Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 1589

— Башня сейчас именно такова. Подойдет? — дипломатично уточнил владелец ценной недвижимости.

— Хорошо, а теперь надо проводить Колебателя, — решила Элия, а тем временем герцог, бывший не в курсе мысленных переговоров потомков Лимбера, решительно метнулся к богине. Он буквально вздернув ее из кресла и впился жадным поцелуем в губы.

— Что за….! — хозяин башни даже не знал, как реагировать на такое нетипичное для выдержанного герцога поведение, свойственное скорее уж нетерпеливому сопляку при первом посещении борделя.

— Твоя смола, он надышался! — послала мысль Элия, останавливая доблестного защитника, готового ринуться на помощь. Слова были разумны, но сопровождены такой текучей сладкой негой, что Бог Магии мгновенно и от всей души пожалел, что сам не надышался фесари с подобным эффектом. По-видимому, желания в момент смерти у мэсслендца и лоулендской богини совпали. Хуже того, личная доза Громердана, поспособствовавшая проявлению прежних желаний, оказалась поразительно ничтожной.

Жаркие поцелуи, руки, обвившиеся вокруг широких плеч, приникшие друг к другу, будто спаянные воедино тела… Как ни бесило Эйрана происходящее, но он мог сделать только одно — развернуться и выйти вон. А еще, уже для себя самого, попытаться прогнать яркую картину, встающую перед мысленным взором. Прекрасное женское тело в мужских объятиях. Пожалуй, стоило активировать заклятье очищения воздуха, вызвать Натаниаля и ждать. Что иное оставалось предпринять полосатому магу? Если только поскрипеть зубами от ревности?

Разорванная напополам юбка, лохмотья рубашек, ошметки брюк, женская головка с разметавшимися локонами на его груди. Вот демоны, давно уже лорд Громердан не испытывал такого угара и не оказывался в такой ситуации. Богиня Любви мурлыкнула в полудреме, перекатилась на бок и открыла глаза. Никакого шока или удивления, скорее одобрение и довольство в самом выражении и в том, как запросто Элия оперлась на плечо партнера, присаживаясь.

— М-м-м, слава о каменной твердости Колебателей Земли ничуть не преувеличена, — с тихим поощряющим смешком констатировала Элия, прогоняя стыдливое смущение Громердана, нахлынувшее при воспоминании об одолевшем его безумии, и рой подозрительных мыслей о возможных ловушках. Богиня снова сладко потянулась. Вид на грациозно изогнувшееся тело немедленно поспособствовал новому подтверждению громкой славы. Мужчина плюнул на глубокомысленные расчеты и притянул красавицу к себе.

Спустя некоторое, весьма длительное время, разум настойчиво постучался в ворота плоти. Громердан отодвинулся подальше, чтобы даже случайно не задеть столь прекрасное средство укрепления. Видя озадаченность любовника, Элия, у которой действие смолы почти прошло, повинилась:

— Увы, дорогой лорд, Вы тоже стали невольной жертвой нашего с братом эксперимента с непредсказуемыми побочными эффектами. По-видимому, летучая смесь в воздухе оказала на вас эффект тот же, что и курение оной на меня.

— Я не назвал бы себя жертвой, принцесса, — едва заметно нахмурившись, ответил Громердан, — но вам следовало предупредить меня о возможных последствиях, прежде, чем приглашать.

— В следующий раз, непременно, — охотно пообещала экспериментаторша, прищелкивая пальчиками. Звездный вихрь в доли секунды заменил обрывки вещей на целые, заодно и облачил богов в точно такие же одеяния, каковые были на них до начала любовной баталии. Пожалуй, теперь в комнате не осталось никаких очевидных следов происшедшего, кроме воспоминаний, разделенных на двоих. Но эти следы были повесомее любых иных улик и магией Звездного Набора не уничтожались.

— Мой замок на Огненных Ключах близ Каменного Леса находится в потоках изменчивой силы земли мира, приглушающих все иные колебания сил, — стесняясь, и оттого почти грубо, бухнул герцог.

— Это вы так назначаете мне свидание? — для подтверждения логичного предположения, поинтересовалась Элия.

