хитамы съели, ты там?

— Так точно, Картер. Решаем, что делать. Синханни предлагает отправить за тобой автономный корабль, который тебя заберет. А мы дождемся тебя на Ксенне. Если ты выживешь и… — рехегуа запнулся, что было для него совсем не характерно.

— Что «и»?

— И докажешь, что ты — это ты.

— И как я это докажу?

— Мы подумаем.

— Да иди ты знаешь куда! — снова вспыхнул я. — Забирать меня не надо, просто оставьте груз с ресурсами. Я прыгну в Бездну сам. Гиперкуб не опасен, я его приручил.

— Груз оставим на планете, — ответил Убама, проигнорировав информацию о гиперкубе. — Предупреждение: не приближайся к нам, пока мы не улетим.

«А то что?» — хотел спросить я, но, скрипнув зубами, просто согласился, посадил модуль у кратера, а пока ждал их, злость окончательно ушла. В конце концов, они правы. Неизвестность пугает, и уж кому, как не Убаме с Синханни, знать об опасностях неизвестных форм жизни. Древняя цивилизация рехегуа вымерла по вине стражей типа «Гардисто», ксеннианцев уничтожил астероид, заразивший всю планету мутагенами, с которыми даже Разум не в силах справиться, а рапторианцы… Оран’Джахат и Кема с Тианом, скорее всего, считают, что их босс мертв, а значит, их новая задача — сохранить его команду.

Когда рейдер появился в небе, у меня возникло жуткое желание все-таки приблизиться, догнать и, пробив дыру в обшивке, заявиться внутрь и заорать: «Вот я, Картер Райли, видите? Ничего вам не угрожает!» — но здравый смысл взял верх. Наоборот, это только утвердит их в мысли, что я опасен.

Проинспектировав инвентарь, я убедился, что стержни Предтеч все еще со мной. А то было подозрение, что многомерный гиперкуб мог как-то повредить содержимое моего пространственного кармана. Пока команда недалеко, стоило поинтересоваться, что из себя представляет второй стержень со дна каменного яйца.

— Убама, в контейнере Предтеч я нашел два инфопакета. Один выглядит так же, как тот, что я находил на Агони. Второй не распознан интерфейсом, похож на черный четырехгранный стержень. Спроси, может, кто-нибудь знает, что это?

Рехегуа ответил сразу:

— Четырехгранные стержни использовались древними рехегуа как стабильный носитель информации. Возможно, они контактировали с Предтечами или находили их артефакты.

— Как считать его содержимое?

Некоторое время Убама молчал и ответил, лишь когда «Пустотный клинок» уже улетал:

— На Сидусе тебе не помогут, Разум изымает подобные находки. Синханни говорит, что на Ингусе есть рехегуанский клан Джехека, который специализируется на поиске и обработке информации с подобных носителей. Они могут помочь.

— Тогда увидимся на Ингусе, рехегуа. Берегите Тигра и присмотрите за Лексой, чтобы не наделала глупостей. Вернусь… если вернусь из Бездны, у нас будет серьезный разговор.

— Мы знаем, босс, — сказал Кема. — Чтобы ты знал, мы с Тианом воздержались, когда голосовали.

— Босс, возьми нас с собой! — ворвался в эфир Тиан.

Подумав, я отказал: неизвестно, как модуль среагирует на других. Со мной дружелюбен, с другими — не факт.

— Босс, передать Лексе, что ты ее любишь? — поинтересовался на прощание Оран’Джахат.

— Э… — Я аж поперхнулся. — С чего ты решил это спросить?