Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1620

Проклятие представлялось богине частицей Океана Миров, шумящей, что-то шепчущей в такт своему большому собрату. Да, она, эта частица, становилась все меньше и меньше день ото дня, но по-прежнему облекала Джея невидимой оболочкой, которая сейчас, под действием излучения сил богов стала для Элии все более ощутимой. Настолько, что принцесса смогла различить на поверхности маленькие водовороты — узелки, затягивающие силу Океана и держащие общее плетение наброшенного в сердцах проклятия. Элия коснулась их всех разом своей божественной силой, потянула. И с плеском, слышным лишь внутреннему уху, плетение распалось на струйки и соскользнуло в воду за бортом, возвращаясь в ту пучину, которая дала ему жизнь.

— Сука! — в сердцах бросил Кэлберт, резко развернувшись на каблуках.

— Кэл, — голос принцессы по-прежнему был полон невозмутимой неги. — Я сука ровно настолько, насколько вы, любимые мои, кобели… Кстати, ты себе ничего из пещеры на память не прихватил, не считая того убожества, что герцог презентовал?

— Нет, не до того немного было, — буркнул бог, не понимая причины такого резкого перехода и чуть растерянно глядя на драгоценную булаву в руке. О существовании этой фиговины в борьбе с переживаниями душевными Кэлберт почти позабыл.

— Возьми, — предложила Элия, и пират все-таки обернулся.

Свободной рукой сестра протягивала ему серебряную ушную серьгу с изумрудной каплей и колечко для носа, усыпанное мелкими, но очень яркими зелеными камешками.

— Зачем? — агрессивно рыкнул мужчина.

— Всего лишь на память о нашем приключении, — пожала плечами Богиня Любви, выскользнула из нехотя разомкнувшегося кольца рук Джея и шагнула к брату, протягивая ему подарок на раскрытой ладони.

Кэлберт стоял, как окаменевший. Женщина перехватила серьгу поудобнее и ловко вдела в ухо брата, привычно одним пальцем защелкнув замочек. Изумрудная капля закачалась в ухе, поймала свет фонаря и заискрилась, бросая блики на карие глаза мужчины. Колечко для носа Элия столь же сноровисто вставила в маленькую дырочку в правой ноздре принца. Отступила на шаг, оценивая результат, и довольно кивнула.

— Ты думаешь, меня утешат побрякушки, а ты будешь лизаться с Джеем? — почти растеряно выпалил мужчина, не врубаясь в логику происходящего.

— Причем здесь утешение? Я лишь хочу, чтобы эти приятные мелочи остались у тебя, как памятка о совместной охоте за сокровищами Цаперрина. Сейчас я собирать вещи и возвращаюсь в Лоуленд, — дала справку Элия и пошла мимо замершего столбом пирата.

— Эй, драгоценная, а как же мое проклятие? — негодующие воскликнул Бог Воров, рассчитывающий на продолжение возбуждающей процедуры лечения.

— Его больше нет. Скажи спасибо Кэлу, он очень хорошо ревновал, — переливчато рассмеялась принцесса и телепортировалась с палубы в свою каюту.

— Она опять меня использовала, даже мое бешенство, она все просчитала и использовала, — с чем-то средним между злостью и восхищением хмыкнул Кэлберт и, противореча собственному негодованию, коснулся серьги в ухе с затаенной нежностью.

— А чего ты ждал, это же Элия? — фыркнул Джей. Очередная порция злости на сестру и неудовлетворенное желание мешались с облегчением от известия о снятии проклятия.

— Опять спотыкаловки для дезинфекции? — выгнул бровь мореход.

— И ей не нальем, даже если будет просить! — с показной мстительностью объявил Бог Воров, мотнув головой в сторону места, с которого только что телепортировалась богиня.

— Если только она пообещает расплатиться поцелуями, — задумчиво рассудил Кэлберт, вспомнив о такой валюте, за которую братья были готовы исполнить любой каприз своей ветреной сестрицы.

— Хм, тогда, пожалуй, — согласился Джей, взъерошив волосы рукой. — А герцогу наливать будем? Втроем оно веселее!

