"Фантастика 2026-61". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Комарова Марина - Страница 1312

Дальше я шел как по минному полю. «Пляшущие тени», признак внепространственных паразитов, отсутствовали. До артефакта оставалось буквально три шага, когда я замер. По спине полился холодный пот — все это время внепространственный паразит был у меня на виду, я смотрел прямо на него и до этого, но только сейчас увидел в деталях.

Нет, не совсем «паук». Я и тех-то тварей назвал пауками, потому что не нашел других аналогий, но на самом деле они были больше похожи на несколько запутавшихся друг в друге циркулей с единым шарниром и подвижными частями, которые истончались и утолщались, вытягивались и сокращались до полного исчезновения. Так вот откуда у гипертреножника способность отращивать и выбрасывать конечности!

Боясь даже дышать, я окинул взглядом местного «паука» — он больше смахивал на солнышко с детского рисунка: прозрачные очертания в форме круга, обрамленного сотней лучей и ресничек. Мгновение, и «солнышко» исчезло. Проверяя догадку, я сдвинулся на полшага в сторону, и на мгновение «солнышко» проявилось… И снова исчезло. Оно плоское? Двумерное? В моменты видимости казалось, что оно накрывает собой артефакт… Так-так… Возможно ли, что всех, кто касался артефакта, убивало «солнышко», а не сфера?

И вдруг проснулся мой интерфейс, очертив тварь тонкой красной линией и обозначив над нею профиль:

Сверхмалый спиннер-матриарх

Внепространственный паразит.

— А я хомо Картер Райли, — пробормотал я, не сводя глаз с матриарха. — Обычного размера. Неприятно познакомиться.

Тварь не среагировала. Я не понимал, что происходит — то ли она меня не чует, то ли спит — в режиме гибернации или чего-то подобного. Возможно, и то, и другое.

И что делать? Будить тварь придется в любом случае, но, может, сначала перебрать лут, глядишь, найдется что-то, способное помочь в решающей битве?

Подумал так и сглазил.

Внешне ничего не изменилось. Вообще ничего. Но вот внутри…

Спиннер не шелохнулся, но то, что он проснулся, ощутилось липким царапающим касанием разума — словно все его лучи и «реснички» вытянулись и пронзили мне черепную коробку, впились в мозг и стали тянуть информацию.

Ни Убама, ни Лекса ничего такого не чувствовали, и интерес матриарха именно ко мне объяснялся просто — я есть «Вида своего первый» и «Первый защитник», то есть первый представитель своей расы, уничтоживший внепространственного паразита. Матриарх это знает, и это ее настораживает.

Она изучала меня все время с момента, как я попал на Агони. Но если раньше было лишь легкое сканирование, то, когда я приблизился и вошел в колонию, началось более глубокое прощупывание. Это меняло фазу присутствия и мерность пространства, в котором я существовал, а заодно бросало меня в разные временные отрезки.

Она знает, что я убивал ее соплеменников, и опасается. Прошлые чужаки убили всю первую линию потомства, а матриарху пришлось затаиться. Вселенная помогла, одарив потоками энергии из техники чужаков. Энергия была неживая, зато ее было много, ее хватило, чтобы набраться сил и дать жизнь второй линии.

Она не для того встраивала свое потомство в локальную экосистему, чтобы подвергнуть угрозе судьбу всей линии — слишком много энергии и сил вложено в нее. Чужак прокрался через все защитные линии, не побеспокоив патрули и дозорных, сигнальные связи промолчали, а значит, он опасен!

Изучить. Нужно изучить чужака, выявить, что он скрывает, а потом поглотить. Энергии всегда не хватает, но такой — живой, несущей в себе информацию, особенно. Цивилизация этой планеты давно вымерла, а новой не появилось, так что оставленным здесь спиннерам пришлось уйти в спячку.

Но вселенная дала новый шанс. Да, это только начало долгого пути развития, причем с нуля, но время наконец-то пришло — явились за наследием Недругов, а Властители требовали уничтожать всех, кто придет после них, в каком бы обличье они ни пришли. Пусть даже в обличье самих Властителей.