Вряд ли лорд решил рассказать ей о своих владениях по какой-либо другой причине, но странная мужская логика, подчас легко переплевывающая самые нелепые женские суждения, нуждалась в перепроверке. Ничего хитроумнее прямого вопроса изобретать не хотелось. Да, Громердан был старой дву- или даже многоличной скотиной, но, из опыта общения с ним, принцесса успела уяснить, бог предпочитал прямые пути, как кратчайшие. Тратить жизнь на пустяки вроде ненужных интриг Колебателю Земли давно приелось.

— Я не буду псом у ног светлой богини, виляющим хвостом в ожидании подачки, но если тебе понравилось… — считая, что сказано достаточно, возможно, даже более, чем достаточно, мужчина замолчал, предлагая принцессе домыслить самой и дать ответ.

— То почему бы не продолжить приятные, ни к чему не обязывающие отношения, — закончила богиня и с одобрением отметила: — Ты хороший любовник, герцог, скорее всего, я с удовольствием загляну в гости, когда закончу дела. И спасибо за то, что дал знать Эйрану о принце Натаниале.

Колебатель Земли ответил сухим кивком, поправил нагрудную цепь, как другой бы машинально оправил волосы, — оружия тот, для кого любой камень был и доспехом и клинком обыкновенно не носил, — и исчез из Башни. В голове царил некоторый сумбур. Богу совершенно необходимо было оказаться где-нибудь в привычной обстановке. Возможно, побродить по залам с коллекцией шлемов или заглянуть на псарню. Тоже своего рода релаксирующие процедуры.

Мало-помалу мысли улеглись, отсеялась шелуха пустой породы, оставляя самородок чистых выводов. Постоянных любовниц у герцога не было уже несколько столетий. Слишком обременительным он считал не столько содержать, сколько держать рядом женщину и терпеть ее глупые причуды. Куда спокойней было с рабынями или хорошо обученными девицами из веселых домов. Однако, Элия… Во-первых, она была совсем не глупа, во-вторых, слишком занята делами, чтобы надоедать ему пустыми капризами или своим обществом. Некоторую досаду вызывала мысль о других любовниках светлой богини, но при здравом размышлении, рациональный Громердан решил, что звезды тоже светят для всех, и им в вину это никто не ставит. Зато искусность Богини Любви в играх на ложе поразила герцога, теперь он мог с полным правом заявить, что самодовольный и, скорее всего, уже покойный, бахвал не соврал хотя бы в этом.

Никаким предательством по отношению к Мэссленду свои выводы и намерения мужчина не посчитал. Он ведь не собирался выдавать принцессе государственных тайн и очень сомневался, что таковые лоулендской богине могут понадобиться. Она, водящая дружбу с Силами, и так узнает все, что пожелает, иными путями.

Принцесса же, не ведая о мнении, столь лестном для нее своей адекватностью, вытащила из портсигара половину сигарет и вышла из комнаты, желая отыскать Эйрана. Болотный дух, светящийся зеленым огоньком, слетел навстречу гостье и услужливо повел в том направлении, где пребывал хозяин.

Пусть рожденный в Мэссленде принц знал черные заклятья, и некромантией, как отраслью, не брезговал, но применять ее для сотворения примитивных немертвых слуг вроде зомби или скелетов не считал практичным. Первые, даже при самых лучших чарах сохранности, со временем начинали попахивать и шаркать ногами, вторые громыхали при каждом движении, а Бог Магии ценил тишину и покой. Именно ради этой необходимой в любой творческой работе составляющей он уединялся в Черной Башне. Конечно, нежданных или нежеланных гостей, добравшихся до убежища Эйрана, могла гостеприимно встретить нежить. Но сие было лишь мороком и ничем иным. Мороком, под которым скрывались куда более опасные и тихие защитники и слуги.

Поскольку сестра, находившаяся под действием смолы, оказалась исключена из активной деятельности интеллектуального характера, принц вынуждено взял всю работу и заботу на себя. Оставив Элию и Громердана, он переместил мысленным приказом комнату развлечений в участок башни, подпадающий в более ускоренное, нежели общее время мира, русло, и прошел в рабочий кабинет.