— Если он пообещает поцелуями не расплачиваться, непременно, — хохотнул капитан «Разящего», и будто в подтверждение слов бога где-то на острове особенно истошно и визгливо заорала какая-то пернатая тварь.

А дальше… О, дальше была обычная мужская пирушка, правда, об Элии на ней не было сказано ни словечка, даже если речь заходила о лицах женского пола, зато некроманту Нафилу тройка пьяных богов перемыла все косточки, или вернее всю горсть праха, которая от него осталась после встречи со жнецом Леорандом. О чем, ясное дело, по большому секрету поведал принцам герцог.

Но Элия ничуть не обиделась подобному небрежению в первую голову потому, что не знала, чем занимаются братья, во вторую, даже если бы знала, все равно не обиделась, потому что никогда не одобряла пьяных откровений на свой счет. У великой богини было запланировано не менее важное занятие. Оно стало особенно актуальным после всех драматических событий минувшего дня: прогулки по пещерам Цаперрина, встречи с дедушкой Лео, совместного визита к Источнику, объяснений с Лимбером в Межуровнье и кучи прочих существенных и не очень дел. Короче, сейчас Элии требовалось только одно — здоровый сон на отличной кровати в уединении! И этому замечательному делу богиня с наслаждением посвятила почти половину суток.

Возвращалась в Лоуленд Элия в предрассветные часы, а когда вновь открыла глаза, то обнаружила, что солнце неумолимо клонится к закату, переплавляя золото в красный янтарь, а впереди еще несколько неотложных проблем.

Глава 20. «Есть у нас еще дома дела»

Начать Элия решила с ужина, предваренного разбором почты. Эту работу принцесса не слишком любила, но свои возможности на ниве борьбы с горами корреспонденции оценивала трезво. Потому откладывать процесс еще на пару-тройку дней не стала, чтобы не пришлось разбирать бумаги сидя в них до самого носа, а то и зарывшись с головой. Аппетитные запахи стимулировали рвение! А отсутствие важных документов, требующих внимательного чтения, значительно ускоряло процесс. Пальцы принцессы, вооруженной острым ножом для разрезания конвертов только потому, что полосовать бумагу было приятнее, чем вскрывать письма магическим пассом, задержались лишь на одном листке.

Это была открытка-приглашение на свадьбу. Леди Алира добилась-таки своей цели. Она нашла достаточно отваги и любви в своем сердце, чтобы расторгнуть нерушимый договор, а потом каким-то явно еще более мистическим образом проникла к его непреклонному величеству Лимберу и получила разрешение на повторный брак.

Что ж, даже Богиня Любви может слегка ошибаться. Или, возможно, в процессе упорной борьбы за свое законно-оформленное счастье привязанность Алиры к любовнику превратилась в пламя настоящего чувства? Из какого только сора порой не произрастают прекраснейшие цветы! Что труднее дается, зачастую ценится значительно выше полученного без труда. Элия улыбнулась, отложила приглашение на столик для внесения в расписание. Упорство в достижении истинной любви полагалось вознаграждать, и лучше личного благословения принцесса ничего придумать не могла. Алира заставила ее по-хорошему удивиться.

Быстро закончив разбор писем, принцесса подождала, когда паж закончит сервировать стол в будуаре горячим, добавила к меню сладости и фрукты, а потом сплела заклятье связи:

— Привет, Стэлл!

— Элия, подружка, давно не виделись! — звонко завопила айвар, распугивая мелких птиц, ныряющих в облаках в погоне за мошками. Потом женщина перекувырнулась и села в воздухе поджав ноги так, будто и в самом деле устроилась с комфортом на облаке, как на перине. — Я тебе еще спасибо не сказала, Связист такой… такой… Он самый лучший из Сил и парней, такой веселый!

Радость Стэлл рассыпалась радужными искрами, заставившими переливчатое и полупрозрачное платье с разноцветными пайетками засиять дюжиной новых оттенков.

— Это значит, что тебе теперь нравится только он? — на всякий случай не без скепсиса уточнила богиня.

— Нет, конечно, вокруг ведь столько классных красавчиков! Я больше во влюбленную дурочку играть не хочу, — откровенно выпалила айвар и тут же в жадном предвкушении спросила, подперев щеку рукой: — А что?