Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 984

– У тебя был запасной вариант, который ты собирался реализовать в случае неудачного покушения леди Джанети? – осведомилась Элия, дабы успокоить родственников.

– Нет, я рассчитывал, что вариант с покушением сработает безукоризненно, – самоуверенно ответила душа Джонка, уже несколько оправившаяся от первоначального потрясения, постигшего ее в связи с осознанием кардинальной перемены в социальном и метафизическом положении. – А применять в Лоуленде несколько сильных заклинаний я не стал, опасаясь, что Силы смогут учуять и найти меня.

Допрос продолжался еще некоторое время. Боги бомбардировали Джонка десятками вопросов, уточняя детали и дополняя собственное представление об ордене Плетущих, о сложившейся ситуации в целом о мирах наверху (не пропадать же подходящему шансу). Уничтожение физической оболочки и пребывание в перстне Повелителя Межуровнья стерло все обеты молчания и обязательства, наложенные на Вассарда, так что не отвечать на вопросы или лгать он попросту не мог, чем беззастенчиво и на полную катушку пользовались все присутствующие. Наконец лоулендцы уверились, что они выжали из души младшего подмастерья все, что только возможно, и удовлетворенно замолчали. Изрядно вымотанный Джонк по-прежнему выглядел, как грязнущая простынка, только теперь Элии начало казаться, что простынка несколько взмокла.

– Убирай эту падаль, – удовлетворенно велел Рику отец.

– Слушаюсь, ваше величество, – малость паясничая, покорно согласился бог и, подойдя к полусфере, властно промолвил, собирая в руки тугие жгуты сил: – Властью того, кто заключил тебя в перстень, повелеваю: повинуйся и возвратись туда.

Душа на несколько мгновений застыла над своей тюрьмой, а потом яркий зеленый луч вырвался из перстня и засосал пленницу обратно в камень. Прозрачная полусфера, сотканная из силы богов, медленно потускнела. И вот на столе остались лишь начерченный мелом круг и красивая безделушка в нем.

– Стратег, твои соображения? – обратился к племяннику Лимбер.

– Против угрозы сверху бороться сложно, а когда Силы расследуют дело ордена и снимут свою защиту, станет еще труднее. Личные телохранители и численное усиление охраны ничего не даст, ужесточение пропускного режима – слабая мера. Единственный выход – зеркала Марлессина, отражающие суть. Их следует установить на заставах в наш мир и раздать магам, входящим в охранные подразделения. Поскольку основная опасность грозит именно семье, надлежит полностью обеспечить зеркалами замковую и городскую стражу Лоуленда, – четко изложил выводы воитель.

– Я этим займусь, – серьезно кивнул Кэлер – Миротворец, Хранитель спокойствия Мира Узла, в чьей компетенции и была городская стража.

– Да, – согласился Нрэн. – По границам я дам поручение Тэодеру и Кэлберту, но все в целом возьму под личный контроль.

Связист лишь кивнул, признавая предложение бога войны единственно целесообразным.

Рик поморщился, прикидывая, в какую астрономическую сумму обойдется казне изготовление зеркал Марлессина различной конфигурации, но спорить с решением Стратега не стал, понимая, что Нрэн прав – только такая магия могла выявить существ с верхних Уровней, проникших в Лоуленд, под какой бы маскировкой они ни находились. Зеркальная поверхность либо отражала истинный вид смотрящегося, либо, если его сила была больше силы, вложенной в свое творение магами-зеркальщиками, не отражала ничего. Вот тогда-то страже и стоило поработать.

– Хорошо, – объявил король, тоже пребывая не в самом радужном настроении. – После праздников зайдешь с докладом и общей сметой расходов, привлеки Рика, пусть тоже мозгами пошевелит.

– Интересно, а контрибуцию с ордена Созерцающих и Плетущих за гибель члена нашей семьи и моральный ущерб мы имеем право потребовать через Суд Абсолюта? – вслух подумала богиня, тоже озабоченная вопросом об ущербе, который будет нанесен казне.

Связист удивленно хмыкнул, а потом протянул:

– Знаешь, такое еще никому в голову не приходило – требовать материальные издержи через Суд Абсолюта. Но Силы так злы на Плетущих, что вполне могут разогнать весь орден и через посредников пустить его имущество с молотка. Я бы этим сам занялся с удовольствием. А перед вашей семьей Силы со своей охраной крепко проштрафились. Думаю, шанс вытрясти монетки есть.

