"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 1394

Но универсальный мод метаболизма работал так, что позволял не просто выжить, но и спокойно существовать при почти любой атмосфере и температуре — пока хватало ресурсов организма. Грубо говоря, он на ходу отсеивал все лишнее, в том числе избытки тепловой энергии, позволяя проникать в тело только тому, что ему действительно нужно. А если этого не хватало, спокойно синтезировал одно из другого. Другое дело, что в чрезмерно агрессивной среде ресурсов организма надолго не хватит, но все обитаемые планеты Коалиции были относительно комфортны для человека, и мы могли там жить без какого-либо дискомфорта, разве что в каких-то случаях моду понадобится больше материала для переработки.

Я задумался об этом, глядя на членов моей команды, занявших свои места, чтобы легче перенести гиперпрыжок. Слева от меня Лекса, спокойная и сосредоточенная. Справа — рапторианец Оран’Джахат, мой летописец и завхоз. Далее от него хитамы Кема и Тиан вертелись в креслах, принявших более привычную рапторианцам форму. Напротив нас сидели Шан Юн с подчиненными — его личным бухгалтером Жу Инчи, Кристиной, променявшей меня на бывшего дракона Триады, а также работягами с лайнера, принятыми Грегом Головой в бандиты, Йозефом и Хуаном. Где-то на капитанском мостике, слившись в единое сознание с кораблем, находился рехегуа Убама.

Более пеструю команду сложно представить. Я задумался о том, что было бы, если бы юяй не похитили Ирвина, Хоуп, Шака и Юто. Наверное, мы все еще были бы на Сидусе, осваивали бы Арену и пытались найти свой путь в галактике. Впрочем, могло выйти и так, что я был бы давно мертв, ведь уже тогда кур’лык Анак Чекби знал, кто я есть, и ничто не мешало ему начать на меня охоту. Или обратить меня в немертина, ведь «Блеф» я получил после драки с Грегом Головой, а с ним можно было и не столкнуться при тех же условиях, подаривших редкий мод…

Глядя на синеву гиперпространства за иллюминатором, я продолжил размышлять, а представив, сколько вариантов могло быть у моей истории, осознал, как кардинально меняет будущее даже самый маленький шаг, поступок или слово, превращая твою жизнь в невесть что.

Вообще, раньше я за собой такого не замечал и связывал пробудившуюся догадливость с развитием «Разума». Ну, или интеллекта. Я все еще не такой умный, как мои телохранители, но думать начал куда больше, чем раньше.

Вот и сейчас меня одолевали сомнения. Верно ли я поступил, не оставив Шана Юна и его бандитов на Агони? Заслуживал ли Туканг Джуалан такого к себе отношения? Я ограбил его, присвоив партию ценных ресурсов, тогда как он подарил мне отобранный Верховным советом «Пустотный клинок». И правильно ли мы сделали, что прыгнули на Базар не за свои монеты? Агони мы покидали с набитым грузовым отсеком и, чтобы сберечь монеты, решили совершить гиперпрыжок в систему Тиру, воспользовавшись токеном Братства Опустошителей. Именно в этой системе, четвертая от местной звезды, находилась планета Ингус, прозванная людьми Базаром.

Мои опасения оправдались. Рехегуа Убама, стоило нам выйти из гипера, своим, как обычно, безэмоциональным и трескучим голосом объявил:

— Это не Тиру, капитан. Токен Опустошителей забросил нас в открытый космос вне какой-либо звездной системы. Сопоставляю звездные карты… Местоположение определено, ближайшая звезда — Табби, но она в двух световых годах отсюда. Активирую протокол безопасности, все силовые щиты работают на всю мощность, подача энергии во второстепенные отсеки отключена или снижена…

— Я же говорил! — прошипел Кема, пока Убама монотонно перечислял пункты протокола. Хитам почернел еще больше и стал похож на дыру в пространстве, ведущую в великое ничто. — Босс, бесплатная корова только в небе!

— Бесплатный сыр только в мышеловке, — поправил его знаток нашей культуры Оран’Джахат. — Мыши — это вроде гкхом’миакк’тигурра нашего капитана, только дикие, летают и любят сыр. Но пока ничего страшного не произошло, и прыжок отсюда в Тиру обойдется нам намного деше…

Он запнулся, потому что корабль сильно тряхнуло, взвыли двигатели, затрещал корпус, и все мы вцепились в поручни кресел. Снаружи что-то происходило.

