Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1615

— Это его тронная зала? — поинтересовался владыка Лоуленда, оценивая чуждую красоту резиденции Злата и испытывая некоторое моральное удовлетворение при мысли о том, что аналогичное помещение в Лоулендском замке на треть больше. Вопрос вопреки законам распространения звука прозвучал едва слышно. Покои Повелителя Межуровнья подчинялись своим законам, в реестре которых не числился пункт: соответствовать ожиданиям короля Лоуленда.

— Нет, скорее что-то вроде кабинета для приватных встреч и временами комната отдыха, — рассеяно ответила Элия, присаживаясь в кресло рядом с небольшим столиком, на котором стояла шкатулка, за содержимое которой готовы были продать душу (желательно чужую, можно не одну тысячу) властолюбцы и интриганы многих сотен Уровней.

Лимбер разочарованно хмыкнул, прошелся до кресла соседнего с дочкиным, сел, демонстративно скрестил руки и почти ласково проронил:

— Я жду, милая. Теперь-то ты скажешь мне, во что ввязалась?

— Расскажу, если ты настаиваешь, папа, — Элия чувствовала почти облегчение оттого, что не нужно было больше скрывать правду от отца. Вопреки той уверенности, с которой богиня убеждала братьев в нежелательности посвящения короля в тему пророчеств, ей все равно было несколько не по себе от необходимости держать Лимбера в стороне от грандиозной семейной затеи. — Речь пойдет о Джокерах.

— При чем здесь легенды? — ожидавший чего угодно, но не такого, удивился король, заподозрив дочь в намерении обойти самую важную тему, прикрывшись шелухой полуправды.

— Так получилось, что члены нашей семьи имеют к легенде самое непосредственное отношение, — промолвила принцесса и в продолжение разговора откинула крышку на шкатулке, достала оттуда пачку бесценных карт, вручила отцу и предложила: — Смотри, а я буду рассказывать. Все началось не так давно с пророчеств жрицы Ижены из Жиотоважа…

И Элия без утайки поведала обо всем, начиная от первых трех пророчеств, приведших богов к решению о сборе колоды, и заканчивая встречей с безумным Леорандом в логове некроманта и найденной там картой Кэлберта. Разумеется, богиня опускала те знания о Силах и Служителях Творца, которые король не был готов воспринять.

— Итак, — подвела итог своим речам богиня. — Пророчества о Джокерах начинают сбываться. Карты Либастьяна, полагаю, первые глашатаи этих грандиозных событий. Каким-то даром Творца гениальный рисовальщик смог через пространство и время уловить черты и отражение сути будущих спутников Триады, и так уж случилось, что наша семья оказалась на перекрестке пророчеств.

Король слушал дочь молча, только просматривал, а потом уже почти машинально тасовал карты колоды. Когда Элия замолчала, Лимбер знал не меньше, а кое в чем даже больше сыновей и племянников, но радости или удовлетворения ему это знание не принесло.

Монарх Лоуленда хмурился, возвращая карты в шкатулку и захлопывая крышку. А вот этот резкий звук, между прочим, вопреки законам акустики, принятым на Уровне, разнесся по всей зале, да еще и эхо с отголосками породил, такое, что бог почти вздрогнул.

— Вы пытались уничтожить их? — первым делом спросил Лимбер.

— Нет! Как можно, папа! — горячо возмутилась принцесса, щеки окрасились румянцем негодования. — Они — живое доказательство воли Творца, самого грандиозного из предсказанных событий во Вселенной!

— Они опасны, — бог указал на очевидный для него, но почему-то не доходящий до обыкновенно здравомыслящей дочери, факт и пристукнул указательным пальцем по крышке для убедительности.

— Во Вселенной масса опасностей, — философски пожала плечами Элия и пошутила: — Мы с тобой или Злат, к примеру, тоже опасные твари.

— Да уж, особенно мы с тобой, — буркнул Лимбер, который не знал, то ли погордиться тем, что его поставили в один ряд с Повелителем Межуровнья, то ли обидеться.

