Искра и сталь (ЛП) - Морган Донна - Страница 75

Гвит прошел мимо меня и протянул руку. Я взяла ее, и он повел меня вперед так, словно я была знатной леди в золоте и мехах. Я позволила огню Искры угаснуть — он уже сослужил свою службу. Мы с Гвитом подошли к самому помосту. Стражники не отступили, хотя я видела, какими нервными взглядами они перебрасываются.

Наконец заговорила леди Бекка:

— Пропустите их!

Стража вытянулась и расступилась. Мы поднимались по ступеням в тишине, нарушаемой лишь криками чаек в небе да редким кашлем в толпе. Я встала перед герцогом и герцогиней, сжимая руку Гвита, пока он не высвободил пальцы и не поклонился.

Я же не стала приседать в реверансе.

Леди Бекка смотрела на меня, по ее щекам катились слезы.

— Сара, как ты здесь оказалась? Нам сказали, ты… погибла.

— Я погибла. Умерла и ступала по Острову Вечного Лета.

За моей спиной пронесся потрясенный шепот.

— Мне дали шанс вернуться, и я им воспользовалась.

Я взглянула на Арнакс, стоявшую в растекающейся луже крови. Ее зеленые глаза, полные боли и трепета, встретились с моими.

— Я не позволю вам причинить вред Арнакс. Она достаточно натерпелась от других, и я уже простила ее. Люди использовали ее в своих целях, причиняя боль ей и тем, кого она любила. С этим покончено.

Энерман выпрямился, кипя от праведного негодования:

— Девчонка — предательница. Совет постановил…

Гнев вспыхнул во мне, и я снова позволила пламени подняться. Я резко повернулась к Энерману.

— Ты действительно хочешь спорить со мной? — потребовала я. — Ею помыкали те, кто мнил себя выше нее. Она — ребенок, и теперь она под моей защитой. Если хочешь кого-то наказать, помоги мне найти женщину, которая стоит за всем этим, ту, что манипулировала всеми нами.

Герцог поднял руку.

— Довольно. Девушка будет жить, вопрос закрыт.

Энерман чопорно поклонился и отступил. От него волнами исходила враждебность, но он промолчал. Герцог посмотрел на меня, его лицо немного смягчилось.

— И что теперь, Сара? Теперь, когда ты вернулась, останешься ли ты с нами?

— Только если Гвитьяс тоже останется.

— Гвитьяс в опале, он не может…

— Он не в опале. Он — мой защитник.

— Ты просишь слишком многого…

— Я пожертвовала всем, — я сжала кулаки, расправив плечи и глядя ему прямо в глаза. Бледный свет мерцал и просачивался сквозь мои пальцы, словно я сжимала в ладонях Дым Котла. — Я — носительница Искры. Я выстояла против орды измененных мертвецов. Я говорила с богиней и выбрала возвращение в мир, который сделал все возможное, чтобы причинить боль мне и моим близким. Если вы думаете, что я позволю вам бесчестить моего любимого, вы глубоко заблуждаетесь.

На площади воцарилась тишина. Далекий рокот моря в гавани казался дыханием самого мира. Я молчала, давая своим словам осесть в их умах.

Выражение лица герцога менялось, пока в нем боролись чувства и доводы разума. Леди Бекка протянула руку и накрыла его ладонь своей. Их взгляды встретились, и напряжение покинуло плечи герцога. Он поднял свободную руку.

— Гвитьяс останется с тобой. Это мое окончательное решение.

Я расслабилась и кивнула.

— Хорошо, — сказала я. — Мой муж заслуживает этого.

В наступившей тишине было слышно, как пролетает муха.

Глава 61

Между нами не может быть мира. Пока они дышат, а мы истекаем кровью. Пусть у нас было общее начало, их конец будет от наших рук.

Обрывок дневника, найденный во времена Кровавых войн, автор неизвестен

Летний зной сделал воздух влажным и тяжелым. На горизонте над морем сгущался шторм, барашки на волнах сулили бурную ночь. Я с нетерпением ждала, когда гроза достигнет замка и освежит воздух. Первые тяжелые капли дождя ударили мне в лицо, когда я выглянула из окна библиотеки Га’Ласина, после чего я поспешила укрыться внутри.