— Капитан! — обратился ко мне Убама, когда я уже и сам хотел спросить его, что случилось. — Нас захватили в гравитационный луч. Чтобы вырваться, не хватает тяги. Кто именно — неизвестно, все сканеры молчат. Приказы?

— Хотели бы нас прикончить, уже бы прикончили, — подумав, ответил я. — Скорее, хотят познакомиться. Или ограбить.

— Согласие: понял, гашу двигатели и жду развязки.

Да, хитам прав, использовав бесплатный токен, мы сами отдали себя в руки дарителей, но чего теперь кулаками махать? К тому же уж слишком сложная комбинация для Опустошителей с приличной долей везения. Ведь я мог просто пройти мимо их рисунка на стене космодрома. Да и не стали бы они дарить подарки кому попало. Значит, изгнание с Сидуса автоматически делает меня их потенциальным союзником. А союзников не встречают сгустком плазмы в лоб.

Минут десять нас затягивало, но куда именно, понятнее не стало. Со стороны показалось бы, что наш маленький рейдер движется назад и по диагонали, причем с выключенными двигателями. Видимо, вблизи поле невидимости, окружавшее объект, который нас притянул к себе, работало не так эффективно, и Убама понял, что это за объект.

— Наблюдаю источник гравитационного луча. Возможно, космическая станция, но не исключаю, что это сверхмассивный космический корабль, предположительно класса «крейсер», типа «колосс», модель неизвестна, такие не производят ни на Сидусе, ни на родных планетах рас Коалиции, — сообщил рехегуа. — Однако искажающее поле, дающее объекту невидимость, идентифицировано: это устаревшая технология вольтронов. На Сидусе ее развили, снизив неэффективную дистанцию до трех десятых коэффициента Веерстанда.

— Это вольтроны? — встрепенулся Шан Юн. Из его скудных рассказов о своем прошлом я знал, что бывший дракон в молодости попал в руки конкурирующей бандитской группировки, где его пытали электричеством. — Только не вольтроны…

— Да кто бы там ни был, лишь бы не ограбили, — прорычал Оран’Джахат. — У нас груза на сотню тысяч монет!

— Ну, пусть попробуют, — хмыкнул я. Спиннеры во мне спали, но пробудить их — дело мгновений.

Странно, что даже на связь с нами никто не выходил. Словно сработала полностью автоматизированная система, должная засечь вышедший из гипера корабль и затянуть внутрь.

Наш рейдер снова тряхнуло, когда гравитационный луч поставил его на твердую поверхность. Амортизаторы сработали исправно, а Убама, который благодаря слиянию мог видеть все, что происходит вокруг рейдера, сообщил:

— Мы в ангаре, забитом транспортом. Идентифицировано: сто восемьдесят четыре объекта, восемь классов космических кораблей, одиннадцать видов — по расовой принадлежности. Живых нет. Сканер показывает, что крейсер пуст.

— Час от часу не легче, — сказала Лекса. Она отстегнула ограничители, поднялась и потянулась так, что на это зрелище обратили внимание все люди — посмотреть было на что. Только Крисси скривилась. — Как там с условиями, Убама?

— Атмосфера универсальна для всех рас Коалиции, — ответил рехегуа. — Температура — одиннадцать целых и четыре десятых среднегалактических единиц. Ваши универсальные моды метаболизма справятся.

Ангар казался необъятным и по размеру превышал десяток футбольных полей, километра три только в одну сторону, и, как и говорил Убама, был полон заброшенного космического транспорта. Да из этого богатства можно построить целый флот! Но когда Кема, Тиан и Лекса попробовали войти в самые современные корабли, ничего не вышло. Получалось, что транспорт был не таким уж и заброшенным, да и не выглядел таковым. Место скорее напоминало общественную парковку флаеров на крыше супермаркета.

Четверть часа мы бродили по ангару, освещенному, но без видимых источников света, со странным покрытием, напоминавшим асфальт. Увидеть человеческий асфальт на инопланетном крейсере было неожиданно, особенно когда стало очевидным, что он не идеально ровный, а с выбоинами, как на давно забытой сельской дороге.