"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 1383

Впрочем, понятно, что Анак Чекби их не использовал не из-за этой странности, а из-за ограничения на активацию — ему нужен был третий предмет. Возможно, так сделано, чтобы вида своего первые определяли последнего, кто останется в живых, при более-менее равных возможностях.

Интересно, а что произойдет с собственной реликтовой модификацией кур’лыка? Какая она? И неужели сгинет вместе с трупом в этом карманном измерении?

Ни на что особо не надеясь, я активировал коллекторский мод, который давно пищал, уведомляя о том, что у него появилась работа.

Обнаружены останки гражданина Сидуса!

Идентификатор: Анак Чекби, кур’лык, торговец 13-го уровня.

Доступны для вытяжки: 94,36 монеты Сидуса, генетические модификации «Улучшенное расширенное зрение», «Универсальный мод метаболизма»…

Список модов кур’лыка поражал воображение — их были сотни. Генетические, боевые, универсальные, профессиональные — и все не менее эпического качества. Венчал список реликтовый мод «Клыки Предтеч», шанс на вытяжку которого у меня всего лишь 5%. Мелькнула мысль оставить тело здесь или спрятать его в карманном измерении Лексы, куда она затаскивала меня ради секса, а самому заняться прокачкой коллекторского мода, чтобы повысить шанс на вытяжку, но я отмахнулся от нее. Нет времени.

Мод успешно вытянул монеты и пару десятков модов. «Клыков Предтеч» среди них не оказалось, как бы я ни перечитывал список добытого. Все остальное разрушилось.

Тело кур’лыка сразу иссохло, пожелтело, покрылось трупными пятнами, словно только моды поддерживали его цветущий внешний вид и здоровье.

И в этот момент коллекторский мод снова пискнул:

«Вида своего первый» получает 100% вероятность на вытяжку реликтовой генетической модификации другого «вида своего первого».

И в следующее мгновение у меня в руке оказалась пара сцепленных, будто примагниченных друг к другу маленьких клыков, похожих на зубы велоцираптора, что я видел в Музее естественной истории.

Клыки Предтеч

Реликтовая генетическая модификация.

При использовании навсегда интегрируется в челюстную структуру пользователя на молекулярном уровне, образуя выдвижные клыки абсолютной прочности.

Клыки активируются по желанию носителя и способны проникать через любые защитные материалы или энергетические щиты, обеспечивая значительное усиление в ближнем бою.

Требования: галактическое достижение «Вида своего первый».

Внимание! Эта модификация изъята у другого владельца достижения «Вида своего первый». Ее активация возможна только при наличии не менее трех предметов, изъятых у других вида своего первых.

Оценочная стоимость: 3000 монет Сидуса.

Интерфейс взвыл, обнаружив, что я новый владелец сразу трех чужих реликтов Предтеч, и заслонил обзор полотном текста:

Хомо Картер Райли, вы получили чужую награду «вида своего первого». Вам доступно задание Разума Сидуса!

Идентифицируйте и ликвидируйте других обладателей достижения «Вида своего первый», чтобы изъять все реликтовые модификации комплекта «Доспехи Предтеч», состоящего из тринадцати предметов.

Награды за выполнение задания: достижения «Последний вида своего первый» и «Доспехи Предтеч», дарующие вечную жизнь и абсолютную неуязвимость.

Штраф за отказ от задания: −13 000 000 очков гражданского рейтинга.

Хомо Картер Райли, принять задание Разума Сидуса?

Похоже, мне не оставили выбора.

Глава 11

Найти и уничтожить

Задумчиво покрутив в руке все три реликта: Клыки, Сеть и Когти, — я активировал их. И тут же загнулся от бешеного зуда во всем теле, а больше всего — в руках и челюсти.

Пока организм менялся, я размышлял, практически сразу осознав, что окончательно перестал понимать, чего добивается Разум.

Зачем Предтечи создали Сидус? Зачем клеймить первых представителей расы, познанных Разумом, «вида своего первых», а потом стравливать между собой?