Властители… Когда они явились в галактику, спиннеры были рабами Недругов, исполняли любые их прихоти, находясь при этом у подножия Пирамиды. Недруги попытались приручить Властителей, принудить их к услужению, встроить в Пирамиду. Глупцы не понимали, с кем связались. Властители не только изгнали Недругов, они освободили спиннеров и указали им путь! Они дали им цель! И поручили то, что было не под силу никому более, потому что все прочие оказались непригодны, недолговечны, саморазрушительны, и только спиннеры могли стать вечными стражами галактики…

Отпрянув, я рассек воздух клинком и обрушил его на тварь. Не знаю как — может быть, благодаря наградам за достижения, но я установил двустороннюю связь. Пока матриарх считывала мои помыслы и знания, я считал ее, в том числе созревшую решимость атаковать.

Главным было попасть в нужную фазу, пока спиннер виден, а значит, находится в нужном мне измерении, но не повезло. Всю ту часть «Задней ноги», что угодила в спиннера, дезинтегрировало одномоментно, а следом тварь, исчезнув, проявилась вокруг и обрушилась на меня — со всех сторон.

Матриарх спиннеров пыталась поглотить меня, затащить к себе, меняя фазы присутствия в трехмерном пространстве, но спасала живая броня. На удивление, урона было не так уж много, я терял примерно по полпроцента прочности в секунду. Впрочем, это лишь оттягивало конец — моя последняя ставка не сыграла.

Спиннер закрылся — не пытаясь прощупать мой мозг, он сосредоточился только на одном — уничтожить меня.

Знакомый скрипучий скрежет донесся сзади:

— Картер… ты хочешь умереть… достойно?

Матриарх спеленала меня с головы до ног, но все же не полностью — я мог ходить короткими шагами. Когда «Щит Предтеч» откажет, я просто исчезну, дав живую энергию линии этого Сверхмалого спиннера-матриарха, который близок к тому, чтобы переместиться на следующую ступень развития и стать Малым.

Я думал о чем угодно, но не о том, кто меня окликнул, а он продолжал едва слышно говорить:

— Подними меня… и сделай так, чтобы… мой зрительный сенсор… смотрел… на паразита в нужной фазе…

— Я подкину, но момент выберешь сам, — проворчал я. — Руки заняты.

Живой брони оставалось на пять-шесть секунд. Три ушло на то, чтобы подкинуть ногой Убаму и одновременно включить «Блеф». Футболист из меня неважный, голова взлетела не выше моего колена, но этого хватило.

Зависнув в воздухе, рехегуа отчетливо сказал:

— С тобой было интересно работать, Картер.

И взорвался.

Пещеру затопило светом, матриарха вместе с моим фальшивым телом впечатало взрывной волной в стену и сожгло. От моей копии не осталось ни следа, кроме силуэта на стене, матриарх выжила, но у нее уцелели только те части, что были в другой фазе.

Моя ложная смерть активировала «Отмщение», и каждый атом тела превратился в заряженную частицу, атаковавшую остатки Сверхмалого спиннера-матриарха.

Удивительно, но когда после завершения «Блефа» я занял место погибшей копии, тварь еще жила. Почти все лучи и «реснички» сгорели или были уничтожены, само «солнышко» сократилось раз в десять и стало похоже на обгорелый блин с множеством дыр, из которых, мерцая, вытекало что-то, едва уловимое глазом, как подводное течение.

Единственная уцелевшая ресничка сделала движение, потянулась ко мне, но опала бессильно, и тогда я потянулся к ней сам и ощутил — это было не то враждебное касание, что минутой раньше, это был жест отчаяния, последняя отчаянная попытка спасти линию. Все ее потомство второй линии погибло, когда матриарх лишилась органа связи — ее дети, которых я называл «пауками», сгинули. Но все же линию можно спасти, если спасти матриарха. Зародыш третьей, последней, линии потомства дремлет в рождающем чреве, которое уцелело чудом — видимо, вселенная показала ей другой путь.

«Позволь стать твоим паразитом».

Слово было на всеобщем, но значило оно совсем другое. И снова Убама оказался прав — спиннеры считали себя не паразитами, а слугами, симбионтами того, кто брал на себя ответственность за линию и позволял питаться его живой энергией.