Элия только кивнула, соглашаясь и продолжила гнуть свою линию:

— Но даже если не углубляться в рассуждения о том, что акт вандализма с Колодой Либастьяна будет противен Воле Творца. Я не думаю, что уничтожить карты само по себе возможно. Во всяком случае, уничтожить без эффекта обширного магического резонанса. Думаю, будет такой всплеск силы, что все, кто еще не в курсе наших действий, тут же о них узнают. И, кстати, пока карты хранятся у Злата, опасности для семьи и Лоуленда нет. Излучение гасит шкатулка и сама сила Межуровнья, — привела обоснованные аргументы богиня, умолчав о том, что шкатулок у Дракона Бездны две и во второй должна лежать одна единственная карта — Джокера Элегора. — Впрочем, уничтожение карт уже ничего не решит. Память о них отпечаталась в наших сознаниях и изменила их бесповоротно, особенно тех, кто смотрел на собственные образы. Да, ради этих миниатюр многие, очень многие готовы убить. Едва не отправился к Творцу Эйран и Связист, но именно решение собрать карты в колоду подарило семье брата из Мэссленда, помогло разделению душ Клайда и Рика, способствовало обретению целостности Леймом, наконец, вернуло нам дядю Моувэлля. Именно благодаря намерению собрать колоду я познакомилась с Силами Равновесия, и поэтому твой отец сейчас спит в гроте Источника, а не безумствует в мирах. Потому прерывать сбор карт я не считаю целесообразным. Пусть уж лучше найдутся и останутся на хранении у Злата, нежели окажутся в руках наших врагов.

— Ты от своего не отступишься, — задумчиво констатировал король, оценивая планы богини и ее доводы.

— Нет, и ты, отец, понимаешь, что я права, только желание защитить Лоуленд и семью у тебя перевешивают чувство истинности, — уверенно ответила принцесса, тонкие брови сошлись на переносице, правда, вертикальной семейной морщинки не появилось.

— Должен же кто-то мыслить разумно, если Богиня Логики не желает, — рыкнул Лимбер, действительно ощущая правоту дочери, но не желая уступать этому чувству. Бог пытался растравить досаду и запахнуться в нее, как в плащ.

— Не всегда разумные размышления самые правильные. В безумии и безрассудстве может открыться более высокая истина, — мягко промолвила Элия. — И что есть разумность, а что безрассудство подчас вблизи не разглядеть. Мы ввязались в эту грандиозную игру Творца не по своей воле, но я полагаю, что в таких забавах лучше участвовать сознательно, нежели быть рабом, которого волочет на аркане эндорский кочевник. И тебя тоже, отец, избрали Силы, отречение не подпишешь, даже не пригрозишь.

— Не нравится мне все, — мрачно констатировал король. — Колода каких-то Безумных Шутов. Мне кажется, в этой истории слишком часто встречается слово «безумный».

— То, что выходит за рамки обыденности всегда воспринимается как ненормальность, — пожала плечами Элия. — Нашу семью, к примеру, иначе, как сумасшедшей семейкой в мирах редко кличут. Мы слишком мало знаем о Триаде, чтобы строить предположения. Но зато я знаю точно, коль Джокеры собираются изменить тысячелетние устои Мироздания, им наверняка понадобится помощь. В мирах уже очень давно пора многое поменять.

— Хочешь стать советницей при Шутах? — выгнул бровь Лимбер, оценивая масштабы амбиций любимицы.

— Как можно советовать грозе, где бушевать, а ветрам, куда дуть? Их можно только попытаться принудить, но с Триадой такой трюк будет никому не под силу, — мечтательно улыбнулась принцесса. — Я просто хочу видеть, как все будет вершиться! Хочу видеть, как в этом будут участвовать братья, помогать чем смогу и где смогу.

— М-да, уж эти-то олухи в любую авантюру с радостью ввяжутся и без твоего здравого смысла им не обойтись. Надо же, чего от меня ухитрились скрыть! Нет, я больше не злюсь, понимаю, без защиты разума в такое посвящать Хранителя Мира Узла нельзя было. Ладно, оставим пророчества, — сдался Лимбер, почему-то разговор о Джокерах, хоть и интересный, требовал сильнейшего напряжения воли, за эти несколько минут бог устал больше, чем за семидневку безвылазного сидения над документами, а уж как начала трещать голова — никакому похмелью такая мощь не снилась. — Когда, как думаешь, я смогу навестить отца, и смогу ли?