Никто не стал возражать, когда я вернулась к своим обязанностям при главном архивариусе. Мне и в голову не пришло поступить иначе. Сам Га’Ласин приветствовал меня настолько тепло, насколько позволяла его рептильная натура, и тут же поручил какую-то мелкую задачу. Обыденность библиотеки — привычный поиск фолиантов и карт для начальника — казалась спасением после всего, через что я прошла.

Тарану возвращение Гвита далось нелегко. Он пытался сложить полномочия и вернуть Гвиту место рыцаря-командора, но тот наотрез отказался. Гвит больше не был титулованным лордом, что подкрепляло его позицию, и Таран, как бы ему ни было больно, вскоре смирился. Мое положение в замке все еще оставалось неопределенным, но пока мне не указали на дверь, я считала, что имею полное право оставаться на месте.

К тому же мне нужен был доступ к архивам. Оставались вопросы, на которые еще предстояло найти ответы.

Я вернулась к столу, перешагнув через кольцо хвоста Га’Ласина. Когда я села, он вопросительно склонил голову.

— Ты последуешь моему совету? — элегантной когтистой лапой он указал на стопку бумаг. Сверху лежали перо и чернильница. — Запиши все, что с тобой произошло, для исторических хроник. Чтобы никто другой не смог вложить свои слова в твои уста.

Я взяла перо, взвешивая его в руке, точно так же, как взвешивала свой ответ.

— Мне нравится эта мысль. Возможно, это поможет мне и самой лучше осознать все случившееся.

Челюсть Га’Ласина слегка отвисла — я считала это его подобием улыбки. Чешуя архивариуса поблескивала под отороченным мехом капюшоном. Удовлетворенный моим ответом, он вернулся к работе.

Нас окутала уютная тишина, ставшая надежным и безопасным одеялом.

Дверь открылась, и вошел Гвит. Несмотря на потерю статуса, он сохранил ту манеру держаться, которую я называла «гвитовостью». Его привычная суровость слегка смягчилась. Совсем чуть-чуть. По крайней мере, с определенными людьми.

— Как идет дело? — спросил он, подходя к столу.

Я обвела взглядом карты и документы — плоды моих поисков хоть каких-то зацепок, способных привести нас к Мориге.

— Медленно, — ответила я, потирая уставшие глаза.

Гвит нахмурился.

— Ты уверена, что она все еще где-то здесь?

Я кивнула, хмурясь в ответ.

— Как бы мне ни хотелось ошибаться, я в этом убеждена.

Га’Ласин качнулся всем телом, прежде чем заговорить.

— Я связался с коллегой в Азраше, он постарается предоставить мне записи Церкви Нового Рассвета. После смерти предводителей в Церкви царит разброд, — его многосуставчатые пальцы в привычном танце задвигались в такт словам. — Если из их бумаг можно хоть что-то извлечь, то все будет у тебя.

Я улыбнулась архивариусу.

— Спасибо, мой друг.

Гвит откашлялся.

— Тебе нужно пойти со мной. Герцог хочет видеть нас обоих.

В животе вспорхнули бабочки нервного предчувствия.

— Есть идеи, зачем? — спросила я, но он лишь покачал головой.

Прошло десять дней с моего возвращения, и с тех пор я не виделась ни с герцогом, ни с леди Беккой. Трудно было сказать, кто из нас кого избегал.

— Что ж, тогда идем. Пожелай нам удачи, — бросила я Га’Ласину, поднимаясь со стула.

За стенами замка прогрохотал гром, и вспышка молнии осветила темнеющее небо, когда мы подошли к личному кабинету герцога. Тот факт, что нас вызвали не в зал совета, казался проблеском надежды.

Гвит постучал и стал ждать. Стражники по обе стороны двери не смотрели на нас, пока густой голос герцога не разрешил войти.

Внутри герцог стоял у камина, по привычке опираясь на каминную полку, хотя огня в нем не было. Мой взгляд невольно приковало к тикающим часам у его локтя. Леди Бекка и Астер уже сидели там. Воцарилась неловкость.

Никто больше не понимал, какое место я занимаю в иерархии.

В библиотеке мне попадалась книга о титулах и обращениях, но там не говорилось, как соотносится носительница Искры с герцогом. Кем я была — простолюдинкой или кем-то большим? Возможно, даже выше королевы? Хотя у Брейто монарха больше не будет.

Гвит поклонился, разряжая обстановку, а я села, мимоходом улыбнувшись Астер.