Думать об этом можно было сколь угодно — ответа я все равно не найду, как бойцовые псы, стравливаемые людьми ради потехи, вряд ли способны постичь замысел своих хозяев. Но все равно озадаченный мозг воспринял задачу серьезно и продолжал работать над ней.

Арена выявляет хороших бойцов, позволяя им в реальных битвах оттачивать мастерство, но как оно может пригодиться в галактике? Не проще ли собрать все возможные боевые алгоритмы в искусственном разуме боевого робота — из умных непробиваемых сплавов, с бесконечным источником питания силовых щитов и убойным оружием? Это если говорить о боях при гравитации, а уж в холоде вакуума явно полезнее был бы мощный флот, которого пока даже нет у Сидуса.

Что-то не бьется.

Минута ушла на то, чтобы проверить новые возможности. Клыки Предтеч вырастали из десен, раздвигая зубы, но размерами не впечатляли — очевидно, человеческий рот не приспособлен под крупные челюсти, как у орков. Когти становились продолжением пальцев. Сеть загоралась в руке осязаемым шариком, который нужно было метнуть в цель.

Все три реликта замечательно смотрелись бы в Колизее во времена Древнего Рима, но сейчас выглядели бесполезными. Не представляю, что бы мог противопоставить я тому, у кого в руках плазмаган, хотя… Минутку, а ведь я — обладатель Щита Предтеч, живой брони — никакому оружию его не пробить, кроме… правильно, кроме Когтей и Клыков. То есть даже наградные реликты — всего лишь оружие против себе подобных вида своего первых?

Решив, что вопрос не срочный, и деактивировав все, я беспрепятственно покинул служебное измерение торговца и направился к выходу. Входная щель, вопреки опасениям, что без Анака Чекби она меня не выпустит, раскрылась, и в торговый зал сразу проник шум улицы Галактического рынка.

Синхронное шипение двух хитамов, Кемы и Тиана, тут же ударило в уши:

— Прости, босс, что оставили тебя, кур’лык оказался умнее, чем мы…

— Поверьте, Анак Чекби оказался умнее всего Верховного совета и обвел вокруг пальца не только вас.

— Вокруг пальца? — удивился Кема.

— Это идиома хомо, значит «обманул», — пояснил Оран’Джахат и поинтересовался: — Босс, ты в порядке?

— В порядке.

— Кур’лык?

Я прислушался к Разуму. Если он читает мысли всех своих граждан, то убийство кур’лыка уже должно было сказаться на моем рейтинге… Ничего. Интерфейс молчал, бестелесный голос Разума не прозвучал, мой гражданский рейтинг не поколебался.

— С ним был неприятный разговор, — ответил я. — Не здесь.

Заметив, что я вышел, из магазина человеческой одежды напротив выглянула Лекса. Сделала вопрошающий кивок, я кивнул в ответ, и девушка с клеткой, где сидел Тигр, направилась к нам.

— Лекса, свяжись с Хангом и Женевьевой и скажи, что у меня важная информация.

— Сейчас. — Ее взгляд остекленел. Ханг, видимо, ответил ей сразу же, потому что секунд через пять она сказала: — Нас ждут в магазине виниловых пластинок. — Заметив недоумение на моем лице, объяснила: — Это магазин Ханга, прикрытие Института.

Держать при себе обоих хитамов не было смысла. Тиана я отправил в «Буйную флягу» присмотреть за Шаном Юном и его бандитами, а Кему, к которому привык, взял с собой. Хотя без подсказок интерфейса я все еще вряд ли бы различил хитамов — они же как из инкубатора. Впрочем, возможно, так и было.

Тиан двинул своим ходом, арендовав летающую платформу, а мы погрузились в «Рапиру» и отправились в квартал хомо.

И снова лавирующий вертикальный взлет и приземление заняли больше времени, чем сам путь — лететь оказалось всего ничего, добрались за секунды. Салон «Рапиры», по заверениям Оран’Джахата, был защищен от прослушивания, поэтому я вкратце рассказал обо всем произошедшем. О роли спиннера в смерти Анака Чекби умолчал, как и раньше. В моей версии кур’лык меня атаковал, и мне пришлось свернуть ему шею.