– Вот и отлично, – оживился Лимбер и отдал приказ: – Какие там нужно бумажки составить – покумекаете с Риком.

– С удовольствием, – расплылся в самой искренней и весьма хищной улыбке рыжий коммерсант. – Если надо с кого-то потребовать деньги, это я всегда пожалуйста, даже просить не надо!..

– Мы и не сомневались, – добродушно хохотнул Кэлер.

– Ага, а я им эту петицию вместе с перстеньком и занесу, – поддержал Связист, поднимаясь с дивана и направляясь к королевскому столу. – Пошли, Рик, еще с вашим Источником посоветуемся, он их, бюрократов, тоже неплохо знает.

– Только перстень после того, как душу из него извлекут, пусть Суд вернет, – остановила Силы принцесса. – Это ведь подарок Злата, и мне очень не хочется доводить до сведения Повелителя Межуровнья информацию о том, что Суд Абсолюта изъял у бедной девушки безделушку и зажилил. Вещественное доказательство и ювелирное изделие – вещи все-таки разные.

– Я им так и передам, – широко и немного мстительно ухмыльнулся Связист, засовывая перстень в карман. – Не расстраивайся, подруга, думаю, он очень быстро вернется к тебе.

– Элия, я всегда говорил, что ты гениальна! – напоследок выдал Рик и вместе со Связистом исчез из кабинета отца, бормоча на ходу: – Блин, мне же еще контрольные чары на поле отлаживать…

Молча покинул собрание Нрэн, Кэлер тоже поднялся и вышел, задумчиво бросив:

– Пока, пап.

Король посмотрел на принцессу и с усталой безнадежностью спросил:

– Теперь-то сказано все, милая?

– Все, что нужно, отец, – честно призналась принцесса и получила в награду острый и подозрительный взгляд. Вопросительно выгнулась смоляная бровь.

Элия ответила невинной улыбкой, но все же сочла нужным сказать:

– Быть может, позже, пока не могу.

– Логика? – уточнил король.

– Необходимость, – пояснила богиня, словно невидимую тяжесть, ощущая на себе чары Серого Посланника.

– Что ж, я подожду, – согласился Лимбер, полностью доверяющий дочери, но все-таки не удержался от слов: – Будь осторожней, милая.

Довольный тем, что у него еще есть время на игры с Бэль, Лейм вошел в покои малышки и позвал:

– Сестренка, я уже тут. Пошли смотреть динолей?

Принцу ответила тишина. Пожав плечами, юноша вышел, аккуратно притворив за собой дверь. «Придется, видно, сначала найти маленькую проказницу», – решил бог и привычно сплел заклинание поиска. Немного поработав вхолостую, поскольку местоположение Бэль, как и всякого не желающего быть обнаруженным эльфа, определялось с трудом, чары нашли заданный объект. Девочка находилась где-то в Садах.

«Не иначе как упрямая шалунья решила найти динолей сама», – с сентиментальной улыбкой рассудил принц и, телепортировавшись, не спеша побрел по песчаной дорожке, наслаждаясь прогулкой по весеннему лесу и ощущением теплого солнца, ласкающего кожу. Невольно бог ощутил смутное желание принять свою оборотническую форму, ту самую, которая у богини ассоциировалась с длинношерстной ланью, и беспечно побежать по траве навстречу ветру…

Но постепенно ощущение умиротворения и покоя, в которое погрузился принц, начало исчезать, уступив место неосознанной тревоге. Беспокоящие чувства просачивались сквозь заклинание поиска, настроенное на Бэль. Лейм мысленно потянулся к сестренке и понял, что девочка чем-то очень расстроена. Принца буквально захлестнула волна одиночества и безысходного горя. Не разбирая дороги, не обращая больше внимания на красоты дивных Садов и ласку солнца, юноша помчался туда, где плакала Бэль.

В густых зарослях орешника на старом поваленном стволе дуба всхлипывала, сжавшись в комочек, маленькая девочка, рядом с ней валялись игрушечный лук и какой-то белый узелок.